Погружение в ад. - Александр Науменко

— А свидетели? Эти чёртовы врата открылись в городской черте! Сколько людей их видело?

— Для этого существует служба зачистки.

— Зачистки, — пробурчал Никита Сергеевич. — Тоже мне нашлись, люди в чёрном. Я лишь надеюсь на то, что врата открылись в безлюдном месте города. А если где-нибудь в центре, тогда готовьте себе верёвку.

Мужчина утёр пот со лба, хотя в помещении было довольно прохладно из-за кондиционеров, которые отлично охлаждали внутренности базы.

— Ладно, — уже спокойно проговорил он. — Будем надеяться, никто ничего не заметил. Я, если что, у себя в кабинете. Надо заняться отчётом.

Никита Сергеевич резко развернулся, после чего зашагал прочь, оставляя у себя за спиной людей, а также оборудование, которое постепенно затихало. А где-то там, в сорока двух километрах на северо-западе, врата медленно смыкались, начиная разрывать грань между двумя мирами. Оставалось ещё несколько минут, чтобы действие окончательно исчезло. Затихание продолжалось, сходя на нет.

Часть — 3.

Жанна Алексеевна, учительница химии, бежала по коридору, оставив туфли где-то позади. Впереди неё, и вокруг неё, мчались ученики, которым посчастливилось остаться в живых. По крайней мере, пока. Что-то кричал физик, Андрей Валерьевич.

— Давайте сюда! Сюда!

Поднявшись по лестнице, мужчина заметался по коридору, но наконец подбежал к одной из дверей, опуская ручку. Это был кабинет немецкого языка, которым он собирался воспользоваться, чтобы вывести детей из здания. Ведь выходы отпадали, а во внутреннем дворе творилось черти что.

— Веди всех сюда! Давай!

Жанна Алексеевна подбежала к кабинету, но вдруг замерла. Из его недр раздался странный клацающий звук. Она обхватила руками двух подростков, не давая им пройти внутрь.

— Господи! Что ещё…

Глаза женщины широко распахнулись, как и рот. На потолке висело нечто, больше всего напоминая огромного паука, чёрного, с множеством подрагивающих волосков. Вот только голова. Она принадлежала человеку, учителю немецкого, Лидии Степановне. Да и человека сейчас это мало напоминало. Скорее создание больного кошмара какого-то ублюдка.

Лапы зашевелились, а хелицеры громко клацнули. Пасть бывшей учительницы приоткрылась, выпуская наружу длинный язык, который шмякнулся дохлой змеёй на пол. Изо рта хлынула жидкость, которая была кислотой или желудочным соком. Голова резко крутанулась на тонкой шеи, повернувшись к застывшему на пороге физику.

— Господи, — выдохнула Жанна Алексеевна.

Она услышала падение чьего-то тела. Кто-то грохнулся в обморок. Но женщина не обернулась, продолжая смотреть через плечо учителя на жуткую тварь.

Та, тем временем, слегка переместилась на потолке. Брюхо задрожало, вибрируя от движения, словно желе. После чего гадина выбросила вниз лапу, пронзая Андрея Валерьевича. Его пиджак на спине вспучился, а уже в следующий миг из прорванной плоти брызнули ошмётки и кровь. Тело взлетело вверх, только успев взмахнуть ногами, после чего хелицеры пронзили ещё раз учителя, впрыскивая жидкость для смягчения и разложения плоти.

Какой-то из учеников бросился вперёд, захлопывая дверь. Бояться гадину не стоило, так как выбраться из кабинета она не могла из-за своего брюха.

— Назад! Все назад!

Женщина бросилась к следующей двери, надеясь, что там им больше повезёт. Но, увы, её ждало горькое разочарование. В учительской оказался полнейший бардак. Существа, похожие на крыс, только абсолютно лысые и с более приличными клыками, грызли всё, что им попадало на зуб. Их красные глаза выискивали чего бы сожрать ещё, пока челюсти перемалывали то, что находилось в пасти в данный момент. Они не гнушались книжками, мебелью, и даже металлическими вещами. Всё шло в дело. Иногда твари грызлись друг с другом, кусая, отрывая приличные куски. На проигравшего нападали собратья, разрывая гадину на части.

«Господи мой, да есть ли отсюда выход?»

Женщина снова подбежала к своим ученикам, которых осталось не так много. Может около десятка. Их лица были испуганы, да и это понятно. Не каждый день встречаешь жутких существ, и смерть, которая косит в таком количестве.

— Помогите Огурцову.

Она указала на мальчика. Тот лежал без сознания, по-видимому, потеряв его от вида того, чем стала учительница по немецкому языку.

— Хватайте его под мышки, и пойдёмте.

— Но куда? — поинтересовалась Полина.

«Хороший вопрос. А куда?»

Женщина не знала. Но ведь не стоять на одном месте, дожидаясь своей смерти. Итак уже сколько погибло. Из трёх с лишним тысяч человек осталось не слишком много. Была она со своими учениками, а ещё те, кто разбежался, пытаясь отыскать укрытие. Где они сейчас, и живы ли?

— Я думаю, это нашествие инопланетян, — проговорил Огурцов, наконец придя в сознание. — Ну, марсиан там, или меркурианцев. А может они вообще из глубокого космоса.

— Не говори чушь, идиот, — одёрнула его Полина.

— Сама дура, — огрызнулся парень.

— Так, тихо! — попыталась остановить зарождающуюся перепалку Жанна Алексеевна. — Тихо, говорю! А ну заткнулись оба!

Подростки уставились на учительницу, хлопая глазами.

— Отлично. Теперь слушайте сюда. Мы начнём проверять…

Но женщина не договорила, так как кто-то из девочек громко закричал. Жанна Алексеевна поглядела на неё, потом на остальных, а после и на себя. Их ноги уходили в пол, словно они стояли на болоте, а не на твёрдой поверхности.

— Что происходит! — зарыдала Полина.

Жанна Алексеевна попыталась освободиться, но тщетно. Её сил явно не хватало для этого. Она рухнула лицом вниз, и руки тут же исчезли в чём-то вязком, уйдя по локти.

— Помогите мне, — попросила она. — Пожалуйста.

Но никто ей помочь не мог, так как подростки сами пытались выбраться. И лишь Огурцов, вдруг схватив рядом стоявшую Полину, резко выдернул её из той дряни, что медленно засасывала, после чего отбросил на приличное расстояние, сам уйдя по инерции чуть ли не по подбородок. А уже через секунду жижа полностью поглотила парня.

Барахтаясь в вязком месиве, Жанна Алексеевна видела Полину. Та находилась на твёрдой поверхности благодаря сгинувшему огурцову. Девочка топталась на месте, не зная, что делать дальше. Помочь не имела возможности, так как могла и сама снова увязнуть.

— Беги! — выкрикнула учительница. — Спасайся сама! Отыщи выход ради нас всех!

«Какие глупые слова»,