Манхэттенский гримуар - Сэнди ДеЛука

Ещё один стук.

— Иду. — Беру сумку, открываю дверь.

На пороге — детектив Харрис, а не Фрэнки. Улыбается мне сверху вниз. — У вас есть несколько минут, Джина?

— Да, заходите.

На нём синие джинсы и чёрная кожаная куртка. Он снимает кожаные перчатки, запихивает в карман, потом трёт руки. Его перстень ловит свет. Вырезанная змея кажется живой. — Холодно на улице. Чувствую запах кофе. Ещё горячий? Знаете, пожалуй, лучше чаю — если есть. Я уже выпил слишком много кофе сегодня.

— Конечно. Проходите. — Бросаю сумку на диван, веду его на кухню и приглашаю сесть. Наливаю горячей воды из чайника в керамическую кружку, достаю пакетик чая из банки. — Сахар? Молоко?

— Нет, так хорошо. — Он берёт кружку, закрывает глаза, когда пьёт. Делает глоток — кажется, смакует вкус — потом ставит кружку. — Вкусно, спасибо.

— У меня есть пончики. Корицей…

— Нет, без лишних углеводов. Садитесь, Джина. — Он молчит — как будто собирает мысли и не заговорит, пока всё не встанет на нужное место в голове. Отец был таким же — всегда думал наперёд, всегда тщательно взвешивал слова, каменная статуя, застывшая во времени, подбородок на руке, вечно обдумывающая вопросы, которые древний скульптор высек ему в голове.

Но детектив здесь не просто так. Копы не заходят просто так — только если есть вопросы. Жду, когда он заговорит, и через несколько минут слова обретают форму. Он достаёт из кармана зернистую фотографию. — Вы знаете этого человека?

Я улыбаюсь. На меня смотрит молодой чернокожий мужчина с кривоватой улыбкой, заплетёнными косичками и маленьким шрамом над левым глазом. — Это Рико. Он толкает поддельные сумки на Canal. Мы с Элли брали у него фальшивые Gucci и Louis Vuitton. — Сердце у меня учащается. Смотрю офицеру Харрису в глаза. — Мне не грозят неприятности? — Думаю о том, насколько дальше зашла Элли.

— Мы обычно не арестовываем за покупку подделок, — говорит он с лёгкой иронией, — а торгашей прижимаем лишь тогда, когда больше нечем заняться. Даже тогда — это, строго говоря, не мой профиль. — Его взгляд становится жёстким, и он указывает на фото. — Вернёмся к вашему приятелю Рико. Мы подозреваем, что он, возможно, вышел за рамки своего промысла.

— Насколько далеко?

— Он больше не работает на углах улиц. Теперь держит свой склад в пустом офисном здании в нескольких кварталах от Canal, заманивает девочек Coach'ем, Vuitton'ом, Gucci — чем хотите. — Он кусает нижнюю губу. — Мы нашли тело в мусорном баке у его здания — молодая девушка. На руке у неё болталась поддельная Gucci, а на груди был вырезан перевёрнутый крест. И кое-что ещё, о чём я не могу говорить.

— Тела в городе появляются постоянно.

— Мы обыскали каждый офис в этом здании. Большинство пустые или заняты скромными, но законными предприятиями. Все, кроме так называемого офиса Рико. Подозрений много, но пока — только подозрения. Мы закрыли его контрафактную операцию. Обычно мы смотрели бы сквозь пальцы. — Он замолкает на секунду. Я знаю — там было что-то ещё, рядом с тем телом, — но он не может мне об этом говорить. Думает немного, потом снова начинает. — Мы задержали Рико на сутки за незаконную торговлю, но у нас нет достаточных улик, чтобы связать его с убийством. Криминалисты не смогли привязать его ДНК к телу, не смогли доказать, что девушка бывала у него. Поддельная сумка и вырезанный знак оказались косвенными уликами. Сегодня утром мы его отпустили.

— Зачем вы мне это рассказываете? — спрашиваю я.

Он делает глоток чая, потом говорит: — Он когда-нибудь чем-то пугал вас или вашу сестру? Говорил или делал что-нибудь такое?

— Рико? Нет, он всегда был милым. Знаю, что он работал с парой азиатов и с каким-то парнем с Карибских островов. Я их особо не знала, — может, стоит поговорить с ними.

— Мы допросили азиатов и парня с островов. Они в нашем списке, но Рико сейчас главный подозреваемый. Он когда-нибудь упоминал о причастности к какой-нибудь нестандартной религии, ритуальных делах?

— Нет, никогда.

В голове всплывает картинка: Рико подходит близко к женщинам, когда те идут по Canal. Говорит: «Coach, Prada, Louis Vuitton…» — тихо, медленно и соблазнительно, как будто приглашает девчонку в постель, как будто шепчет грязные слова. Я качаю головой. — Рико никому не причинит вреда, поверьте мне.

— В этом и проблема. Девушки вроде вас и вашей сестры слишком доверчивы. В этом городе нельзя быть такими. — Харрис касается моей руки. — Расскажите мне больше об Элли. Могла ли она ввязаться в подобные вещи?

— В продажу поддельных сумок или в ритуальные убийства?

Он смотрит на меня — похоже, моя попытка пошутить не кажется ему смешной.

— Элли была странной, — говорю я ему. — Иногда делала безумные вещи просто так, для адреналина. Видела мир под необычным углом. Знаю, что какое-то время она стояла на углу Вест-Хьюстон и толкала сумки для Рико. Делала