Путь к искуплению - Анастасия Сергеевна Король

Глаза болели от линз. Она буквально выковыряла их и бросила на тумбу, чувствуя, словно под веки засыпали песка.

Прохладные руки Самуила вытянули из-под нее одеяло и накрыли ее.

– Отдыхайте.

– Угу, – только и смогла произнести Нина и погрузилась в сон, полный живой тьмы, в которую она все погружалась, словно в трясину, и ей уже не выбраться из нее никогда…

* * *

Самуил, бесконтрольно бродивший по Эль-Гаару, стал большой проблемой. Теперь их могли подслушать, и не только он, любой демон. Но главные умы Святой земли решили эту проблему: в сокровищнице Святой земли, которая охранялась древними мантрами, они начертали несколько пентаграмм и теперь, находясь внутри круга, могли говорить спокойно, не боясь, что их подслушают.

Сокровищница находилась в подвалах под Эль-Гааром, недалеко от архива, и там же Михаил оставил шар из экзорина, полный черной силы. Шар завис над столом у стены, на котором он дополнительно начертал сдерживающие мантры. Его нутро переливалось то алым, то голубым цветом и пульсировало.

– Что по убитому гвардейцу, как там его… Грэг Нор? По отпечаткам ног удалось что-то выяснить? – спросил канцлер.

Михаил кивнул. Возле тела Грэга, которого убили до появления демонов, были явные кровавые отпечатки.

– Только то, что это обувь формы гвардейца. Сороковой размер.

– Значит, догадки верны: один из гвардейцев уничтожил яблоню, – ошарашенно выдохнул Бернар.

Михаил поднял руку:

– Нет. Кто-то мог просто раздобыть форму… Пока это ничего не значит. Расследование идет. И у нас есть более насущная проблема: Самуил.

– Мы должны избавиться от него, – подтвердил канцлер.

– Но он мощнейшее орудие против демонов, не лучше ли подождать несколько лет? – возразил Адриан.

Михаил помотал головой:

– Он не просто сам по себе опасен, он имеет огромное влияние на берегиню… Нине скоро исполнится двадцать два года. Я не смог найти способ продлить ее жизнь. Что будет, если она, как и все берегини, умрет? Он поглотит ее душу? О его кровожадности ходят легенды. Для него человеческая жизнь – ничто. Что он намерен делать, получив ее силу?

– Уверен, ничего хорошего.

Члены Совета переглянулись. Все понимали, что Самуил нес огромную угрозу и обезвредить его надо было в кратчайшие сроки.

– Но как нам избавиться от него?

Члены Совета замолчали.

Синяя мантра горела под ногами, отделяя их от остального мира, и никто за ее пределами не догадывался, что именно они планировали.

* * *

Утро началось со стука. Чувствуя себя словно после мясорубки, Нина простонала и села на кровати.

Самуил открыл дверь.

– Доброе утро… – послышался голос Марии.

– Она еще спит.

– Я проснулась. Все нормально. – Нина похлопала себя по щекам и опустила ноги с кровати.

Головокружение прошло. И хоть ощущала она себя как после боя с боксером Майклом Тарсоном, заставила себя встать.

– Я сейчас приму душ и выйду. Есть какая-то сменная одежда?

Мария вошла в комнату, косо поглядывая на Самуила: он вернулся к креслу и, взяв планшет, продолжил читать книгу.

– Я сейчас принесу.

Нина кивнула и прошла в ванную.

Комната, которую ей предоставила Святая земля, выглядела как казармы. И хоть кто-то заботливо расставил несколько ваз с небольшими букетами, все здесь дышало древностью: от стен шел холод, а старые выцветшие гобелены с изображением сцен из Священного Писания подчеркивали, что Нина здесь чужая.

Посмотрев на себя в зеркало, она не сдержала испуганный возглас: почерневшие волосы и радужки изменили ее до неузнаваемости, и она стала до жути похожа на Владыку Тьмы. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять – это не видение. Больше не осталось той Нины, которую она знала еще несколько лет назад. Черные волосы ей не шли: черты лица заострились, а брови стали слишком выделяться, от этого лицо стало грубым.

Кто ты?

Грешница.

Святая грешница?

«Хорошее название для ночного клуба».

Нина невесело улыбнулась своему отражению и вздрогнула: в глазах, казавшихся чужими, шевельнулось нечто чужеродное, неестественное… наводящее ужас. Казалось, она смотрит в саму Тьму, а Тьма рассматривает ее, пока позволяя ей управлять телом… Уголок губ отражения дрогнул в хищной улыбке – и волосы на затылке встали дыбом.

Нина резко отвернулась. Сердце бешено заколотилось. Она посмотрела на собственные дрожащие руки и сжала в кулаки.

«Это мое тело!»

Забравшись под обжигающий душ, она почувствовала, как силы стали возвращаться, а тело перестало ломить. Закончив, она закуталась в полотенце и вышла.

Михаил подпирал дверь спиной, зло смотря на Самуила, – они опять что-то не поделили. Вчера Нина не заметила этого, но лицо Михаила было все в мелких царапинах.

Мария махнула на форму, лежащую на кровати.

Нина переоделась в ванной. Волосы были еще мокрыми и пропитали плечи кителя влагой.

– Канцлер ждет тебя, но я хочу с тобой поговорить.

Он замолчал, кинув хмурый взгляд на Марию. Плохое предчувствие пощекотало нервишки. Нина недоуменно проследила за их переглядываниями.

После нескольких мгновений замешательства Михаил продолжил:

– В инциденте после уничтожения Священной яблони погибло пятьдесят три гвардейца.

Смысл сказанного не сразу дошел до сознания Нины. Но тут она поняла, к чему вел Михаил.

– Азамат? – задрожала она. – Что с ним?

Мария подошла к ней вплотную.

– Среди погибших его нет, – торопливо пояснила она, – но он пропал.

– Как пропал? – помотала Нина головой.

– Он не выходит на связь.

– Может, он просто потерял телефон или выключил его… Может, он сейчас спит в объятиях красивой девушки и не слышит…

Михаил грустно кивнул:

– Возможно.

Мария хотела возразить, но, столкнувшись со взглядом главэкзорца, снова закрыла рот.

«Они ошиблись. Точно. Не стоит даже брать в голову», – уверяла себя Нина.

– Канцлер просил, чтобы ты пришла к нему без демона. Я тебя провожу. Он ждет тебя в кабинете.

Нина без слов посмотрела на Самуила, и тот покорно прикрыл глаза. Они вышли из апартаментов, и стало ясно, что предоставленная ей комната находилась где-то в стенах гарнизона. Встречаемые в коридорах люди замирали и устремляли на нее изумленные взгляды. Она кожей чувствовала, что каждый здесь уже знал, кто она. Но никто из десятков прохожих не решился подойти.

Полуразрушенная колоннада поразила ее. Люди в рабочей одежде разбирали завалы вокруг упавшего огромного колокола. Нина наступила на пятно и только потом сообразила, что это была впитавшаяся в камень кровь.

Они вошли в Замок правительства и поднялись по огромной, расходящейся в две стороны лестнице, которая венчалась трехметровой картиной. Берегиня Феодосия на полотне была изображена в полный рост и следила за ними пугающим взглядом.

Нина опустила голову, черные пряди упали на лицо. Глухие звуки шагов казались оглушительными. Михаил поднялся на пролет и повернулся. Он