Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 12 - Евгения Владимировна Потапова

class="p1">— Я думала, что в деревне все дома, как в кино: ставни, крашенные деревянные стены, штакетник, маленькие окошки. А тут у вас практически все дома добротные, а некоторые вообще похожи на европейские, и окна практически у всех пластиковые, и ворота хорошие, да и машины стоят приличные, а не старые шестерки и УАЗы.

— Ну да, тут тоже люди живут, — усмехнулась Мара. — И заборы у нас высокие, и домашнюю скотину мало кто держит, да и ездить предпочитают на иномарках. Выходи, приехали.

Мара остановилась около своего дома.

— Мне страшно, — вдруг с тоской проговорила Настя и повернулась лицом к Маре. — Мне очень страшно.

— Всё пройдёт так, как надо, не переживай. Я и не в таких передрягах бывала. Однажды даже мне пришлось сражаться с некромантами, — попыталась подбодрить ее Мара.

— И?

— И мы победили.

— Вам было страшно?

— Вначале да, а потом меня такая злость разобрала, что это им стало не то что страшно, а жутко, — усмехнулась Мара, — Со мной лучше не шутить. Идем, моя хорошая, уберем всю эту гадость с тебя.

Настя тяжело вздохнула и вышла из машины. Они прошли в мастерскую. Мара видела, проходя по двору, что в окно за ними наблюдает маленькая Яночка. Но она прекрасно понимала, что на таком серьёзном ритуале маленьким детям делать нечего. Поэтому, как только они вошли в помещение, она закрыла дверь на замок.

Мара поставила стул в середину мастерской и велела Насте сесть на него. Аккуратно расставила по кругу свечи, как было написано в сообщении от Агнеты. Вытащила из тумбочки свой серп и положила на стол. Достала травяные веники.

После зажгла свечи одна за другой, и мягкий свет заполнил мастерскую, отбрасывая на стены дрожащие тени. Воздух наполнился ароматом воска и трав, которые она заранее разложила вокруг.

— Теперь главное — не двигаться и не выходить из круга, что бы ни происходило, — строго сказала Мара, глядя Насте в глаза. — Даже если тебе покажется, что всё идёт не так.

Настя кивнула, сжимая сиденье стула так, что костяшки пальцев побелели. Она чувствовала, как сердце колотится где-то в горле, но старалась дышать глубже, как её учили в йоге.

Мара взяла серп и начала вычерчивать вокруг стула сложные символы, шепча слова на языке, который Настя не понимала. С каждым движением воздух становился тяжелее и плотнее, будто перед грозой.

И вдруг — ткань с огромного каменного зеркала упала на пол.

Настя вздрогнула, но не обернулась, только боковым зрением увидала какое-то движение в зеркальном полотне памятника. Она крепко зажмурила глаза и стала бормотать под нос какую-то молитву. Мара же резко подняла голову и увидела, что в зеркале снова появилась картинка.

Свечи разом погасли.

Тьма сгустилась мгновенно, будто её вылили из гигантского кувшина. Хотя на улице было еще светло. Настя вскрикнула, но её голос словно поглотила тишина.

А потом в углу зеркала что-то зашевелилось.

Мара сжала в ладони серп и резко развернулась, чувствуя, как из глубины души поднимается гнев на всё происходящее.

— Кто здесь? — бросила она вызов тьме.

В ответ раздался смех — хриплый, словно скрип несмазанных петель.

— Ну вот, — усмехнулась Мара, — теперь у нас незваные гости.

Настя ещё громче принялась читать слова какой-то молитвы.

— Прекрати, ты мне мешаешь! — прикрикнула на неё Мара.

Девушка замолчала и тихонько всхлипнула. Мара подошла к печи, зажгла от огня лучину и снова прошлась по ряду свечей, зажигая фитили. По стенам заплясали тени, хотя сквозняка в помещении не было.

Из черноты выступила фигура в длинном, истлевшем плаще. Пустые глазницы уставились на них, а костлявые пальцы сцепились перед грудью.

— Ты не должна была приходить сюда, дитя, — проскрежетал голос, обращаясь к Насте.

Девушка широко распахнула глаза, ахнула и еще сильней вжалась в спинку стула.

Мара вздохнула.

— Ну что ж... — Она перехватила серп поудобнее. — Похоже, придётся и здесь мне повоевать.

Тьма зашевелилась снова.

— Кто ты и что тебе нужно? — спросила Мара.

— Я тень, я страж, я мёртвый дух, я охраняю чужую работу, чтобы её никто не смог сломать. И пока не поздно, предлагаю тебе отступиться от девчонки и позволить полностью закончить свою работу порче, — проскрипел он. — Иначе тебе не поздоровится: я не только покалечу тебя, но и нанесу удар по всей твоей семье.

— А вот это ты уже зря мне сказал, — с усмешкой покачала головой Мара.

Мара резко выбросила руку с серпом вперёд, описывая в воздухе огненную дугу. Лезвие вспыхнуло красным пламенем, освещая мастерскую неестественным светом.

— Семью трогать нельзя, мертвяк, — её голос прозвучал низко и опасно.

Тень отшатнулась. Плащ её заколебался, будто попал в невидимый ветер.

— Ты... ты не простая ведунья... — прошипело существо, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность.

— Ага, вот теперь дошло, — Мара сделала шаг вперёд, и красное пламя с серпа перекинулось на её руку, обвивая запястье, как браслет.

Настя сжалась на стуле, не в силах пошевелиться. Её глаза были полны ужаса.

— Кто ты?! Назови своё имя, ведьма! — потребовал мертвец.

Но Мара уже не слушала. Она резко взмахнула рукой, и пламя ударило в него. Тень в плаще забилась, словно её рвали изнутри.

— Нет! Ты не можешь! Это заклятие нельзя снять!

— Посмотрим, — Мара стиснула зубы и снова взмахнула серпом.

Тень взревела и бросилась на Мару, но та встретила её огненным лезвием прямо в грудь.

— Мама! — вскрикнула испуганно Настя.

Мара обернулась на секунду — и этого хватило.

Тень, даже пронзённая серпом, рванула к Насте.

— Я тебя никому не отдам, ты принадлежишь мне!

Костлявые пальцы впились в плечи девушки, и она закричала от ужаса и от боли. Мара схватила её за руку, резко дёрнула на себя и одновременно ударила серпом по рукам мертвеца. Лезвие, всё ещё пылающее красным огнём, рассекло костлявые пальцы, и они рассыпались в чёрный пепел.

Мертвец взвыл от боли и на мгновение отпустил хватку. Этого хватило, чтобы окончательно с ним расправиться. Как только он был уничтожен, Настя кулём свалилась со стула, потеряв сознание.

— Это было феерично, — услышала Мара позади себя голос ворона.

— Не то слово, — вздохнула она. — Но от порчи мы так и не избавились.

Мара посмотрела на Настю, которая так и была опутана жуткими нитями. Она опустилась на колени рядом с ней, осторожно перевернув девушку на спину. Чёрные нити порчи, словно живые, пульсировали под кожей, сжимаясь вокруг её запястий и шеи.

— Эти путы похожи на оковы, — задумчиво сказала она.

— Значит, тут могут быть не только нити, но и цепи. Крепко за нее взялась мачеха, —