Античный Чароплет. Том 5 - Аллесий

мне слух. Дело в том, что Террикон был довольно близок к Зеркали. Ближе Парифата, дальше Земли. Я вполне себе чувствовал нереальность здесь. Могли ли быть эти их разработки на основе нулевого вещества связаны с нереальностью?.. — Лет двадцать назад, когда наша работа перестала походить на фильмы ужасов… Ну, сказать точнее, когда мы в этих фильмах перестали быть жертвами и стали скорее управлять и изучать аномальные энергии, а не подвергаться их воздействию сами… Тогда, сами понимаете, каждый месяц кому-то выдавали билет в психушку, а кому и на тот свет. Так вот, руководство группы О выделило отдельную ветку проектов, связанных с исследованиями влияния изменений на человеческий организм. Там было очень много лабораторий задействовано, про половину я знаю только то, что они существуют. Про половину оставшихся — еще и то, чем они в теории занимались, но полного доступа у меня не было. Кому-то выделили направление точечных медицинских вмешательств, кому-то — исследование влияния на вторичную нервную систему, там были очень интересные результаты. Кто-то работал с направлением клеточных мутаций и самоорганизующихся тканей. Огромное количество проектов было по гибридизации. Считается, что это аномальная энергия создает мутантов, но дело тут не только в ней. К стыду своему должен признать, что если бы не направленная хирургия, генная инженерия, огромное количество денег, вложенных в эти исследования, то некоторых особенно устойчивых видов и вовсе не появилось.

— Солдат выводили? — Абрэмо криво усмехнулся.

— Не без этого, — мужчина пожал плечами. — Кукловод — это направленные воздействия аномальной энергии психических диапазонов. Теоретически конечным итогом должны были стать возможность буквально кипятить мозги врагам за тысячи километров от установок, взятие под контроль нервной системы на поле боя или хотя бы ее дестабилизация…

— Проще говоря, фантомы, видения, дезориентация… — я покачал головой.

— Ну, стандартные последствия хаотичного пси-воздействия, да. Но у нас работа была серьезнее, конечно. Мы много чем занимались. Обычно прототипы уходили в лаборатории смежные, там выводили целую прорву мутантов. Нашим главным достижением были сам кукловод, пси-интерфейсы и блокираторы последнего поколения.

— Зачем выводить целую толпу разных тварей, активных в ментальном диапазоне? — Аллисия удивленно посмотрела на Верона.

— Эксперименты с биологическими формами жизни. Кому-то подсаживали в эмбриональном виде зачаток, чтобы вырастить, скажем, часть органов под человека. Помните, перед катастрофой довольно массовые операции были по пересадкам? Тогда ведь начали активно выращивать животных с человеческими органами. Удобно, не жалко и дешево. Вот — то же самое. Кого-то просто дешевле содержать и быстро растить. Например, человеческую нейронную ткань вполне можно приживить мышам, они быстро растут, с ними несложно экспериментировать. Не будете же вы изучать воздействия излучения пси-диапазона на людей? В Республике, может, столько и не нашлось бы преступников, сколько мы перевели лабораторных крыс, — он горько усмехнулся.

— А Кукловод?

— Мутант, биологически схож с человеком. Крогга брали, — слово мне очень сильно напомнило обезьяну. Покопавшись немного в ассоциациях, я сделал вывод, что, скорее всего, это что-то вроде родственного человеку животного вида или вроде того. — Подсаживали нейронную ткань человека поначалу, но у них на самом деле с нами слишком много общего. Дальше уже пользовались генно-модифицированными эмбрионами. Если помните, существовал закон, запрещающий модификации кроггов с целью повышения интеллектуального уровня. У нас есть некоторые гены, которые заставляют наш мозг расти аномально больше изначально заложенного природой потенциала — вот мы с кроггами проделывали похожую штуку. Их не жалко, разве что дорогие экземпляры выходили. Довели до очень серьезного уровня. Они могли поддерживать связную речь, наводить помешательство — путать мысли, общаться друг с другом, пока блокирующее воздействие не становилось слишком мощным. Пси-интерфейсы мы создали, изучая их. Кто же знал, что они сумеют размножаться, сохранив способности?..

— Эти существа тут где-то бродят?.. — я нахмурился.

— Больше по подвалам да подземельям, но и на поверхности встречаются, — мужчина пожал плечами. — Их мало, вряд ли встретим. Да и в подземельях, вроде тех же тоннелей глубокого залегания, наши крысы куда опаснее. Они не сказать чтобы имеют сильный психический потенциал, но коллективный разум за счет способности общаться — вполне. Откровенно говоря, с учетом скорости их размножения, я бы вообще предположил, что человечество как минимум на нашем континенте в перспективе ближайших лет пятидесяти станет отрезанным от старой подземной инфраструктуры по меньшей мере…

Мы говорили еще долго, после чего, угробив на болтовню целый день, решили тут же и остаться. Использовав укрепленный лагерь дорожной шайки недалеко от шоссе как временное убежище. Бандиты перетаскали (скорее всего, как-то перевезли) несколько транспортных контейнеров, вырезав в них проходы, а кое-где наварили дополнительные листы металла, создав на крышах укрытия. Получилось что-то вроде укрепленной базы.

Из интересного в разговоре с Вероном можно было выделить… Да там все было интересное. Но из практических нюансов он как минимум прояснил для нас природу ментальных волн, которые по нам били. Тот самый новый тип оружия, который должен был фокусировать ментальное воздействие на дальние расстояния. Расфокусированная огромная антенна почему-то вращалась по кругу последние шесть лет. Питала поворотный механизм, очевидно, аномалия. И саму антенну тоже. Получалось медленное облучение области вокруг реакторной зоны раз в сутки примерно. Период — около двадцати одного часа. Это существенно затрудняло любые пути подхода к этой штуковине.

Дальше по шоссе располагался город Брюлифер. Что-то вроде “Белого города”. Не самое крупное, но приличное промышленное поселение Республики, которое после падения мегаполиса стало ближайшим региональным центром. В первую очередь — за счет крупного шоссе и пяти железнодорожных направлений, проходящих через город. Пока территорию страны захватывали банды, город стал полноценным региональным центром, контролирующим окрестности. Неудивительно, что самая крупная сила в окрестностях в нем и сидела. Формально — все еще часть Республики, перешедшая в “широчайшую автономию”. Буквально — полностью независимая от центра величина, которая разве что своих представителей посылала куда-то там…

Я вообще терялся в местной политической системе. Страна вроде бы еще существует, армии у нее нет, законы не действуют, территория центру подконтрольна только на юге около побережья — что-то около пяти-десяти процентов того, что было раньше. Но при этом есть Сенат, в который регионы посылают своих представителей. Впрочем, профессор пояснил мне, что каждый регион справлялся с аномальными воздействиями и нашествием мутантов по-своему. Правительственные подразделения оказывались чаще всего без снабжения, переходили постепенно на сторону местных лидеров, а дальше кто сильнее — тот и прав. Фактически почти везде образовались мелкие банды, которые ориентировались