Узы Геркулеса - Жасмин Мас

Я подняла жезл высоко.

Для нее.

Приятное гудение жужжало по моей ладони.

Шатаясь, я встала на колени.

Я уперлась ногами и медленно встала посреди толстой спины Флаффи-младшего, качаясь взад и вперед, чтобы сохранить равновесие, пока его крылья хлопали.

Вздохи отдались эхом.

«Angelus Romae!» — кричали люди со всех сторон.

Скррриииич.

Я направила конец своего жезла на Титанов.

Они выстрелили ко мне, пятно черного.

Все замедлилось, когда жажда крови колотилась через меня, мои чувства усиливались.

Я подняла свой жезл и, снова, замахнулась — один Титан закричал, полоснут в полете. Агония взорвалась внутри моей грудины, когда он упал, как камень, к песку.

Другой Титан увернулся от моего замаха. Он развернулся в воздухе и устремился ко мне.

Я прыгнула вперед.

Ноги широко расставлены, жезл вытянут.

Подвешенная над свободным воздухом, я врезалась в оставшегося Титана.

Все расплылось.

Когти смыли мой бок. Визг отдался эхом. Я ударила его своим жезлом.

Мы понеслись в сторону, его лоскутные крылья боролись, чтобы удержать нас двоих, когда я рванула вниз изо всех сил, таща свой жезл через его внутренности.

Воздух свистел. Песок приближался.

Классическая эвклидова проблема: какое самое близкое расстояние между двумя точками? Прямая линия.

Давление взорвалось, когда мы врезались в песок в спутанном броске.

Мир затих.

Громкий звон заглушил оба моих уха.

Вяло глядя через мой закрытый глаз, все было нечетким и вне фокуса.

Я лежала на боку.

Никс жалобно стонала, когда она двигалась вокруг моей ноги.

Титан лежал обмякший рядом со мной — багровый жезл торчал из его открытого живота; черная кровь была повсюду. Я была покрыта ею.

Я перевернулась на бок, царапая песок. Я толкалась и тяжело вздыхала, борясь с гравитацией.

Туп.

Флаффи-младший приземлился рядом со мной.

Во вспышке белого он оторвал голову Титана — кости захрустели и сломались — он подбросил ее в воздух и проглотил целиком.

«Хороший песик», — прошептала я, закапывая пальцы глубже в песок и хватая свой кровавый жезл обеими руками — я вырвала его из поверженного Титана.

Сгорбившись, сжимая бок, я едва стояла вертикально.

Агония была живым, пульсирующим зверем.

Арена кружилась.

Флаффи-младший откинул голову и завыл. Приглушение в моих ушах раскололось; громкий звук просочился.

Мир резко вернулся в движение.

Я осмотрела арену своим клочком зрения. Оба Титана лежали обезглавленными, органы разбросаны по песку.

Никс стонала от боли.

Ее чешуя была ледяной вокруг моей ноги.

Пожалуйста, Боже, пожалуйста, исцели ее.

«Ты будешь в порядке», — прошептала я, желая это в существование, когда я осторожно сняла ее со своей ноги, держа ее в одной руке, а жезл в другой.

Темная чешуя замерцала в существовании. Длинный след пореза разделил ее тело почти пополам. Она была покрыта кровью.

Я задохнулась, и Флаффи-младший заскулил рядом со мной.

«Люблю тебя… ребенок», — слабо прошипела Никс.

«Нет». Слезы полились по моему лицу, когда я склонила голову и молилась, прижимая ее к себе, ожидая, что кто-то спасет ее.

Чешуя стала холоднее на моей коже.

Мои пальцы покалывало.

Боль в моем сердце была хуже, чем все, что я когда-либо испытывала, когда я активировала свои силы. Я опустилась на колени. Рыдая.

Я поднесла свой жезл рядом с моим сердцем возле Никс, склонила голову ниже и молилась сильнее, баюкая их обоих.

Покалывание в моих руках усилилось — острая боль пронзила мою грудину.

Знакомый яркий свет исходил от моих пальцев, и алый жезл также загорелся золотым светом. Он подогрелся под моим прикосновением, круглый конец светился ярче, чем солнце.

Чешуя вибрировала там, где она касалась жезла.

Змеиная кожа медленно сплелась обратно.

Через несколько секунд Никс откинула голову назад, ее тело полностью исцелено, пока слезы облегчения лились по моему лицу.

«Так тепло», — прошипела Никс, когда она выскользнула из моей хватки и обернула свою чешую полностью вокруг жезла, вздрагивая от облегчения, ее глаза закрыты. «Я видела это раньше… во сне».

Серые облака расступились, когда небеса открылись, золотые лучи струились вниз.

Медленно поднимаясь на ноги, я подняла светящийся посох к солнечному свету — черная чешуя Никс мерцала на нем в резком контрасте.

Флаффи-младший встал на полный рост и расправил крылья.

Вздох вырвался из моей груди.

Это был грубый символ, который Церера показала мне в своей книге о предопределении. Тот, который исчез со страницы. Линия с кругом была посохом, завиток — змеей, и то, что я думала было облаками, были крыльями.

«Radius Asclepii!» — закричал кто-то, трепет в их голосе.

Я задохнулась от рыдания.

Все знали историю за знаменитым спартанским символом исцеления.

Крылья представляли существ, змея — хтонических, а светящийся жезл — олимпийских.

Аид был хтоническим. Персефона была дочерью темного существа и Деметры.

Мое наследие было все три.

Я подняла Жезл Асклепия вверх в свет, крылья Флаффи-младшего подняты высоко по обе стороны.

Древний символ исцеления — жизни и смерти — был моим, чтобы владеть.

Глава 45: Кто сделал это с тобой?

АЛЕКСИС

Правый глаз частично опух, мое зрение было ничем, кроме щели — темнота закрывалась вовсю.

В моей руке светящийся Жезл Асклепия был теплым, миф во плоти, состоящий из корчащейся, ядовитой крови. Та же кровь текла по моим венам, капая из открытой раны на моем боку.

Из торжественной тяжести в воздухе, я была не единственной, кто узнал глобальный символ исцеления.

Это реально?

Никс стала невидимой, когда она скользила вокруг посоха, как будто она родилась, чтобы делать это; крылья Флаффи-младшего обрамляли его.