Античный Чароплет. Том 5 - Аллесий

так это в своей “штаб-квартире”. Храмовые стены буквально таят в себе благословения многих тысяч могущественных и не очень сущностей. Тут, внутри, гуру Храма мог бы потягаться даже с богом. Недолго. Совсем немного, если быть точным. Но, скажем, демону вроде того же Эмуши он точно смог бы противостоять если и не на равных, то точно на уровне.

Здесь живет множество сущностей и сюда даже я не могу проникнуть. Ни через зеркальный блинк, ни через искажение пространства. Так что если уж отсюда что-то и украли, то это точно был либо кто-то очень техничный, могущественный и опасный, либо кто-то из своих. Вот уйти из Храма уже проще. Если тебя не держит воля духов этого места или воля гуру. Теоретически даже я, будучи сатьяном, могу повелевать этими стенами и не позволить сбежать отсюда, скажем, архимагу, специализирующемуся в пространственных чарах. Брахманы же удержат даже кого-то посильнее. Но это если такая воля есть. Если же некто проникнул сюда безнаказанно, то и уйти отсюда, имея достаточные познания в магии пространства, он, этот неизвестный, мог.

— На мне столько клятв и обязательств, что лишь одна четкая мысль о предательстве причинит мне невообразимую боль, — мужчина усмехнулся. — Я вернее любого из последователей Тысячи. И все брахманы тоже вне подозрений, вам ли не знать, что такое звание не получает кто попало? — я усмехнулся, уловив тонкий намек. Стервец… А ведь и правда — я тут действительно первый подозреваемый. Я хоть и сатьян, но мог сюда попасть. И я мог отсюда уйти. Моих умений хватит. Но Брафкасап мне доверяет, иначе бы не дал это задание.

А доверяет ли?.. Ведь он вполне мог приказать мне найти посохи, оставив под присмотром других храмовников. Возможно ли, что он в отсутствие всяких доказательств просто пытается вывести меня на чистую воду? Окажусь невиновным? Хорошо. Тогда найду посохи. Виновным? Тогда все храмовники обрушатся на меня. И не стоит себя переоценивать: не сумею сбежать — меня прикончат.

Я, вероятно, смогу сразиться и, быть может, даже выйти победителем против обычного брахмана в этих стенах, хотя шансы небольшие. Но вот против Брафкасапа и еще одного брахмана?.. Или против брахмана и поддержки из аколитов и сатьянов? Очень вряд ли. А если там будет не один и не два противника? Среди Храмовников хватает опасных соперников. И стоит им только тем или иным образом ограничить мои возможности к телепортации…

Мысль применить Взгляд в Прошлое внезапно отпала. Мозаика в голове сложилась. Я спокойно перевел взгляд на сатьяна-хранителя, не выдав своей догадки ни единым движением мускулов. Но он не был зеленым юнцом — мужчине было за восемьдесят, его жизненный опыт был достаточен, чтобы понять, что я все понял.

— Сам сложишь руки для кандалов? Или тебе нужна помощь? Предатель? — хранитель смотрел на меня довольно спокойно, а я меж тем чувствовал, словно бы все вокруг покрывается изморозью, пропадает, лишается объема… Странные ощущения, но как иначе сознанию интерпретировать потерю связи с этим строением? Храм Тысячи буквально отторгал меня, лишая чувств, ощущений и власти, которые давали окружающие стены. Такое мог сделать только один человек — гуру Брафкасап.

На какое-то мгновение мне захотелось протянуть руки. В общем и целом шансов сбежать попросту не было. Сражаться в этих коридорах с сатьяном? Можно. Только вот, я почти уверен, скоро тут окажутся и другие храмовники. Скорее всего, нас разделяют несколько зал, не больше. Говоря объективно, шансов спастись я не видел. Тем более что все происходящее более всего походило пока на ошибку. Брафкасап никогда бы не отдал приказа схватить меня, если бы не был уверен в своем решении. Но не может же он меня просто казнить, не поговорив начистоту? Да, ауры тут воспринимают своеобразно, но ложь от истины отличать умеют.

Но на другой чаше весов были несколько наиважнейших вещей. Во-первых, понимание, что тот, кто все это устроил, вполне может рассчитывать вовсе не временно меня задержать. Нет. Расправиться с пленником — задача не из невозможных. Не имея возможности телепортироваться или уйти в зеркальное измерение, я не являюсь слишком уж сложной мишенью даже если сумею избавиться от оков, которые они на меня наложат. Сколько там пройдет времени до разговора с Брафкасапом? Это если меня по результатам этой беседы захотят отпустить. Он точно готов со мной общаться? И поверит ли в мою невиновность? В конце концов, сколь много способов узнать истины, столь же много и возможностей её скрыть. Вычистить себе воспоминания о преступлении, например. А у меня, как удобно, как раз есть провалы в памяти из-за временной аномалии. Пазузу… А точно ли не я эти самые посохи утащил? Хотя зачем мне это вообще может быть нужно?.. Глупость же.

А кроме всего этого в голове внезапно появилось не так уж часто испытываемое мной чувство — гнев. Я буквально закипал. Медленно. В душе поселилась какая-то едкая детская обида на такой удар в спину. Как вообще можно было заподозрить меня? Я мало отдал на благо Бхопалара? Мало работал? Плохо выполнял задания?.. Я буквально выиграл им войну со Страной Рек — дважды сразился с Фарухом и победил его! Он бы сжег половину армии Раджи, если бы не я!

И все это подпиралось гордостью. Или гордыней. Тоже новое для меня чувство. Как ни крути, я магистр Гильдии Шестидесяти Знаний. И говоря откровенно, несмотря на все таинства и невероятные результаты практиков Храма, они так и не перешагнули за некий предел. Я даже не знаю, в чем он заключается до конца. Просто, ставя рядом обычного сатьяна или даже брахмана Храма и шумерского мастера, я почему-то хочу быть вторым, а не первым. А этот… Хранитель… Если бы рядом стоял Брафкасап — я, быть может, еще бы и склонил голову. Но этот человек был ниже меня во всем, слабее, меньше знал… Почему послали именно его? Почему я должен сдаться на милость этого… Этого… Этого сатьяна?..

— Вот значит, чего стоят все ваши слова и заверения дружбы?.. — я едко усмехнулся. Сатьян все понял и без дальнейших слов. Он попробовал метнуться вперед, попробовал дернуться, зайти слева и ударить.

Он уже был в слиянии с духом. Каким — не ясно. Вероятно, это был кто-то из Древних Змей: они часто обладали атрибутами незаметности и скорости. Быть может, против кого-то другого, даже сильного, мгновенный удар