Коллекционер - Александр Варго

в морщинистое лицо своей двоюродной бабушки. Смрад пропитанной мочой постели стал просто невыносимым, он буквально выжигал глаза, и Долин поморщился, чувствуя тошноту.

— Вера Андреевна? — тихонько позвал он, и старуха распахнула глаза. Это было так неожиданно, что Максим инстинктивно отшатнулся, задев локтем ходунки. Они грохнулись на пол.

Вера Андреевна ухмыльнулась, обнажая сгнившие пеньки зубов.

— Максимушка? — прошамкала она, медленно садясь в постели.

Долин завороженно смотрел на старуху. Унылая муть в ее глазах рассеялась, теперь они сверкали возбужденным весельем.

Она протянула трясущуюся руку к Максиму, словно прося его помочь подняться, но тот не двинулся c места. Что-то в выражении лица матери Носа ему совсем не нравилось. Глядя на нее, Максим подумал о голодном звере, который учуял кровь раненой косули.

— С вами… э-э-э… все в порядке? — неуверенно спросил он.

Вера Андреевна подмигнула ему c заговорщическим видом — так, будто ее и Максима объединяла сокровенная тайна.

— А я все знаю, — хрипло проговорила она. Изо рта высунулся кончик желтого языка, который торопливо облизал шелушащиеся губы. — Знаю.

Долин остолбенело смотрел на ухмыляющуюся старуху. С горящими словно угли глазами и растянутым слюнявым ртом она больше напоминала не человека, а жуткую ведьму.

— Что вы знаете? — глухо спросил он.

— Все.

Вера Андреевна захихикала и подалась вперед, тряхнув засаленными волосами:

— Ты убил жену своего товарища. И задушил их сына.

Всего лишь две фразы, но каждое содержащееся в них слово смахивало на гвозди, которые безжалостно вколачивались в его мозг. От осознания того, что его страшную тайну знает кто-то еще, кожа Максима покрылась пупырышками.

Как она узнала?! Это просто невозможно!

Опершись руками о постель, Вера Андреевна выпрямилась, не переставая при этом мерзко хихикать.

— Я сидела в шкафу и все видела, — прокаркала она. — Видела, как ты их убил!

Максим замотал головой, начиная пятиться к выходу.

Это все какой-то бред. Несусветный бред или галлюцинации.

Как эта старая калоша могла оказаться в квартире Шибаевых?!

Тем временем Вера Андреевна уже окончательно встала на ноги (причем без помощи ходунков) и теперь ковыляла прямо к нему, шаркая босыми ступнями по липкому от грязи полу.

— Я вижу смерть невинных в твоих глазах, внучок, — прошипела она. — Они показывают тебя настоящего, без прикрас. Я рассказала Павлу о том, что ты сделал, и он уже спешит сюда. Он торопится за своими солдатиками. Куда ты их спрятал, паршивец?

Максим, пошатываясь, вышел в коридор, но старуха не отставала, продолжая волочиться следом.

— Слышишь, лифт на этаж приехал? — спросила она и восторженно закудахтала. — Может, это он?! Это Паша приехал!

И действительно, снаружи уже слышалась какая-то возня, после чего в дверь кто-то забарабанил кулаком.

— Расплата, — прошипела Вера Андреевна. — Никто не избежит расплаты…

Максим очнулся, беззвучно хватая ртом воздух. Его выпученные глаза слепо таращились в холодную темноту, лишь тонкий луч света, льющийся откуда-то сверху, разбавлял кромешный мрак.

Он потер глаза, тяжело дыша.

«Я в гараже», — шевельнулась в голове мысль.

Нестерпимо ныла затекшая шея, заживающую рану на спине простреливали вспышки боли. С кряхтеньем Долин поднялся c продавленного кресла, ветхая обшивка которого превратилась в заскорузлую корку. В свое время эту развалюху притащил в гараж отец, и с тех пор кресло стояло в углу, годами собирая пыль.

