Пресекая их в зародыше - Эдвард Ли

- Да, конечно, но посмотри на них.

- Я серьезно, мистер Шарстед. Пожалуйста, выслушай меня внимательно, - Рагуил неосознанно щеголял пятном шоколада "Кит-Кат" в уголке рта, что полностью узурпировало его усилия подчеркнуть серьезность ситуации. - Ты когда-нибудь слышал о боеголовке Whiskey 79?

Это усилило внимание Шарстеда.

- Нет, но... это звучит нехорошо.

Послышался крошечный щелчок, когда Рагуил внес некоторые коррективы в Сканер Богохульств. - Смотри в оба глаза, как, кажется, говорят британцы.

- Что? В оба...

- Просто посмотри уже!

Шарстед заглянул в отверстия и увидел резкое изображение чего-то, похожего на артиллерийский снаряд, стоящий дыбом. Снаряд был окрашен в ровный оливково-серый цвет, имел белую полосу вверху и блестящий черный кончик. Когда Шарстед прищурился, изображение увеличилось до какой-то трафаретной надписи на боковой стороне корпуса, которая очень четко гласила: СОБСТВЕННОСТЬ АРМИИ США, ОДНА ЕДИНИЦА - W79 AFAP - МОЩНОСТЬ СЕЛЕКТИРУЕМАЯ, 1,1-100 КТ - ВЗРЫВНАЯ СИЛА - M735 - СЕЛЕКТИРУЕМАЯ.

- Э-э-э... - произнес Шарстед. - Мне не нравится то, что я вижу...

Наконец Рагуил вытер шоколадное пятно и слизнул его с пальца.

- Это устаревший ядерный артиллерийский снаряд, мистер Шарстед. Более пятисот экземпляров были изготовлены и хранились на складах в течение многих лет, но в начале девяностых годов они были демонтированы в Техасе в рамках соглашения о разоружении. Конечно, ты не удивишься, узнав, что твое вероломное правительство тайно создало гораздо больше, более совершенных подобных боеприпасов. Как бы то ни было, и, как я уже говорил, около пятисот штук было демонтировано, но один, боюсь, был ловко скрыт предприятием, желающим причинить как можно больше вреда...

- Террористы, - предположил Шарстед.

- Нет, хуже. Сатанисты. Через тридцать четыре года украденная боеголовка будет взорвана в подсобном помещении канцелярского магазина недалеко от Белого дома. В этом будут виноваты красные китайцы, - одна бровь Рагуила взлетела вверх, совсем как у мистера Спока. - Можешь ли ты предположить, что произойдет дальше?

Нижняя губа Шарстеда задрожала.

- Э-э-э... ​​Третья мировая война?

- Да, мистер Шарстед. Третья мировая война. Десятки миллионов умрут. Целые города будут разрушены. Целые культуры будут по существу уничтожены. И все из-за одного человека, одного слуги Люцифера.

- Поэтому мне придется убить этого парня, прежде чем он это осуществит, - подсчитал Шарстед.

- Да.

Шарстед кивнул.

- Хорошо. Очень просто. Дай мне его.

Именно здесь Рагуил показал улыбку, которая показалась ему совершенно гнусной.

- Твой энтузиазм заслуживает похвалы. Следуй за мной, он здесь.

Однако желудок Шарстеда резко упал, когда он заметил табличку на стеклянной двери, мимо которой они собирались пройти.

РОДИЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ.

"О, нет! Еще один ребенок..."

По комнате было расставлено не менее двадцати маленьких родильных кроваток, и в каждой из них лежал пухлый комочек радости, завернутый в подгузник.

Шарстед посмотрел на все эти милые мордашки.

"И мне придется убить одного из них. Могу ли я действительно это сделать?"

- Нет ничего легкого, мистер Шарстед. Если не веришь мне, спроси Иова, спроси Даниила, спроси святого Игнатия. Последний был приговорен к растерзанию голодными собаками за восхваление Иисуса и отказ поклониться нелепым римским богам. Но римляне предоставили ему выбор. "Отрекись от Иисуса, и ты будешь прощен. Ты можешь уйти свободно". Святой Игнатий сказал "нет". И его бросили собакам с улыбкой на лице. Это трудно сделать, даже труднее, чем то, о чем я тебе рассказал.

Шарстед сглотнул. Он вспотел, дрожал.

- Хорошо. Который из них?

- Ах, если бы все было так просто, - сказал Рагуил.

Он помахал рукой одному из

младенцев; ребенок срыгнул.

- Мы думаем о Боге как о всеведущем, Том, кто знает все. Но это по сути верно только тогда, когда ты разбираешься в мелочах. В конце концов, зачем Богу посылать Своего Единородного Сына, чтобы обеспечить спасение всему человечеству, если Он заранее знал, кто спасется, а кто нет?

Шарстед начал чувствовать неладное.

- О чем ты говоришь?

Рагуил прочистил горло.

- Я говорю, мистер Шарстед, вот что: мы знаем, что один из младенцев в этой комнате устроит самую разрушительную войну за всю историю человечества. Но... - и вот он снова поднял свой пресловутый толстый палец. - Мы не знаем точно, какой это ребенок.

Шарстед, выпятив нижнюю губу, тупо уставился на Рагуила.

- И?

- А это значит, мистер Шарстед, и мне очень жаль, что я принес эту безутешную новость, тебе придется убить каждого ребенка в этом родильном отделении.

- Пошел ты! - Шарстед взорвался. - Это возмутительно!

- Может быть, но это также и твое божественное задание. Я ничего не могу сделать.

- Я не уничтожу комнату, полную детей, только потому, что ты, некомпетентный идиот, не знаешь подходящего ребенка!

Рагуил строго оглянулся.

- Это Божья воля.

- Если убийство всех этих младенцев - воля Бога, тогда Бог - придурок! И Он - мудак! И ты тоже!

Рагуил улыбнулся, опустив голову и потирая переносицу.

- Опять попался, мистер Шарстед. Конечно, я шучу...

Шарстед чуть не упал в обморок.

- Прекрати это дерьмо, чувак! Ты что, в средней школе? Это не смешно!

- О, это безумно смешно, и именно поэтому Бог дал нам чувство юмора. Какой скучной была бы жизнь без этого, а?

Шарстед покачивал головой и скрипел зубами.

- Поцелуй мою чертову задницу!

Рагуил так усмехнулся, что его щеки порозовели.

- Твоя реакция стоит всего золота в хранилищах царя Креза. Тебе нужно расслабиться, я считаю, потому что так ты можешь не пройти испытательный срок.

Шарстед хотел пнуть Рагуила по яйцам, но... передумал.

- Нет, мистер Шарстед, от тебя ожидают, что ты убьешь только одного ребенка в этой комнате, - Рагуил положил руку на край кроватки. - Этого ребенка.

Шарстед посмотрел на ребенка. Он был закутан в одеяло, наполненное улыбающимися слонами и черепахами, и радостно ухмылялся Шарстеду.

- Ты, должно быть, издеваешься надо мной! Это самый милый малыш во всем этом чертовом месте!

- Согласен! Ты ему нравишься, мистер Шарстед. Он думает, что ты его отец!

- Прекрати нести чушь!

- И как иронично, м? На самом деле ты не его отец. Ты его палач. Ты Тень Смерти.

"Что я делаю? Как я вообще связался с этим толстым придурком?"

На кроватке была табличка с надписью "ФОРБС, БЕНТЛИ" с набором цифр.

"Бентли. Неужели я действительно собираюсь УБИТЬ Бентли?"

Он дольше смотрел на ребенка, который теперь пускал