Другие миры кроме этого - Стивен Кинг

— Полос для аварийной остановки грузовиков тут не предусмотрено.

Они одолели спуск и остановились на ночлег у кромки травянистой равнины, которую Джек тоже помнил по прошлой поездке. Пока Рай кашеварил, готовя им ужин (овсяные хлопья с остатками изюма), Джек проверил значок на одном из противорадиационных костюмов. Значок горел ровным желтым светом, а притяжение Прорвы стала еще сильнее, потеряв былую мягкость и достигнув силы притяжения земли. «Довольно скоро, — подумал Джек, — это будет не Земля, а планета-гигант вроде Юпитера».

Он предложил всем затянуть ручные тормоза до упора.

— Это наша последняя ночь? — снова спросил Рай.

— Наверняка утверждать не могу.

— Примем это за уверенное «возможно».

Рай подошел к своему грузовику и покопался в грудах скарба. Вернулся, неся тарелку, накрытую металлическим колпаком-клошем. Он отвесил поклон и произнес на вполне сносном французском:

— Un désert spécial pour une nuit spéciale pour la mademoiselle et le monsieur[45], — после чего поднял крышку и продемонстрировал пирог с шоколадной глазурью.

— Вообще-то он должен был получиться круглым, но смеси для выпечки пришел абзац, причем полный.

— Он прекрасен, — выдохнула Мэри. — Спасибо, сэй. Куда лучше «инопланетян» из лавки Кэйдена.

Джек согласился с ней, как согласился и Ричард, который уселся на задних лапах, зажал свой кусок в передних и уплел его в три укуса. На усах у него остались крошки шоколада, и он их тщательно слизал.

— Расскажи нам о том, как ты впервые попал в Срединный Мир, Джек, — попросил Рай. — Когда был мальчишкой. Мне бы хотелось это послушать.

— Мне тоже, — подхватила Мэри. — У каждого костра должна быть своя байка.

— Тоже, — повторил слабый и хриплый голосок.

— Ладно, почему бы и нет? — согласился Джек. — Хотя я тогда звал это место Долинами.

Он рассказал им, что у его друга Спиди в Долинах имелся двойник. Паркус не был стрелком, но почти наверняка являлся дином из рода Эльда.

— Он рассказал мне, что если я добуду предмет под названием Талисман, то смогу спасти жизнь своей матери. Чистая правда, но еще он хотел использовать меня — как пешку, полагаю, — чтобы вырвать Талисман из рук Моргана. Совсем как Хестин манипулирует нами ради достижения сразу нескольких целей.

Джек не стал выкладывать все без исключения — на это ушла бы вся ночь и часть следующего дня, — но рассказал про городок Оутли в штате Нью-Йорк, и про то, как стал прислуживать человеку по имени Смоки Апдайк. Рассказал, как отыскал Волка в Долинах и как они вместе попали в заточение на американской стороне. Рассказал о том, как Волк отдал свою жизнь ради спасения стада, состоявшего из одного-единственного Джекки Сойера. И рассказал то, о чем совершенно позабыл до визита на Базу № 19: как они с другом Ричардом брали штурмом форт, набитый плохими Волками, в Лагере «Готовность».

— Поезд Моргана был нагружен ящиками с оружием, на которых значилось «запчасти». Был там и один ящик с надписью «фрукты», и внутри действительно лежали фрукты. Ананасы.

— Гранаты? — уточнил Рай.

Джек кивнул.

— Мы разнесли то осиное гнездо к чертям собачьим, главным образом потому, что на нашей стороне был фактор внезапности. Можно сказать, Лагерь «Готовность» оказался совершенно не готов к визиту парочки пацанов с автоматами и гранатами. Оттуда мы двинулись дальше, в Пойнт-Венути, штат Калифорния. Ка-тет из двух человек. Ричард к тому времени уже сильно болел. У него вроде как началась аллергия на Срединный Мир, но вернуться обратно мы не могли, даже если бы очень захотели. Нас тянуло вперед.

— Прямо как к Прорве, — заметила Мэри.

— Да. Как к Прорве. Твоя правда.

5

В ту ночь гостей не случилось — ни плохих Волков, ни медленных мутантов, ни жутких чудовищ. Дождь прекратился, и втроем они долго сидели у огня, наблюдая, как огненные шары носятся и скачут по Проклятым землям на севере, порой сталкиваясь и исчезая в ярких вспышках зеленовато-голубого света. На вопрос Рая, что это может быть, Джек лишь молча пожал плечами.

Они беседовали — спокойно, но не сговариваясь помня о ка-шуме, что теперь плотно окутывало их, — об Америке, где жили до своего перехода в Срединный Мир. О тех светлых мгновениях, что остались в прошлом. Мэри вспомнила, как девчонкой ходила на шоу в «Радио-Сити-Мюзик-Холл»[46] и больше всего на свете мечтала стать танцовщицей в кордебалете «Рокетс». Рай рассказал, как смотрел «Пять пальцев смерти» в кинотеатре «Лоев'с» на Таймс-сквер и о своей недолгой работе водителем лимузина, которая закончилась увольнением за рукоприкладство.

Джек поведал им о парке аттракционов «Аркадия», о том, как осенью бродил среди опустевших каруселей, чувствуя смесь счастья, меланхолии и страха. В их, возможно, последнюю ночь в пути, при отсветах догорающего костра, наевшись особого кекса Рая, он рассказал больше обычного, начав с того, как сильно боялся всякий раз, возвращаясь в их продуваемый сквозняками номер в отеле «Альгамбра», застать мать мертвой на диване с окурком сигареты «Герберт Тарейтон» в остывающих пальцах.

— И ты спас ее? — спросил Райал. — Вернулся с Талисманом и спас ее?

— Должно быть, спас. Она ведь прожила еще много лет. Простите меня. Мне кажется, теперь я в состоянии рассказать вам больше из той истории.

Джек подошел к задней части «Колдуна» и прижал обе ладони к Великому Плазуму. Тот на мгновение стал теплее и слабо порозовел, но затем вернулся к прежнему угрюмому серому цвету. Джек вспомнил о Серебряной Леди, затем закрыл глаза и увидел Талисман — шар из яркого света. Он и есть Башня; он и есть Лучи; он и есть полное отрицание пространства тодэш и Дискордии; он — залог того, что все будет хорошо и все кончится благополучно.

Джек вернулся к костру, спотыкаясь и покачиваясь как пьяный.

— Джек? — Мэри поднялась с места и обняла его за плечи. — Ты в порядке?

— Нормально.

— Что-то ты не похож на нормального.

— Выкладывай, что тебе нашептала эта штука, — бросил Рай. — Терять уже все равно нечего. Слишком поздно для секретов.

— Я и не держал это в секрете, я просто не помнил.

— Из-за того, что тебя подстрелила та баба, — вставила Мэри.

— Да. Я все думал о Серебряной Леди, одной из лошадей на карусели в «Аркадии». И не понимал почему. Теперь знаю. У Леди тоже был двойник. Это воспоминание открыло двери для всего остального.

— Ты вспомнил Золотого Мальчика? — спросила Мэри.

— Нет. Не настоящую лошадь, а надувной матрас