Вызов Хроноса - Ирина Малаховская-Пен

Она хмыкнула, сказала «до связи», и отключилась. А Костя, следя за маздой в оба глаза, спросил у Морозова:

– Ты чего как маленький-то опять? Вы же поговорили.

– Поговорили, – согласился Андрей. – Когда я с ней, то не боюсь. Стыдно бояться. А сейчас сижу, и не могу выкинуть голос Аглаи из головы. Слышал бы ты, как она мне сказала даже не думать о Лизе!

– Понимаю. Смотри, сворачивает куда-то… что тут? Ты город знаешь?

– Я учился тут когда-то, но постоянно появляется что-то новое… город строится. Сейчас, по навигатору глянем, куда он может тут ехать.

Морозов просмотрел карты и сказал:

– Дальше новый микрорайон. Возможно, он просто едет к себе домой.

– Жильё элитное?

Андрей быстро прогуглил ЖК и ответил:

– Да.

– Засада! Сейчас он заедет внутрь, на какую-нибудь подземную парковку, и всё. Нам хана. Охрана, ещё какая-нибудь фигня. Чувствую, Штирлиц, мы близки к провалу.

– Да мы даже не знаем, что с ним делать! Вот почему ты у Лизы не попросил никакого зелья?

– Звони! Она очень мощная, она может колдовать и на расстоянии. Как я сразу не подумал, вот идиот. Да звони же ты!

Они уже подъехали следом за маздой к элитному жилому комплексу. Чернов не стал заезжать за шлагбаум. На их счастье, выйдя из машины, которая сразу уехала, он пошёл куда-то за угол, а не во двор.

– Лиза, ты сможешь по телефону заколдовать человека? – спросил Морозов.

– Так и знала! А почему я должна кого-то заколдовывать?

– Я тебе клянусь, что с ним ничего плохого не случится. Просто нужно на время лишить его воли. Для Соболева это жизненно важно.

– Звучит крайне двусмысленно. – заметила девушка. – Для этого нужна трава. Тебе же бабуля давала.

Андрей обшарил карманы, и обнаружил, что пакет с остатками травы валяется у него в куртке.

– Её толочь надо…

– Разберешься, не маленький, – отрезала Лиза. – Сам не вдыхай, главное.

– Сам не буду, а Соболеву дам. А то у него выветрилось давно, и он от рук отбился, – браво сострил Морозов.

Лиза фыркнула и повесила трубку.

Чернов появился из-за угла с пакетом. Видимо, ходил в магазин.

– Заматывайся, чтобы не вдохнуть, – сказал Андрей и пальцами растер травы, после чего зажал порошок в кулаке.

Они выскочили из машины и подошли к Чернову.

– Вадим Юрьевич? Что же вы! У вас интервью сегодня должно быть, а вы…

Как и предполагал Костя, Чернов был уже нетрезв. Видимо, накидался где-то в дороге. Он пытался врубиться в ситуацию, глядя на незнакомых парней. Да что же Морозов медлит!

– А как же… интервью же в Запрудном… а откуда вы тут? – пьяно удивился Чернов.

Андрей пихнул Соболева локтем и задержал дыхание. Костя понял, тоже замер, и отвернулся, чтобы наверняка. Одного раза ему хватило. Когда повернулся, Чернов чихал и тер рукавом нос. Потом снова посмотрел на них, и собрался что-то спросить, но Морозов его опередил:

– Ну что? Поехали?

– Поехали, – ответил Вадим и первым пошёл к старой «девятке» цвета мокрого асфальта.

Глава 26

– Андрюха, можешь ты обратно повести машину?

– Могу. А в чём дело? – удивился Морозов.

– Сам не пойму… в сон клонит почему-то. Боюсь элементарно вырубиться за рулём. А у нас ещё пассажир тут, – покосился назад, на притихшего Чернова, Соболев.

– Почему я вас слушаюсь? Почему в машину сел? Чем таким вы меня нанюхали? Очень своеобразный приход, – задумчиво поведал Чернов, когда Костя с Андреем поменялись местами.

Морозов сел за руль, а Соболев плюхнулся на пассажирское. Глаза у него и в самом деле закрывались на ходу. И это было странно. Может, просто стресс отпускает? Он так хотел поймать этого Вадима, чтобы спасти собственную шкуру, что здорово перенервничал. Когда стресс остаётся позади, организм может выдать какую угодно реакцию, уж это Костя знал точно. И на ходу заснуть можно, не то что за рулём. Прежде чем отключиться, он усмехнулся наркоманской болтовне Чернова и прокомментировал:

– Эх… золотая молодёжь!

И тут же уснул.

И снова Соболев видел во сне Надю. Он стоял на поляне в деревне Позднее, а она шла от своего дома к нему. Шла в белом летнем платье, распустив свои идеальные гладкие черные волосы по плечам. Надя улыбалась так, будто она была живой. Не искусственно, не придумано, а по-настоящему. Она подошла и положила руки Соболеву на плечи.

– Привет, – сказала Надя. – Что же ты не идешь ко мне? Я всё жду, жду тебя.

– Правда? А зачем? – что удивительно, во сне Костя не чувствовал, что привязан к ней. – Разве мы договаривались о встрече?

Он чуть отодвинулся от девушки, потому что в голове билась мысль, кто она есть. Как бы Надя ни выглядела, Соболев-то знал правду.

– Ты чего, Костя? Мы же договорились, что ты узнаешь, кто на моём рисунке! Забыл, что ли? Проснись!

И Надя начала трясти его за левое плечо, приговаривая: «Проснись! Проснись!» Голос Нади постепенно становился всё ниже и грубее, пока не стал звучать как мужской. Голосом Морозова она всё призывала Соболева проснуться, и он открыл глаза. Оказалось, это Андрей его тряс за плечо и требовал проснуться.

– Что такое? – спросил Соболев.

– Ты стонал. Даже Вадика вон напугал. Да, Вадик?

– Я, между прочим, никакой вам не Вадик. Я – Вадим Юрьевич, глава администрации поселка Запрудный. А ещё, между прочим…

– Да-да, знаем, ещё ты в Кембридже учился. Заткнись, пожалуйста.

– Хорошо, – тут же согласился Чернов и замолчал.

Соболев потёр лоб рукой и сказал:

– Мне надо в Позднее.

– Мы туда и едем. Человека везём, – ответил Морозов. – Тебе приснилось что-то опять? Она, Надя, да?

Соболев проигнорировал вопрос. Он заявил Андрею, что пассажира в Позднее повезёт сам. А ему следует поехать к Лизе. Пока молодой. Так и сказал: «Поезжай, пока молодой. У нас с тобой нет заколдованных земель, Андрюха, мы не вечны». И так печально он это сказал, что Морозов испугался. Даже не испугался, а почувствовал плохое. Сердце сжалось от тоскливого предчувствия, и… как будто заныло. На короткий миг Морозов ощутил себя больным, даже голова закружилась. А потом всё прошло, вот только осадок остался. Ни в какие предчувствия