Кейта: Дочь Леса. Книга 2 - Мария Эмви

— Но зачем, тойон? — оглядев присутствующих, чтобы убедиться, что этот вопрос волнует сейчас не только его самого, спросил Содор.

— Нужно было запустить цепочку других, более важных событий, — спокойно ответил вождь шаманского племени. — Чтобы нарушить идеальный сценарий Эрлика. Я знал, что, потеряв меня, он сосредоточится на Кейте. Знал, что это заставит ее пробудить свою силу, что это столкнет ее с младшим сыном хана и заставит их не сражаться, а взаимодействовать. И я знал, что мое мнимое «поражение» сделает Эрлика самонадеянным и неосторожным.

Алтан посмотрел на всех, в его глазах читалась мудрость стратега, видящего на несколько ходов вперед.

— Временное исчезновение было необходимой жертвой. Я должен был дать пешкам на доске, моей дочери и Сыну Степи, возможность превратиться в ферзей. Дать им пройти свои испытания, узнать друг друга, узнать правду. А теперь, когда я вернулся, смог вмешаться в битву Кейты и Бату и изгнать Эрлика, у нас есть небольшая передышка. Но не для отдыха, а для того, чтобы подготовиться к иной битве. Эрлик не отступит, он будет искать новую марионетку, будет пытаться помешать детям пророчества объединиться против него. Наша задача — обеспечить безопасный путь для них. Им придется встретиться с Владыкой Нижнего мира на его территории… а это крайне высокий риск, никто не может победить Эрлика в созданных им самим условиях.

— Тогда зачем им спускаться в Нижний мир⁈ — воскликнул Ойгон, и в его голосе слышалось неподдельное отчаяние. Он вскочил со своего места. — Ты же здесь, Алтан, и ты изгнал злого духа! Зачем подвергать детей такой ужасной, смертельной опасности? Они же могут вообще не вернуться!

Страх старейшины был понятен всем, кто сидел в балагане. Отправлять двух юнцов, пусть и отмеченных судьбой, прямо в логово Владыки Тьмы казалось верхом безумия. Алтан спокойно выдержал его взволнованный взгляд.

— Сядь, старый друг, — сказал он мягко, но властно. — Как я уже сказал, я не победил Эрлика, лишь выиграл нам немного времени. Я уничтожил его физическое тело, но его сущность и воля все еще здесь, в Среднем мире. Он как яд, разлитый в реке, будет искать новую жертву, новое тело. Эрлик и дальше продолжит плести свои интриги, а мы не можем вечно отбиваться от его марионеток, вечно латать дыры в защите. Чтобы победить Тьму, нужно ударить в ее сердце. А его сердце, его источник силы в данный момент, это связь с ханом Хуланом.

— Сделка на крови, — прошептал Эрдэни.

— Именно, — кивнул Алтан. — Эрлик черпает силы для пребывания в нашем мире через договор, скрепленный кровью и отчаянием смертного. Пока этот договор в силе, злой дух может возвращаться снова и снова, в любом обличии. Эту связь, этот темный канал, нужно разорвать. А сделать это можно только в его владениях, где Эрлик хранит, как зеницу ока, свои контракты.

— Но почему именно они, Алтан-тойон? — не унимался Ойгон. — Почему не ты, ведь ты знаешь дорогу, знаешь его слабости. Ты намного сильнее этих детей.

— Потому что я — часть старой вражды. Моя сила уравновешивает Эрлика, мы можем биться вечно, и никто не победит. Но они… это — другое, нечто абсолютно новое. Я понимаю твои страхи, даже отчасти разделяю их, но я скажу тебе вот что, Ойгон. Поодиночке — да, что моя дочь, что сын степного хана, уязвимы. Их сомнения, их страхи, их прошлое — все это оружие в руках Эрлика. Но вместе… — на лице Алтана снова появилась та редкая, теплая улыбка. — Пока они вместе, им не страшен даже самый злой дух, даже если они будут находиться на его территории. Я видел это, их души резонируют. Свет Кейты, ее божественная искра, это щит, который не может пробить Тьма Эрлика. А честь Инсина, его несгибаемая воля, это меч, которого боится его ложь. Они дополняют друг друга, усиливают, защищают.

Вождь племени обвел глазами присутствующих.

— Эрлик вовсе боится не Кейту, не Инсина. Он боится того, чем они становятся, когда вместе. Потому что это — та сила, которую он не может контролировать. Сила, которой Айан когда-то пытался спасти наш мир в одиночку. Именно поэтому Эрлик будет делать все, чтобы их разлучить: посылать им видения, играть на их чувствах, пытаться посеять между ними недоверие. Их главное испытание в Нижнем мире — это не битва с демонами, а битва за то, чтобы сохранить веру друг в друга. — тяжело вздохнув, Алтан поднялся из-за стола, упершись в столешницу руками. — Так что не бойся за них, старый друг, бойся за нас. Потому что нам предстоит удержать этот мир до их возвращения. И сделать так, чтобы Дочери Леса и Сыну Степи было куда возвращаться.

* * *

Рассветное солнце окончательно одолело ночную мглу. Его лучи коснулись заснеженных вершин, и те вспыхнули нежно-розовым, а затем — ослепительно-белым светом. Великий Ледник был не просто горой из чистого льда, это было живое, едва ли не дышащее существо. Гигантская, замерзшая волна, застывшая тысячелетия назад. Лед был неровным, испещренным глубокими синими трещинами, которые словно уходили в самое сердце мира. В лучах восходящего солнца Великий Ледник переливался и сверкал, как драгоценный камень неземных размеров. От него исходил не холод, а древняя и могущественная энергия.

Следопыты Клана Синего Нарвала остановили оленей у подножия, глядя на это великолепие с благоговейным трепетом.

— Ну вот, — бодро произнесла Лина, спрыгивая со своих нарт и нарушая торжественную тишину. — Наш пункт назначения. Просьба не забывать в нартах свои вещи. И не облизывать лед, каким бы вкусным он ни казался. Прилипнете — до весны здесь проторчите.

Шутка северянки, немного неуместная в такой момент, тем не менее, помогла всем немного расслабиться. Напряжение последних дней достигло своего пика, и теперь, перед самым финалом, нужно было хоть немного выдохнуть.

— А я думал, здесь будет страшнее, — признался Саян, заинтересованно оглядывая ледяные стены.

— Это мы еще нужную пещеру не нашли и врата в преисподнюю не открыли, — отмахнувшись, спокойно произнесла Лина, доставая из мешка бурдюк с горячим отваром. — Наслаждайся пейзажами, пока есть возможность, не каждый день удается посмотреть на врата между мирами. Отличный вид для утреннего завтрака.

Девушка сделала глоток и протянула бурдюк Саяну.

— Пей, лесной человек, энергия лишней не будет. Тебе ведь быть сегодня нашим главным… э-э-э… держателем нити? Очень ответственная роль, знаешь ли. Главное, не усни, а то проснешься, а наш принц степной уже где-нибудь в Нижнем