Античный Чароплет. Том 5 - Аллесий

Далее предполагалось продолжить собирать в городе информацию следующие дней десять. Если новых событий и новостей не будет, попробовать проникнуть в основную резиденцию Первогенерала — бывший оздоровительный центр для богатых, который имел хорошую ограду, КПП, независимые источники питания, красивые интерьеры, а ныне стал правительственным зданием и персональным дворцом. Там мы хотели либо найти какую-нибудь новую информацию, либо хотя бы захватить кого-то из Черных стрелков, в идеале — правителя города, в плен для экспресс допроса или изучения. По возможности.

— Мне этот план не нравится.

— Разведка боем никогда не была плохой идеей, Аллисия.

— Ну вот зачем нам устраивать тут разворошенный улей? Еще и ликвидировать местного лидера? Ну нежить — и что? Вы же понимаете, что тут начнется, если дестабилизировать обстановку?

— Борьба за власть в Блюре и окрестностях, столкновение с соседними сильными группировками…

— …А еще голод, гуманитарная катастрофа! — закончила за Абрэмо Аллисия. — И все это устроим мы!

— Если вам важно наше мнение, — Алоэ немного опередила Верона, — то этот сценарий нас тоже не устраивает.

— Поэтому попробуйте узнать что-то полезное ДО того, как я решу переходить к крайним мерам! — Абрэмо был непреклонен. — Передачу лучше произвести на берегу реки, там не слишком много людей ошивается, место уединенное, а ритуальная структура довольно приличная. Отправимся через час.

***

Кабан и Шустрый были обычными курьерами… Ладно, не обычными — опытными. Но в их деле не сказать, чтобы переход в этот “ранг” был сложным: полгода побегал — уже опытный. На территории Республики творилось демоны знают что. Кто-то считал, что государство пало, кто-то — что реформировалось в соответствие времени, кто-то — что просто захлестнуто волной бандитизма, с которым центральная власть все-таки разберется…

Кабан помнил, как “разобрались” в прошлый раз. Стоило центру три с лишним года назад ввести остатки регулярных частей даже на вроде бы близкую к центральным провинциям Юсовскую Область — и все. Все окружающие банды объединились почти мгновенно, выступив практически единым фронтом. Апофеозом стали шестнадцать ядерных ударов по столице. Не ракетами, понятное дело — те были даже сейчас защищены более чем с точки зрения доступа. Просто артиллерия: старые артиллерийские снаряды с ядерной начинкой превратили огромный мегаполис в незаживающую язву на теле страны, оставив островки сохранившейся застройки нетронутыми. Ну как — нетронутыми? Банды вполне себе разграбили столичный регион, большинство рабов сейчас как раз его бывшие жители. А центральное правительство вообще отошло на юг.

Когда происходят такие события, ни о каком сохранении государства речи не идет. Формально вокруг все еще республика, преобразованная “по конфедеративному принципу”, а по факту…

— Чего, снова про свою политику думаешь? Кабан? Чего молчишь?

— А кто про нее не думает? Когда такие события происходят…

— Забей. Нам бы продержаться лет десять, подкопить денег… А дальше жизнь наладится!

— Ага. Будем жить при Первомайоре Шосткине в первогенеральстве Морсткина.

— Кабан, ну вот ты сам подумай, — Шустрый, носивший свою кличку еще с тюремных времен и освободившийся, как и Кабан, когда местные власти начали формировать во время Катастрофы отряды заключенных для срочных действий по ликвидации ЧС в реакторной зоне, хлестко, смачно поставил стакан с алкоголем на столешницу. — Вот ты говоришь — банды, банды. Да не наши, а всякие из военных, на севере — вообще ученые-отморозки… А вот ты про другое подумай. Столичная власть что сделала?

— Обосралась, — четко и емко охарактеризовал действия республиканского правительства мужчина.

— Это-то да, тут не спорю. Я про другое. Она, — Шустрый с умным видом поднял палец вверх, — сохранила общее экономическое пространство! Какие деньги мы подкопить хотим? Республиканские! А дальше знаешь, что они сделают? Подождут, пока на местах сильные центры появятся, банды покрепче укрепятся. А потом созовут снова сенат или парламент от регионов. И все! Вот тебе государство. Потом общая армия, чтобы задавить всех мелких конкурентов или тех, кто не вступит в парламент. А дальше что? Дальше война с соседями, общие законы о логистике, экономике. Будем по тому же принципу, как и Союз создаваться. И все! Пересоберут твою любимую Республику краше прежней!

— Или разграбят окончательно, когда все эти психи во власть придут.

— А то сейчас они не командуют? Или до Катастрофы? Любая власть так собирается! Сейчас у нас просто форс-мажор.

— Ага, форс-мажор… — Кабан угрюмо покачал грязно-желтую жидкость в стакане, потом, не поморщившись даже, опрокинул ее всю в рот.

— Внимание всем!

В баре выключили музыку, а к небольшой сцене прошел мужчина в сером плаще — глашатай от бригады порядка. Вместо полиции теперь были эти ребята. И следили они за соблюдением самых простых законов: чтобы платили местный налог и не убивали на улицах в основном. Но хоть так. В закрытые для чужих бары вроде этого они приходили нечасто. Обычно — по важному делу, так что множество людей повернулись к сцене с интересом или с настороженностью.

— В связи с острой ситуацией… — Кабан помотал головой, не в силах справиться с дурацким чувством нереальности происходящего. Вокруг такое дерьмо творилось, а эти все “в связи”, “с острой ситуацией”, “требуется”, “городской совет”… Нет бы по-человечески начать говорить без всякой хрени? Просто и коротко: “Парни, у нас говно, надо разгребать. Кто не сдохнет, тому заплатим!” И сразу все стало бы понятно! — …собирается сводный отряд быстрого реагирования! Курьеры, исследователи, вольные стрелки приглашаются! Ставка — по пять кредитов в день в городе, по пятьдесят на выходах! — тут даже Шустрый, слушавший с унылой физиономией без особого интереса, приподнял голову. Плата была уж очень щедрой. Слишком щедрой!

— Думаешь, намечается какое-то дерьмо? — Кабан глянул на друга, хмуря брови.

— Однозначно. Столько не предлагают просто так.

— Запишимся?

— Конечно! — Шустрый ощерился во все свои двадцать семь зубов. Как он говорил — главное, что эти крепкие и не болят. А недосдача компенсируется качеством. С дантистами сейчас та еще беда: мало, дорого, а обычно их вообще нет.

Курьеры — совсем особая каста среди вольных стрелков. Сейчас вольных стали прижимать: они все же должны были теперь относиться к какому-то городу. Без “прописки” стреляли почти на месте как бандитов. Вопрос был не в том, грабишь ты или не грабишь — вопрос