Инопланетные ужасы - Тим Каррэн

Янами последовала за ним в туннель.

- Давай оставим твою родню в покое.

- Давно мертвые, - сказал Селлерс. - Все давно мертвые.

* * *

Они шли по извилистым низким коридорам, попадая в новые комнаты. Некоторые покрывали странные иероглифы, другие пустовали. Третьи рассыпались в меловую пыль. И везде - эта дымка и безымянная тьма, давящая со всех сторон. Чем дальше они заходили, тем сильнее росло странное, беспомощное чувство тревоги. Объяснить его было нельзя. Оно просто было - почти осязаемое.

И вот они наткнулись на зал.

Огромный, с потолком в полсотни футов. Свет фонарей не мог разогнать здесь вязкую черноту - пыльную, сочащуюся. Как в гигантской пещере, зал был испещрен от пола до потолка эллиптическими ячейками. В каждой - сплетение членистых паучьих лап вокруг грушевидного тела, тяжелого и бронированного. Цилиндрическая структура, которую можно было бы назвать головой, покрыта десятками крошечных сверкающих глаз. В центре - щель с чем-то вроде зазубренных зубов. Лицо, возможно. Но злое, полное ненависти.

- Они мертвы, - выдавил Селлерс, едва найдя голос.

Янами подошла, приложила "волшебную коробку" к одному из них. Та зажужжала.

- Мертвы, точно. Окаменели. Двадцать тысяч лет.

- Что это? - спросил Экхаус, водя светом по ячейкам.

- Коробка говорит - членистоногие. Ничего конкретного.

Селлерс заметил, что существа не просто находились в ячейках, а были с ними связаны. Словно они и это строение - часть огромной биомеханической машины. Все эти годы, думал он, эти мумии ждали в механической усыпальнице. Он рассмотрел одно ближе. Оно вызывало первобытный ужас, как большой паук или скорпион, на которых походило. Он встречал немало чужих форм жизни... но эти были отвратительны, мерзки.

- Не понимаете? - сказала Янами. - Мы в гигантском чужом мавзолее.

Больше говорить было не о чем.

- Давайте убираться отсюда к черту, - сказал Селлерс. - Все. Мы...

Янами закричала. Высокий, яростный вопль, полный ужаса.

- Я видела! - кричала она в наушники. - Что-то там... двигалось!

Она указала на зев другого туннеля. Там ничего не было - только тишина, масляная тьма. Пылинки, словно снежинки, плавали в лучах света.

- Тебе показалось, - сказал Экхаус.

- Чушь, - но больше она ничего не сказала. - Пошли.

* * *

С помощью навигации скафандра она повела их обратно.

Она не была уверена, что видела - лишь размытое движение. Живого здесь быть не могло, в этой замороженной гробнице... и все же что-то было. Она не призналась бы остальным, но это место наполняло ее тупым, необъяснимым страхом.

Улей отвратительных мертвых чужаков.

Ей хотелось сорваться и бежать, подальше от всего этого. Но она знала, что должна держать себя в руках. Запаникуешь - скафандр вколет успокоительное. А она не хотела этого, не в этом зловещем месте.

Они вернулись в первую камеру. Снаружи выла пылевая буря, как грузовой поезд. Видимость нулевая. Выйти было невозможно.

- Останемся здесь, - сказал Селлерс, ненавидя эту мысль. - Отдохнем.

Они легли рядом, скафандры окутали их теплой тьмой, мягко убаюкивая. Несмотря на все, Селлерс и Янами поддались, нуждаясь в отключке. Они заснули.

* * *

Экхаус лежал без сна, думая, размышляя.

И тогда он услышал ее: музыку.

Тихую, свистящую, меланхоличную. Он ясно слышал ее, но остальные спали. Он спросил скафандр, что это. НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ, - ответил тот. Универсальный ответ на все непонятное.

Экхаус встал и пошел на звук, в туннели.

* * *

- Просыпайся, - сказал Селлерс, грубо тряся Янами, вытаскивая ее из кошмара в еще худший. - Экхаус пропал.

- Где он? - спросила она.

- Не знаю.

Она спросила скафандр:

- Где член экипажа Экхаус?

НЕИЗВЕСТНО.

Неизвестно? Это не имело смысла. Он должен был найти его скафандр.

- Найдем его, - сказал Селлерс, шагая в туннели.

Тихие, гулкие, мертвые, туннели превратились в безумное шоу теней, когтистых и пляшущих, пока фонари скафандров рассекали клаустрофобную тьму. Янами обогнала Селлерса, и тот с радостью уступил ей. Хоть ее и наполнял холодный, ползучий ужас, она шла вперед почти вызывающе. Ей нужно было это сделать.

Наконец, погребальная камера.

- Если он здесь, мы его найдем, - сказала она.

Ответа не было.

Она обернулась, свет фонарей заколыхался.

Селлерс исчез.

В панике она оглядела все вокруг. Ничего, кроме крадущейся мглы, замороженных чужаков, могильной тишины.

- Где член экипажа Селлерс?

НЕИЗВЕСТНО.

- ГДЕ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, СЕЛЛЕРС?!

НЕИЗВЕСТНО.

Ее бросило в жар, в холод, она дрожала, потела. Скафандр работал сверхурочно, но это не помогало. В голове кричал белый шум.

Собравшись с силами, она повернулась, тщательно осматривая каждый дюйм зала. Если кто-то из них здесь, она заметит. Пропустить невозможно.

Так она нашла Экхауса. Он стоял у ячеек, просто ждал.

- Экхаус? - прошептала она.

Молчание.

Она приблизилась, дыхание рвалось, лицо покрылось потом.

- Почему член экипажа Экхаус не отвечает? - спросила она скафандр.

НЕИЗВЕСТНО.

- НЕИЗВЕСТНО, К ЧЕРТУ! - закричала она, разум полнился жуткими образами.

Она подошла к скафандру. Визор был черным зеркалом, ее фонари отражались в нем, как солнца. Она протянула руку. Коснулась. Скафандр рухнул, шлем откатился, словно отрубленная голова. Он был пуст.

Экхауса внутри не было. Ничего не было.

Конечно, нет, - сказал ей голос, - потому что...

Экхаус был рядом. Разобранный, как головоломка, ободранный, разрезанный пилами, ножами, безумным хищным разумом. Мертвый, кровь замерзла кристаллами, конечности - ледяные сосульки.

Янами попятилась. Упала бы, но скафандр не позволил. Паника, ужас, животный страх охватили ее. Скоро скафандр ее усыпит. Она знала. Но не могла перестать кричать.

Особенно когда скафандр сказал: ЧЛЕН ЭКИПАЖА СЕЛЛЕРС ЗА ВАМИ.

И он был там.

Или что-то было там.

Скафандр разгерметизирован, но что-то двигало его вперед. Он двигался неправильно - вяло, волочась. Полный там, где должен быть пустым, пустой там, где должен быть полным. Янами упала, рухнув на спину. Запертая в гробу своего скафандра, она отчаянно боролась, чтобы вырваться.

А в ушах - музыка: скорбная, пронзительная, жуткая.

ОШИБКА, - сообщил скафандр. - ЭТО НЕ ЧЛЕН ЭКИПАЖА СЕЛЛЕРС.

ОШИБКА.

Но она и так знала, пока оно приближалось, прыгая и волочась. Ближе... ближе, тянулось к ней, пока ее разум не лопнул с мокрым треском.

И тогда тварь в скафандре сделала худшее.

Сняла шлем и дала ей разглядеть себя.

Перевод: Грициан Андреев

"Город застывших теней" 

Обдуваемые холодными ветрами, улицы и проезжие