Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков

— Что-то случилось? — осторожно спрашивает девушка.

— Небольшие недомолвки с папашей, все нормально, — улыбается Антон, чувствуя какое-то странное возбуждение. Он давно замечал за собой, что в гневе он становится будто другим человеком. Словно просыпается какая-то его необъяснимая темная сторона. Он уже не узнает себя. Становится таким же зверем, на которых он охотится. Только без метаморфозы. Кинув телефон на ковер, он подходит к девушке и хватает ее за горло. Не сильно. Но достаточно крепко.

— Оу, — томно вздыхает она. — Кто-то хочет продолжения?

— Заткнись, — прорычал Антон. Он круто развернул ее, оказавшись сзади. Он уже предвкушал, как войдет в нее, как вдруг его телефон снова завибрировал. Неужели снова отец?

— Ответь, я подожду, — тяжело дышала девушка.

Проклиная все на свете, Антон тянется за телефоном. Звонил Даня. Охотник мысленно его гильотинировал, но все же взял трубку. Для таких ранних звонков должна быть очень веская причина.

— У тебя ровно минута, — рыкнул он.

— Антон Геннадьевич, тут такое, — Даня был взволнован. — Я тут шерстил ВКонтакте, ну и…

— Ты что, — Антон чувствует, как звереет. — Сучонок малолетний, звонишь мне ради какой-то статейки в интернете?

— Да нет же, — поспешно отвечает Даня. — Помните двух девушек, которых Вы спасли от ликана? Короче, они опубликовали фотографию с ним в интернете. Но дело не в этом. Там, в общем, в комментариях люди пишут о пацане, который выжил после нападения волка. Шутят, типа он теперь тоже ликан.

— Пацане? — живо переспросил Антон. — Продолжай.

— Антон Геннадьевич, лучше сядьте. Никогда не догадаетесь, что это за пацан.

— Ну? — напряженно переспрашивает Антон, уже заранее зная ответ.

— Ваш племянник, Витя, — с тяжестью в голосе говорит Даня.

Глаза Антона обезумели в немом торжестве. Вот оно! Доказательство! Осталось только… Внезапно настроение сменилось на убийственное спокойствие. В голове созрел план, как убить разом двух зайцев.

— Прикажете что-то предпринять? — уточнил Даня, чуть заикаясь. Молчание шефа его напугало ни на шутку.

— Пока нет, — удовлетворенно улыбнулся Антон. — Напиши моему отцу, пусть вышлет пару ампул гематолюпина.

— Вы уверены? — в голосе Дани сомнение. — Гематолюпин не доработан, да и вряд ли в принципе сможет когда-нибудь побороть ликантро…

— Дань, я тебе что сказал? — вкрадчиво повторил Антон. — Пусть отец вышлет две ампулы препарата. Это важно.

— Как скажете, — кивает Даня и отключается.

Антон удовлетворенно смотрит в окно. Он уже и думать забыл о девушке на кровати. Судьба преподнесла ему идеальную месть на блюдечке. Осталось лишь только правильно распорядиться фигурами.

— Грядет кульминация, — прошептал он.

На уроке английского Витя отдыхал морально. Мог себе позволить. Да и учительница его особо не беспокоила. Знала, что Соколов всегда даст правильный ответ. Но Витя все равно не расслаблялся. Никогда не знаешь, когда тебя настигнет доза учительского внимания.

— Sokolov, have you started reading «Crime and Punishment»?

Ну вот. Под самый конец урока. Витя оторвался от изучения подаренного отцом утром довольно стильно выглядящего браслета и быстро сгенерировал в голове предложение:

— Эмм… Yes, we started reading last week.

— Can you tell us something about this book already?

Витя замешкался. Сейчас он бы и на языке родных осин вряд ли бы нормально объяснился. Он еще толком даже не проникся произведением Достоевского. Что-то говорить было трудно.

— Well, this is the story of a young man, Raskolnikov, who believes that he can commit any crime because he has something worthy to offer humanity. He commits murder to try and prove his theory, but then he has to struggle with his guilty conscience, — неуверенно проговорил Витя. В принципе, это был максимум адекватности, что он мог сейчас выдать.

— Very good, — похвалила его англичанка.

— And the winner is… — хихикнул Сережа.

— Сергей, может, Вы тоже порадуете нас своими знаниями английского языка? — предложила ему Надежда Дмитриевна.

— А что Вы именно хотите от меня услышать? — хитро спросил он.

— Да что угодно, я Вас внимательно слушаю.

Сережа встал из-за стола и манерно откашлялся. Словно вышел на сцену и готовился к какому-то сольному концерту. Затем принял максимально суровый вид из всех, на которые был способен.

— I’m not in danger, Skyler. I am the danger! A guy opens his door and gets shot and you think that of me? No. I am the one who knocks![7] — грозно и с вызовом, под стать самому Брайану Крэнстону, отчеканил Сережа.

Витя, не выдержав, уткнулся в рукав, стараясь не рассмеяться. Вместе с ним в беззвучном смехе зашлась еще добрая половина класса.

— Знаете, это тянет на пятерку в году, Надежда Дмитриевна! — подал голос Денис.

— Да, Сереж, ты молодец, я тоже смотрела «Во все тяжкие», — огорошила класс англичанка.

— ЧТО? — тут уже все навострили уши.

— Ну, я же не совсем древний динозавр, — улыбнулась Надежда Дмитриевна. — Так что, Сереж, say my name!

— Цирк, а не урок, — дошел до Вити тихий Гришин голос. Естественно, услышал это только он.

— Надежда Дмитриевна, Вы вгоняете меня в краску, — сообщил Сережа.

— You’re God damn right! — довольно ответила англичанка.

Кто-то даже зааплодировал. Сережа ответил учительнице легким поклоном.

— Знаешь, дружище, боюсь, что ты лишился статуса самого главного гика в школе, — хмыкнул Витя.

— Даже отрицать не буду. Я уничтожен и низведен до атомов, — улыбнулся Сережа, плюхаясь на стул аккурат одновременно со звонком.

Надежда Дмитриевна еще раз повторила домашнее задание и отпустила класс на все четыре стороны. Кто-то уже мог идти домой. Но у Вити с Сережей была еще консультация по биологии. Так что Витя с небольшой завистью смотрел на освободившихся одноклассников.

— Тихонов, ну ты, конечно, отмочил, — подмигнула ему Света. — Вот, Вить, учись, как не быть занудой.

— Этот зануда в следующий раз не будет делать за тебя домашку по английскому, — шепнул Витя, дабы не спалить Ларионову перед Надеждой Дмитриевной, которая была еще в поле зрения.

— Туше, — согласилась Света. Витя довольно улыбнулся. Запомнила с того раза. Плюс один балл ей.

— Чего, Витек, готов к пробнику? — спросил Сережа. — Спорим, что я напишу быстрее тебя?

— Важна не скорость, а качество, друг мой, — глубокомысленно изрек Витя.

— Это-то понятно. Я чего предлагаю — давай забьемся. Кто напишет быстрее, того угощают вечерком пивом после конюшни.

— Конюшни? — переспросила Света.

— Да, Аня нас позвала сегодня, — ответил Витя. — Ну, она позвала меня, а Серега на хвост сел. Сама-то не хочешь?

— Нет, спасибо, — отмахнулась Света. — Я лучше дома посижу. Могу к вам выйти, когда вы за пивом пойдете.

— Как хочешь, — улыбнулся Витя. — До вечера тогда?

— Угу, — кивнула