Скаллбелли - Рональд Малфи

— Три дня спустя Даунинг объявляется в городе — полкомплекта одежды, раны на груди и животе, одежда пропитана кровью.

— Чья кровь? — спросил Джефферс. — Только его?

— Нет. Судебно-медицинская экспертиза установила, что там была и кровь Харпер.

— Этого не было в бумагах, которые я видел.

— Прошло всего три месяца, Джефферс. Образцы пришлось отправлять в Портленд, чёрт возьми.

— Хорошо.

— Итак, как вы знаете, мальчик не говорит — выпал из реальности. Травма. Если бы при нём не оказалось бумажника, мы бы вообще не знали, кто он такой. — Она покрутила стакан с содовой на стойке, но не пила. — Позднее «Чероки» был обнаружен на Саммит-Пасс, у старой лесовозной дороги, которая годами как запрещённая.

— Не знал, что дорогу можно запретить, — сказал он совершенно серьёзно.

Она всё равно пропустила это мимо ушей. — Мы провели пешую поисковую операцию в этом районе, которая продолжалась неделю. Несколько сотрудников Рыбного и Охотничьего хозяйства облетали территорию для нас.

— Кто участвовал в пешей поисковой операции?

— Весь наш отдел плюс несколько человек из Брукингса. Федеральные правоохранители из Министерства внутренних дел работали в этом районе, так что несколько дней помогали и они. Это было в национальных новостях, знаете ли, в какой-то момент.

— Видел.

— Некоторые семьи тоже приезжали.

— Да. Говорят, их встретили два офицера и пара гончих. От одного из офицеров несло спиртным. — Джефферс прочистил горло. — От офицера, я имею в виду. Не от гончих.

— К тому времени, как они приехали, мы в основном уже только проводили облёты.

— Почему?

— Потому что у нас ограниченный штат. Спасательные операции — приоритет. Но через несколько недель поисково-спасательная операция превращается в поисково-восстановительную, а это означает, что она опускается на ступеньку ниже по шкале приоритетов. Звучит бессердечно и жестоко, и мы такого не произносим перед камерами — уверена, вы понимаете, — но это чистая правда. Конечно, отдел разыгрывает политику и перед объективами делает вид, что готов идти до конца, но у нас есть другие проблемы. Как и у других отделов, которые нам помогали. Знаете, сколько людей теряются в этих лесах?

Джефферс потёр подбородок. — Облёты так ничего и не обнаружили? Ни даже стоянки?

— Нет. Здесь тяжело проводить нормальные облёты. Секвойи такие высокие, что самолёты не могут опуститься достаточно низко. А ещё наземный туман — всё это только усложняет дело.

Джефферс допил и поставил стакан на стойку. — Так что, по-вашему, случилось с теми ребятами?

— Моё личное мнение?

— Да.

— Буквально что угодно могло с ними случиться, господин Джефферс. Дорога перекрыта для туристов, кемперов и транспортных средств не зря. Там опасно. Разваливающиеся желоба…

— Слышал про желоба.

— …и старые шахты, не засыпанные как следует. Пещеры, балки, расселины, скалистые выступы и всё, что вы только можете вообразить. Ребята могли залезть куда не надо или упасть и сломать шеи. Или что-то запросто могло упасть на них. — Она понизила голос. — Там животные, господин Джефферс. С когтями и зубами.

— Так что вы намерены делать дальше?

— Жду, что будет, когда Даунинг снова заговорит.

— А если он так и не заговорит?

Она подняла ладони со стойки, давая понять, что дальше этого у неё ничего нет. Чего ещё вы от меня ожидаете?  — говорил её взгляд.

— Я хочу туда подняться и посмотреть, что найду.

— Я настоятельно не рекомендую этого делать, — сказала она.

— Я умею быть очень осторожным.

— Осторожным или нет — это незаконное проникновение на чужую территорию.

— Даже с полицейским сопровождением?

Линдон побарабанила потускневшими ногтями по стойке. Затем достала из кармана несколько долларов и положила рядом с нетронутой диетической колой.

— Поздно, — сказала она. — Мне нужно домой — выгулять собаку.

— Вы даже колы не тронули. Она, наверное, уже тёплая.

На этот раз его лёгкость пробила её каменный фасад — хоть и едва-едва; она позволила себе лёгкую улыбку, и глаза у неё, кажется, заблестели.

— Что, ради всего святого, вы делаете здесь, в этой глуши, детектив? — сказал он, когда она встала с барного стула.

— Это мой дом, — ответила она и ушла.

10

Около трёх