Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков

— Счастливо, — бросил Гриша и, круто развернувшись, пошел вглубь поселка.

— Придурок! — бросил ему вслед Сережа.

— Зря мы так, — тихо сказал Витя.

— Не зря, — отрезал Сережа. — Может, он хоть так призадумается. Я не понимаю, разве посылая всех и вся вокруг и относясь к окружающим, как к людям второго сорта, можно влиться хоть в один коллектив? Да хрен там! Тем более, наш класс, за исключением пары личностей, очень даже дружелюбный. Если бы он хотел, то давно бы уже сгладил все углы.

Затем он внезапно как-то резко довольно улыбнулся:

— Знаешь, а ты был крут. Такой «Хэй, чуваки, не советую меня злить, а то вам всем не поздоровится!». Ух, прям аж сердце замерло. Правда, от испуга, а не восторга, но замерло же?

— Да блин, — смутился Витя. — Если бы я не был бы ликаном, то хрен бы я так сказал. Я бы никогда не вышел против троих качков.

— Уверен? — внимательно посмотрел на него Сережа. — Помнишь, как в детстве ты встал между мной и бродячим псом?

— Помню, как же, — ответил Витя. — Но я тогда особо не думал. Просто сделал и… и все.

— Да какая разница? Ты это сделал. Неужели ты не поймешь никак, что ликантропия не изменила твою сущность? Она просто тебя раскрыла, только и всего. Ладно, я за сигаретами, да и идти уже пора. Элка будет с минуты на минуту.

Витя стоял, не зная, что ему ответить. Ему было безумно приятно слышать. Но Сережа ошибся, если подумал, что он какой-то там без страха и упрека. Он знал это наверняка. Ведь если бы это было так, то он бы смог уже беспрепятственно превращаться в волка. Но этого до сих пор не произошло. Страх не давал ему этого. И он даже не мог понять, что тревожит его внутреннее «я». Какая-то назойливая неприятная мелочь.

Электричка приехала с небольшим опозданием. Катю Витя узнал сразу — довольное, со слегка полными щечками, лицо, знакомые голубые глаза и длинные, собранные в косу, светлые волосы. Губы светились ярко-красным вызывающим цветом, что выгодно подчеркивало формы ее лица. Витя еще раз для себя отметил, что она действительно была очень красивой. Про себя еще раз поздравил друга — повезло же ему, идиоту, с ней.

— Сережка! — радостно крикнула она, прыгая ему в объятия. Витя едва смог подавить улыбку, сохранив беспристрастное выражение лица. А то он рискует получить по тыкве.

— А вот и наш герой, — улыбнулась она Вите.

— Привет, Катюх, — махнул он рукой.

Они быстро обнялись, после чего Катя тут же взяла Сережу под руку.

— Ну чего, Вить, рассказывай, ты как?

— Да ничего такого, — Витя на секунду задумался. — Обычная скучная жизнь. Учеба-дом и так далее.

— Ой, ну не прибедняйся, — хмыкнула она. — Рассказал мне Сережа про твою новую девушку. Чуть ли не супермодель по его описанию.

Сережа насвистел какой-то мотивчик, старательно смотря в сторону леса, только не на Витю.

— Жалко, конечно, что с Иркой у тебя так ничего и не вышло, — вздохнула Катя. — Вы с ней прям идеально смотрелись.

— Ну, что теперь поделать, — вздохнул Витя. — Нашей вины в этом нет. Но мы переписываемся, поддерживаем дружеские отношения.

— Ну, хоть так, — Катя махнула ресницами, на которых остались небольшие снежинки, и прижалась к Сереже. — Ну, показывайте, где у вас тут конюшня.

— Это в самую даль поселка идти, — ответил Сережа, приобнимая ее. — Недалеко от церкви она. Минут пятнадцать где-то.

— Ну, так ведите, — подмигнула она.

Появление старой знакомой всколыхнуло в Вите чувство непонятной ностальгии. И то были даже не новые ощущения с Ирой, которые, вне всяких сомнений, навсегда отложились в его сердце. Оглядываясь назад, те его два с небольшим дня в больнице казались вообще чем-то из другой жизни. Которая не принадлежит ему. Столько всего изменилось. Чтобы там не говорил Сережа, но он сам тоже изменился. Будто стал взрослее. Может, он сейчас драматизирует, Витя даже это в какой-то степени не отрицал. Но ему все же казалось, что тот паренек, на которого напал «Белоомутский волк» действительно погиб в ту злосчастную ночь. И возродился в качестве новой, лучшей версии себя. Пусть осознание этого происходило постепенно, пусть его старая версия все еще билась в предсмертных конвульсиях, агонизируя в надежде все еще обратить на себя внимание Цветаевой и строя какие-то глупые планы, но сейчас он чувствовал себя обновленным. Смотрящим на того паренька, который под бой курантов загадал перемены, со снисходительной улыбкой. Витя Соколов умер, да здравствует Витя Соколов!

«Боже, вот уж что-то, а некоторый пафос в тебе умрет, только если тебе основательно так настучат по ребрам, — усмехнулся он про себя. — Ох, да бросьте, господа. Могу я хоть чуть-чуть думать о себе в куда более возвышенном ключе? Разве это преступление? Большинство всю жизнь стараются играть лучшую версию себя. Забывая о том, кто есть на самом деле. А я так, балуюсь. Я всегда старался быть честным и никем не прикидываться. Должна же быть хоть какая-то отдушина?»

— Вить, а ты что думаешь?

— А? — Катин голос резко ударил в уши. Вовремя. А то Витя даже начал забывать, что он так-то не в одиночестве прогуливается по поселку.

— Я тут думаю, уходить мне после девятого или не стоит. Сережа говорит, что не стоит. А ты как считаешь?

— Я-я-я… — протянул Витя. Девятый? Стоп, что? — А ты разве в девятом?

Глупый вопрос. Хотя, на что можно было рассчитывать, когда его самым наглым образом вырвали из мира собственных рефлексий?

— Ну да, а я тебе, разве, не говорила? — Катя как-то смутилась. Витя недоуменно захлопал глазами. Катя не то, чтобы не выглядела на пятнадцать, но все же ему казалось, что она немного старше.

— Финальный выбор всегда за тобой, — сориентировался Витя. — Ты можешь слушать близких людей или же нет, жизнь твоя целиком и полностью. Не всегда рационально давать кому-то решать за тебя. Но все же, если отвечать на вопрос, — Витя поймал уставший взгляд Сережи. — Я бы сказал, что лучше остаться. Наверное. Я не очень хорошо осведомлен об уровне образования в колледжах.

— Знаю, в ветеринарке, куда я хочу поступать, на кинолога после 11 класса не попадешь, — призадумался Сережа. — Я просто уже ознакомился с брошюрой, там только кинологический колледж имеется. Но, вообще, я лично не вижу смысла. Только если ты прям край как не хочешь сдавать ЕГЭ.

— Ладно, еще есть время подумать, — задорно ответила Катя. — А кто-нибудь