Некрофобия 2: Мир Мертвых - Джек Хэмлин

время я рассказал ему о Сьюзан и Джилли. Слова хлынули из меня потоком, и я рассказал ему все, что можно было рассказать. Он не стал много об этом говорить. То, что с ними случилось, было ужасно, и не было смысла в том, чтобы разбирать это по косточкам или чрезмерно анализировать.

Это было ужасно, но для них все уже закончилось.

Звучит бездушно, и я это знаю... но что еще я могу сказать?

Что еще я вообще могу сказать?

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я последний раз была в Йонкерсе, и город изменился. О да, он изменился очень сильно. Мы въехали с востока по Кросс-Кантри-Паркуэй, свернули на Соумилл, а затем на Йонкерс-авеню, которая привела нас прямо в Данвуди, где моя свекровь теща жила и умерла в тот ужасный первый день "Пробуждения. - Я видел, как один за другим кварталы были сожжены дотла или превратились в обугленные груды обломков. Здания были разбомблены до руин, обрушиваясь на улицы валами из разбитого кирпича и обломков, которые делали проход абсолютно невозможным. Большая часть Данвуди была настолько полностью опустошена, что через некоторое время я даже не мог точно определить, где мы находимся, хотя знал этот район так же хорошо, как и весь этот проклятый город: до мельчайших подробностей.

Это был хаос. Просто хаос.

Были места, где Йонкерс-авеню была настолько забита разбитыми и брошенными автомобилями, что нам приходилось сворачивать на боковые улицы, которые зачастую были не намного лучше. Разрушение, повсюду разрушение. Я видел сгоревшие "Хаммеры" и БТРы, фасады зданий, изрешеченные пулеметным огнем, скелеты на тротуарах и огромные бомбовые воронки на улицах. Телефонные столбы были сбиты, а деревья упали на руины домов.

И мертвые, конечно же.

Ад обрушился на землю, и мертвецы были повсюду: отдельные блуждающие по обломкам, толпы на улицах и пустынных проспектах. Мы оттеснили несколько групп в сторону и просто переехали их. Однажды их было так много, что Джимми остановил джип и позволил Таку выехать вперед на своем "Страйкере, - чтобы проредить толпу с помощью гранатомета и пулемета калибра .50.

Помню, в какой-то момент я попробовал включить радио в джипе, надеясь поймать сигнал откуда-нибудь, но слышал только помехи. Может, у меня была какая-то наивная надежда, что кто-то запустил радиостанцию с помощью генератора. Я и сам не знаю, чего я ожидал. Ничего, наверное, но мне казалось, что я должен был попробовать.

- Я рад, что ты попробовал, - сказал Джимми. - Очень рад.

- Почему?

- Потому что это значит, что у тебя еще есть надежда, Стив, а это важно. Когда мы перестанем надеяться, нам конец. Когда мы перестанем надеяться, мы перестанем пытаться, и тогда это будет лишь вопросом времени. На следующей неделе, в следующем месяце, в следующем году - мы все равно должны продолжать надеяться. Это все, что у нас есть.

Он был прав, и я это знал. Если бы мы не надеялись, как он сказал, мы бы не пытались, а если бы не пытались, мы бы не продолжали бороться. Мы бы заперлись где-нибудь, перестали бы выходить из дома, начали бы приходить в упадок не только физически, но и душевно. Я, во всяком случае, не собирался допустить этого. Даже в тот момент, хотя всю жизнь я был городским парнем, я думал, что, возможно, было бы неплохо уехать в деревню, далеко-далеко в деревню. Может быть, на север штата или в Катскиллс. Куда-нибудь в отдаленное и безлюдное место, где мы могли бы заняться тем же, чем занимались на ферме Така - выращивать урожай и вернуться к земле. Место, настолько удаленное от городов, что ни ARM, ни какие-либо другие разрозненные ополчения даже не стали бы им заниматься. Но я понимал, что по сути такая идея противоречила тому, что мы изначально решили сделать, а именно - отвоевывать города и поселки улица за улицей, избавляться от зомби и сумасшедших и приступить к восстановлению какого-то цивилизованного порядка в мире. По крайней мере, в нашем маленьком уголке мира.

Я задавался вопросом, как к этому отнесутся остальные.

Думаю, большинство отнесется к этому нормально, - подумал я. Я знал, что Джимми будет за. Но не Так. Он хотел вести войну. Тотальную, всеобщую войну.

Но за что мы будем сражаться?

Вот этот вопрос я задавал себе, пока мы искали место, где переночевать, достаточно просторное, чтобы укрыть не только нас, но и машины. Ведь, если смотреть на вещи реалистично, когда мы совершили набег на лагерь ARM, Йонкерс выглядел так же опустошенным, как и Бронкс. Стоило ли рисковать жизнью и здоровьем, сражаясь за кучу обломков, словно крысы, защищающие кучу мусора? Не лучше ли было бы потратить время на что-то более конструктивное, например, на поиски безопасного места, где мы могли бы хоть немного расслабиться и выйти из боевого режима? Вырастить немного еды и дать детям ту безопасность и защиту, которых они заслуживают? Сама идея сражаться от квартала к кварталу перестала меня привлекать.

Я обсудил все это с Джимми, и он, как я и ожидал, согласился.

- Возможно, это будет лучшим решением для всех, - сказал он. - Обустроимся. Начнем запасаться провизией. Как только будем готовы, сможем снова начать сражаться. Думаю, есть и другие хорошие, единомышленники, которые ищут того же самого. Может, мы сможем их найти. Может, сможем создать какое-то сообщество.

Я планировал затронуть эту тему с остальными при первой же возможности.

К тому времени, когда мы нашли то, что нам нужно, уже наступило утро: гараж для грузовиков с большим залом для транспортных средств и несколькими офисами сбоку, из которых была убрана мебель. В крайнем случае они подойдут в качестве спальных помещений. После того как Так, Сабелия и я осмотрели место, мы открыли ворота и загнали внутрь "Страйкеры" и джип. Затем мы заблокировали все выходы, разложили спальные мешки, приготовили завтрак и сварили кофе.

В течение дня мы по очереди вздремнули. Вечером мы созвали военный совет и обсудили ситуацию. За исключением Така, остальные были более чем рады оказаться в безопасном месте, где мы могли бы наконец начать жить и защищать его как свое.