Максим осторожно приблизился к источнику света и задрал голову. В железной крыше бокса зияло крошечное отверстие, сквозь которое пробивался лунный луч.

«Хорошо поспал, дружище? — осведомился голос. — Ну ты даешь. Уже как старик, на ровном месте отрубаешься».

Долин сконфуженно поправил выбившуюся из-под джинсов рубашку.

Да, все верно. Этим вечером он решил продолжить ревизию своей новой коллекции, и это оказалось настолько утомительным, что он присел в кресло передохнуть и незаметно задремал.

Максим еще раз посмотрел на лунный свет, который пронзал гараж наподобие сверкающего кинжала.

— Надо заделать дырку, — сказал он.

«Зачем? Машины у тебя все равно нет».

— Тут все отсыреет, идиот. Некоторые фигурки слишком чувствительны к влаге, — пояснил Долин.

Голос не нашелся c ответом, вместо этого откуда-то слева раздался тихий шорох. Максим затаил дыхание, c тревогой вглядываясь в густую темноту.

«Они ожили, Макс! — сообщил голос, и в нем звучало неприкрытое возбуждение. — Посмотри!»

Долин включил на телефоне фонарь и направил луч на нестройные ряды игрушечных воинов, которыми был заставлен практически весь пол в гараже. На крошечных остриях копий, мечей, палашей, сабель и ятаганов заиграли тусклые блики, и на какой-то безумный миг Максиму почудилось, что по его вновь обретенному войску прокатилась волна движения. Миниатюрные знамена взвились вверх, ружья, мушкеты, винтовки, карабины и современные автоматы были взяты на изготовку, тетивы сотни луков натянуты, пращи заряжены смертоносными камнями, копья и дротики тоже были готовы взмыть в ночной воздух…

— О боже, — пробормотал Максим.

Чертыхаясь вполголоса, он доплелся до электрического щитка и врубил свет. Висящая посередине лампа вспыхнула так ярко, что ему пришлось c непривычки зажмурить глаза. Когда же Максим разлепил веки, все оказалось на своих местах. И никто пока (слава богу) на него нападать не собирался.

Он c сожалением посмотрел на раздавленную фигурку немецкого парашютиста, на которую случайно наступил в темноте. Вздохнул, поняв, что починить бойца не удастся, такой неликвид проще выбросить в мусорку.

Внезапно в памяти Максима всплыли кадры из фильма «Поле боя», снятого по рассказу Стивена Кинга. По сюжету наемный убийца расправляется c владельцем фабрики игрушек, после чего, приехав домой, получает посылку — коробку c игрушечными солдатиками. В какой-то момент пластмассовые бойцы оживают и устраивают жестокую охоту на киллера, используя для своей цели весь имеющийся арсенал: автоматы, пулеметы, гранаты и даже вертолет… И, к слову, со своей задачей они справились — мужчина был убит.

(Расплата!)

Отвратительный голос Веры Андреевны вспорол мозг ланцетом, и Максим содрогнулся.

А ведь он был сегодня у своей двоюродной бабули. Правда, вместо макарон c сосисками приготовил ей гречку c куриной грудкой. И старуха была на седьмом небе от счастья, потому что, как понял Максим, Нос в основном кормил ее дешевыми пельменями и «Дошираком». Оставалось удивляться, как Вера Андреевна не склеила ласты от такого рациона.

Однако, после обеда у старухи вновь перемкнуло контакты в мозгу, и она принялась спрашивать, когда будут похороны его родителей, и предложила приготовить печеночный пирог, который так в детстве любила мама…

Затем Вера Андреевна опять переключилась на Носа. В качестве одной из возможных причин его исчезновения она выдвинула совершенно безумный вариант: Нос тоже погиб в аварии, но ей боятся сообщать о смерти сына, беспокоясь о ее душевном состоянии.

«Твоему душевному состоянию уже ничем не навредить», — подумал Максим,