Другие миры кроме этого - Стивен Кинг

Джек кивнул.

— Оттуда открывался отличный вид на погром. Куда лучше, чем кому-либо из нас хотелось бы, верно говорю. Все выглядело так же паршиво, как те немецкие города, что мы бомбили во Вторую мировую. А ведь это место было таким милым, понимаете?

Сидя на спине Золотого Мальчика, Мэри произнесла едва слышно:

— Оно было чудесным.

Ларри добавил:

— Мы увидели рикшу, припаркованную возле магазина. Мул валялся мертвым — какой-то из этих сукиных сынов пристрелил бедную скотину, — так что мы его выпрягли и усадили внутрь Губа. Повернули назад тем же путем. Мы не знали, куда направляемся, лишь бы подальше оттуда. — Он вгляделся в Джека; ему явно хотелось сделать парочку своих успокоительных вращений на месте, ведь обнимать себя за плечи так себе замена. — Что нам теперь делать, Джек?

И что сделает Волчок — да и все они — если я отвечу: «Мне-то откуда, блядь, знать?»

— Кому-нибудь из вас довелось видеть тех двоих, с которых все закрутилось? Парень и девчонка, совсем молодые. Одеты в шмотки с американской стороны.

— Нет. Элис Стайнс могла видеть. Она дин у сестер Орисы.

— Я знаю Элис. Она была среди метательниц тарелок?

— Да, — подтвердил Джордж. — Вон там она. Жива, надеюсь.

— Гдде поддкрр? — просипел Янгблад. Он распластался на сиденье тете-букки. Его язык высунулся наружу и облизал обугленные губы.

— Уже идет, — произносит Джек и похлопал Большого Кахуну по руке. К его ладони прилип кусок обгоревшей кожи. Он содрал ее, думая про себя: «Не стану кричать. Криком тут не поможешь».

Хотя, с другой стороны, что еще оставалось.

6

Джек снова стал фактическим лидером своего американского ка-тета. И пусть ему это не по душе, но он принимает расклад. Он считает, что нужно двигаться к Роузвуд-Холлу, если тот еще цел. В конце концов, нужно убраться куда-то подальше, хотя бы ради того, чтобы перевести дух, устроить палавер и решить, что делать дальше. К тому же, есть и другая причина. Если Роузвуд-Холл устоял, Эдвард Янгблад, он же Губ, он же Большой Кахуна, сможет умереть в собственной постели.

Конюшни и хозяйственные постройки сгорели дотла. Восточное крыло Роузвуд-Холла тоже выгорело, но главный дом и западное крыло, похоже, спас пожарный робомобиль, теперь намертво застывший на булыжной мостовой двора. Высокая каменная стена, окружавшая любимый сад Янгблада, закоптилась, а двустворчатые ворота — украшенные парой пулевых отверстий — захлопнулись. Джек понятия не имел, уцелела ли Дверь Миров, но в сад вели свежие следы автомобильных шин.

Мужчина и женщина сидели, прислонившись спинами к борту заглохшей пожарной машины. Между ними лежала плоская сумка. Мужчиной оказался Райал Коннорс. Один рукав его домотканой рубахи был заляпан кровью. Женщина подняла голову, лишь когда к ним приблизилась разношерстная компания. Ее лоб стягивала окровавленная повязка.

Джек сразу узнал Элис Стайнс. Хаффе и Элис жили через три дома от Софи и Джека на втором ярусе Верхнего города, и чета Стайнсов частенько прогуливалась в вечерней прохладе, неизменно держась за руки. Элис была красавицей, в ней сквозило что-то царственное. Она и сейчас выглядела величественной, но изрядно потрепанной. Очень изрядно.

Она поднялась, опираясь о стену. Джек поспешил к ней.

— Не надо, я сама, — с трудом выговорила она. — Все нормально, Джек.

Он преклонил колено, прижав кулак ко лбу:

— Хайл, Элис из Дези. Не стану желать тебе здравствовать, скажу лишь — пусть все пойдет на лад.

— Достойно сказано, — отозвалась она.

Рай поднялся на ноги с натужным кряхтением:

— Здорово, Джек. Какой расклад, как у нас говорят на американской стороне?

— Расклад уже разложен. Насколько сильно тебя зацепило?

— Слабее многих. У Фиони Джексона была одна из тех старых пушек. Она рванула. Ему разнесло почти всю башку.

«И не ему одному», — подумал Джек.

— Он умер, а мне прилетело осколками. Этот обугленный кусок мяса и есть наш дорогой предводитель?

— Он самый.

— Любительницу выпить я вижу, а где Пэй?

— Погиб. Смотрю, ты не растерял ни капли своего обаяния.

— Пошел ты, Джеки. Где вас вообще носило, пока мы тут из последних сил отбивались от красноголовых психов и получали по заднице из пушек, которых — вот ведь диво — у них быть не должно?

Джек ответил Раю, что это долгая история. Он уже устал это повторять.

— Ну так выкладывай, кеннит? Раз уж кровожадные детки убрались, времени у нас теперь вагон.

— Поддкрр! — прохрипел Янгблад. — Дде онии?

— Уже идут, — ласково утихомирил его Ларри. — Идут, сэй, подкрепление уже почти здесь.

— Истории потом, — отрезал Джек. — Элис, ты как?

— С ней все пучком. Слегка поцарапало, — вставил Рай.

— Я бы предпочел услышать это от нее самой.

— Мы укрылись в деревьях, — произнесла Элис. Как и у Джорджа с Волчком, в ее взгляде сквозила та самая боевая заторможенность, что всегда наваливается после перестрелки. — Мы думали…

Дверь главного дома с грохотом распахнулась. Кто-то вышел наружу, запнулся о придверный коврик с надписью «КОНЧАЙСТУЧАТЬ», а затем заковылял через двор. Джек схватился за пушку еще до того, как осознанно решил ее вытащить, но сдержался и не выстрелил. Это оказалась Баззи-с-Тряпкой. Как всегда, ее вихры стягивала красная косынка. В руке она сжимала ветошь для пыли, а на лице блуждала вечная безумная улыбка. Но в остальном…

«Бог мой и Ган», — подумал Джек.

— Что за херня? — выдохнула Мэри.

— У меня так много работы, — говорит Баззи. Ее левой руки нет. Из обрубка плеча свисают пучки разноцветных проводов. А глубоко внутри, там, где полагалось быть плоти, мерцают крошечные огоньки. — У меня так много работы. Это сэй Янгблад? Он выглядит неважно. Прошу прощения. У меня так много работы.

«Это все не по-настоящему, — подумал Джек. — Я в психушке на американской стороне. Сейчас мне вкатят очередной укол, и все галлюцинации растают».

Баззи крутанулась на месте, совсем как Ларри Магрудер, врезалась в зад пожарной машины, отлетела, сделала еще один круг. Джек замечает, что один ее глаз провалился внутрь. А за ним подмигивают новые крошечные лампочки.

— Столько работы.

Она развернулась обратно к дому, снова споткнулась о дурацкий придверный коврик, и все — чертик скрылся в своей шкатулке.

Джек ошарашено посмотрел на Джорджа:

— Ты знал?

Тот отрицательно покачал головой.

— Мэри? А ты знала?

Она сидела на Золотом Мальчике выпрямившись и вытаращив глаза. Ричард безмятежно устроился в тени огромного коня и лениво щелкал зубами, ловя свой небесный изюм.

— Я всегда знала, что с ней что-то не так, но что она была… этим… этой…

— Киборгом, — произносит Джордж, и в ту