Операция: Амазонка - Уильям Микл

а у них больше не было преимущества в огневой мощи. Он не верил в свои шансы, будучи голым и безоружным против двадцати или более человек с ножами и копьями, несмотря на то, что у него было преимущество в подготовке.

- Если бы я знал, что ты будешь таким чертовски некомпетентным, я бы попросил Джеральда Батлера, - сказал Буллер из темноты.

- Да, ну, если бы я знал, что ты будешь таким болтливым мелким дерьмом, я бы позволил тебе сгореть наверху, и мы бы не оказались в этой ситуации.

- Люди не разговаривают со мной так.

- Почему же? Потому что ты сын лорда? Здесь ты просто еще один голый мудак, как и все мы, бедные ублюдки. Так что скажи мне, что мне нужно знать, чтобы выбраться отсюда, или заткнись, блядь. Мне все равно.

Бэнкс надеялся, что не переборщил. Если он правильно понял этого человека, то получит ответы. Даже если он ошибся, это не будет первым случаем, когда он разозлил своего соратника, хотя он только что заработал нагоняй от полковника, если они когда-нибудь вернутся домой.

Оказалось, что он действительно правильно понял этого человека. Буллер не встал со своего места, но когда он снова заговорил, его голос был тихим, с более чем намеком на страх.

- Я должен рассказать тебе о змеях.

* * *

- Мы в джунглях Амазонки. Конечно, здесь будут чертовы змеи.

- Ты будешь слушать или будешь издеваться?

Я вполне способен делать и то, и другое одновременно.

Он не сказал этого и прикусил язык. Его человек все еще говорил.

- Я увидел первую змею в тот момент, когда выбросил телефон из окна, - продолжил Буллер.

Бэнкс не прервал его. Ничего не изменилось бы, если бы он сказал мужчине, что они тоже что-то видели и что ему нужна эта информация.

- Сначала это был человек, а потом уже нет, - сказал Буллер, его голос был едва слышен в темноте.

- Парень в полной маске? Да, я видел его наверху. Мы оба видели.

- Нет, он их священник - больше того, он какой-то шаман. Но он человек, и вполне реальный. Я имел в виду тех, кто может превращаться. Если суеверия верны, они называют себя Детьми Боитаты.

- Это имя я слышал. Это какой-то местный змеиный бог, верно?

- И это больше, чем суеверие, - прошептал Буллер.

- Я видел, как у Детей происходило превращение: человек в змею, змея в человека, как в каком-то фильме. Но фильмы никогда не заставляли меня мочиться в штаны.

- Хватит болтать, чувак, - сказал Бэнкс, - расскажи мне что-нибудь конкретное, что я смогу использовать.

- Я говорю тебе то, что знаю, то, что видел, - ответил сидящий мужчина. - Мы находимся в неизведанной стране, и она принадлежит змеям.

- Змеи или нет, моя работа - доставить тебя домой к твоему богатому папочке, так что зажми сфинктер, чувак. Мне нужно, чтобы ты сосредоточился.

- Ты не понимаешь, - сказал Буллер. - Нет никакого смысла сосредотачиваться. Мы - следующие.

- Следующие для чего?

- Ты видел это наверху, - сказал Буллер. - Ты наверняка хорошо разглядел алтарь, когда заходил. Они разрезали Джека Бэйли и заставили меня смотреть.

- Заставили смотреть, как его разрезают?

- Нет, - почти крикнул Буллер. - Я же сказал, ты не понимаешь. Они разрезали его. Он был еще жив, по крайней мере, достаточно долго, чтобы смотреть, как они вытаскивают из него кишки. Потом они вырвали ему сердце. Потом пришли змеи и кормились.

Его голос задрожал от рыданий, когда он повторил то, что сказал минуту назад.

- Мы - следующие.

- 8 -

Рыдания Буллера дали понять Бэнксу, что разговор на данный момент закончен. Вероятно, это было к лучшему, поскольку Бэнкс не мог понять, что этот человек пытался ему объяснить. Бэнкс знал только то, что где-то по ходу дела он просчитался и упустил контроль над ситуацией. Пришло время вернуть его, или, по крайней мере, сделать первый шаг в этом направлении.

Сначала нужно было вернуть их снаряжение из того места, куда его унесли. Единственный способ сделать это - тихо выбраться из камеры. А был только один выход, который не охранялся.

Он быстро подошел к окну и высунулся наружу. Стена была вертикальной как сверху, так и снизу, и простиралась в обе стороны. Он примерно представлял, насколько они спустились с вершины, но не имел понятия, насколько далеко простирается сооружение и как далеко до навеса или реки внизу. Он снова услышал шум водопада, теперь уже громче. Когда он наклонился дальше, он почувствовал брызги, мокрые на его щеках. Это сделало бы любую попытку подняться еще более сложной. Он провел руками по камню, до которого мог дотянуться. Он был шероховатым и изношенным; было много точек опоры для рук и ног, но мокрый камень был скользким.

Буллер заговорил тихо.

- Оттуда нет выхода. Это 200-футовый вертикальный обрыв, - сказал он.

- Слава Богу, - ответил Бэнкс. - Я на минуту подумал, что это будет чертовски опасно.

- Ты же не серьезно подумываешь выйти туда?

- Не подумываю, нет. Я уже принял решение. Если кто-нибудь будет меня искать, скажи им, что я сошел с ума и прыгнул.

Не дожидаясь ответа, он взобрался на подоконник, повернулся лицом внутрь, затем потянулся к ручке, которую, как он надеялся, там было. Его пальцы нашли то, что не видели глаза, и он ухватился, шагнул и потянулся другой рукой с легкостью опытного альпиниста.

Единственный способ сделать это - действовать так, как будто это не более чем тренировочное упражнение. Он представил себе, что это стена в спортзале, где падение будет коротким и не смертельным, потому что любые другие мысли привели бы к сомнениям, а это было бы смертельно опасным при таком восхождении.

Он уже лазил в одиночку и без страховки, свободно поднимаясь по скалам в Кэрнгорме и Сноудонии, но это был его первый раз - голый и уже мокрый от брызг водопада слева от него. Его пальцы ног заняли место, где были его пальцы рук, правая рука поднялась, поискала, нашла другую опору и потянула. Теперь он входил в ритм, позволяя себе отклоняться назад и не прижиматься к стене, доверяя своей мышечной памяти и силе, чтобы продолжать движение вверх. Он подумывал спуститься к