Античный Чароплет. Том 5 - Аллесий

Создавать еще один аркан я попросту не хотел. У меня старый еще не успел сформироваться. Цементирование ауры на образе Шак’Чи во время единения было сложным делом. Участок, который был трансформирован, постоянно требовал энергии и сжимался, уплотнялся. Консультация у Брафкасапа успокоила меня — мы долго беседовали с брахманом. Тот просто рекомендовал не пользоваться им некоторое время и подпитывать силой. Абтармахан выбрал крайне непростую технику создания стабильного аркана — для меня вообще было неожиданностью узнать, что их несколько — так что то, что я в начале мог им пользоваться, а потом внезапно использование новой способности усложнилось, это вроде как нормально. Ну, предположим, что нормально. Хорошо.

Так вот — создавать новые арканы или их подобия я не хотел. Йогические практики не закрывали возможность пользоваться Магией Слова, как храмовые. Кольца, в отличие от арканов, не цементировали ауру. Но они её все равно меняли. И существенно. Я не был готов к потери части контроля над чарами. В первую очередь даже не к контролю… К лишнему расходу энергии. Контроль у меня филигранный. Я уверен, что смог бы быстро восстанавливаться и адаптироваться к изменениям, не потеряв возможности пользования ни одним заклинанием. Вероятно, одно кольцо в несколько лет я точно мог себе позволить. Но вот восстановление моего текущего уровня все же будет крайне непростым. Паразитарный расход энергии на заклинания вырастет, чего бы хотелось избежать всеми средствами. Я перестал испытывать недостаток в мане. Острый. Но тратить даже десять-пятнадцать лишних процентов силы на банальные вещи вроде Огненной Стрелы или Исцеления мне не хотелось категорически.

Именно поэтому я хотел повторить эффект кольца, медитируя на свою прану в уединенном месте. Пока остальные ученики, кто уже достиг нужного возраста и научился совершать мелкие манипуляции с силой, создавали первые кольца — а таких было четверо, включая Ливратмали — я занимался крайне бесполезным, скорее даже вредным по мнению всех окружающих делом.

— Тиглат, я верю, что ты способный, — она покачала головой. — Но даже первое кольцо создают месяцами и годами. А ты пытаешься фактически сделать постоянный эффект от внутренней или даже внешней медитации. Так никто не делает. Так вообще не бывает! Даже если у тебя получится, то не сразу — через года или даже десятки лет! Так почему бы не создать сначала обычное кольцо?

— Не хочу, — я поморщился.

— Тогда никто даже не поймет твоего таланта.

— И пусть — меня это не слишком интересует.

— Но…

— Почему ты так хочешь, чтобы я создал кольцо? — я повернулся к девушке. Чернильно-синеватый локон — необычный цвет волос начал проявляться не так давно и был результатом каких-то внутренних изменения — у нее был заложен за ухо. Красиво смотрелось лицо, что бы кто ни говорил. Волосы словно бы собрались в тонкие пучки, свисая в узоре неровных линий и подчеркивая глаза, подбородок, пухлые красивые губы.

— Дедушка сказал, что полноценным членом общины ты можешь стать, только когда создашь первое кольцо.

— Или когда добьюсь своего иными методами, — я пожал плечами.

Вообще, пусть тут в таких жестких формах это и не практиковали, мне все больше казалось логичным прибегнуть к каким-то специфичным методам развития нужных свойств. В частности, вероятно, если бы я захотел укрепить связки, довольно логично было бы растянуть себя веревками меж пары камней или деревьев. И медитировать на связки, уча свою прану нужным свойствам и меняя тело. Или, скажем, укрепляя кости, можно было бы закинуть на загривок большой камень и посидеть с ним… долго. Год? Я пока год не выдержу. Месяц? Вполне. В общине было что-то подобное, но в гораздо более мягкой форме. В первую очередь чтобы перенимать свойства объектов легче. Например, частые медитации на огонь, в огне — они вполне способствовали ускорению работы с этой стихией. Но и все. Может быть, про такие подходы рассказывать будут позже, когда ученики уже чего-то достигнут. Но вряд ли, честно говоря.

Соответственно, сейчас были доступны только методы создания колец и базовые пути йоги вроде Бездыханности или Сан-йо. Последние основывались на глубоких медитациях в особых условиях. Одновременно и внешней, и внутренней, позволяя получить нужные свойства. И именно путь Сан-йо — йога аскетизма — требовал чего-то довольно похожего на мои предположения о развитии активных и пассивных умений путем вложения их напрямую в ауру. Внутренняя медитация Сан-йо использовалась для укрепления тела, а внешняя — для перенимания свойств крепости, долголетия… Дальше они вкладывались во все тело сразу. Это по описаниям учителей — смутным описаниям, надо сказать — было похоже на сбор ягод или грибов. Йог годами искал интересующие его свойства крепости и здоровья, собирал их внешней медитацией и в тиши, вдали от чужих глаз, укреплял их внутренней, делая постоянными. Когда их накапливалось запредельно много, они перерастали в нечто большее. Из тех, кто нас учил, ни у кого не переросли, правда. Так что о том, что такое это “большее”, оставалось только гадать.

Чем же эти практики отличались от того, что пытался сделать я? Ну, в первую очередь тем, что полноценный Путь предполагал изменение всей ауры, вложение образов и силы во всю ауру сразу. Не в отдельные участки, локализованные физически. Проще говоря, я пытался взять текущий ручей и покрасить краской один его поток внутри всей массы воды. Вместо того, чтобы менять постепенно цвет всей водной массы. Логично? Не очень. Использовать методы для постижения Пути, чтобы создать отдельное свойство? В противовес мне нормальные ученики общины сейчас “копали ответвления” своего “ручья”, которые и собирались “подкрасить”. Удачи им с этим. Даже практики внутренней и внешней медитаций уже были мне запредельно полезны. Они базовые в любом направлении, но не особо применимы в бою. Но эти их кольца… Нет уж, обойдусь без них.

— У тебя все равно не выйдет! — Ливратмали резко встала. — И ты только зря потратишь время!

— Если бы я думал так же, как ты, — я холодно на нее посмотрел, — то уже давно бы стал обедом для каких-нибудь демонов из Лэнга.

***

— …Он принимает гостей, Тиглат. Не будем пока беспокоить Раджу.

— Важнее его сатьяна и друга? — я приподнял брови. Мой рост до сатьяна был слишком резок для Храма, но звание мне