Тихое - Евгений Огнев

Ирина непонимающе посмотрела на Пашу, потом на фотографии и статьи… Выбрала одну из них и развернула на весь экран. Тело южноафриканского диктатора, убитого в собственной спальне, было зацензурено. Похоже, труп был изуродован настолько, что СМИ просто не смогли опубликовать фото как есть, не преступив закон. Но теперь, понимая, к чему клонит Паша, Ирина внимательнее посмотрела на снимок. Окно над огромной, застеленной шелковым бельем кроватью.

– Это… Быть не может, Паш.

– Я случайно однажды заметил, а потом… стал замечать еще и еще… Раз в пару месяцев очередная смерть и… Это происходит не только сейчас, я нахожу такое и в старых газетах…

На окне в спальне диктатора виднелся блеклый отпечаток когтистой лапы. Если не знать, куда смотреть и что именно там надо увидеть, – обнаружить почти невозможно. Но Паша и Ирина знали. И видели.

– Они стали охотиться за какими-то конкретными людьми, – пояснил Паша. – Саня будто указывает им цели. Похоже, он начал узнавать подробности конца света, который ждет человечество. Не знаю, может, в разные времена для этого попадает, смотрит, что пишут в газетах, говорят в новостях… И ищет тех, кто несет за будущую катастрофу ответственность.

– Ты же видел, каким он оттуда выбрался, – возразила Ирина. – Еле дышал. Как он может быть… там… несколько лет?

– А кто тебе сказал, что у него прошло несколько лет? – удивился Пашка. – Может, для него там прошло всего пару часов. И большую часть времени он проводит… как бы здесь… Во временах до взрыва. Ищет, расследует…

– Думаешь, у него получилось? – спросила Ирина.

Она часто размышляла о тех сообщениях Сани. Не потому, что боялась за себя, – странным образом лично ее предстоящий Армагеддон не пугал. Может, потому, что неясно было, когда именно он случится – через пару лет или через пару веков. Но вот за Маришку она боялась. Вдруг именно на ее жизнь выпадет этот кошмар.

– Не знаю, – признался Пашка. – Но если да – почему остается там?

Ирина заметила, что, когда Пашка заговорил о возможном возвращении Сани, его голос дрогнул. Он перехватил ее взгляд:

– Нет, ты не подумай, я очень хочу, чтобы он опять был с нами, я просто…

И тут до Ирины дошло.

– Ты боишься, что я к нему уйду?

Пашка кивнул. Было видно, что ему и стыдно, и страшно это признавать.

– Ты пойми меня правильно, Ирин. Ты меня тогда в тамбуре выгнала. Злая на меня была ужасно. А потом пришла, прочитала сообщения от него и обняла меня. Извинилась. И сказала: я же вижу, мол, что нравлюсь тебе. Как приедем в Москву, позови меня на свидание, если хочешь. Я подумал: раз Саня не вернется, ты испугалась, что одна в Москве останешься, и вот…

– Что вот?

– Ну, вроде как запасным аэродромом меня сделала.

Ирина сложила руки на груди, злясь на Пашку. Но призналась себе: это она знает, что не поступила бы так. Это она знала, что изменилась. А он-то тоже не дурак, слышал о ее репутации в Тихом, понимал, какой она была и что провернуть такое она раньше вполне могла.

– Но ты… все равно позвал.

– Ну, потому что… влюбился. Но, в общем, эта странная перемена, которая случилась в поезде. От ненависти до нежности. Не знаю, я ее всегда очень боялся.

Ирина вздохнула. Да уж, дура. Надо было ему рассказать. Надо было объяснить.

– Никуда я от тебя не уйду, дурачок. А Саня… он вообще-то нас, считай, благословил.

Пашка вопросительно посмотрел на нее. И Ирина рассказала.

Через память – вновь очутилась в тамбуре того поезда. Где плакала от горя, не понимая, куда делся Саня. Не зная, что через десять минут, вернувшись в купе, прочитает сообщения и выяснит, что он совсем не просто так от нее сбежал. Но тогда там, в тамбуре, где пахло сигаретным дымом, потому что иные пассажиры бегали туда курить, прячась от проводницы, – она рыдала. В ужасе от своего будущего. Боялась, что в Москве она не задержится и ей снова придется вернуться в Тихое. Рыдала и умоляла Вселенную измениться, стать другой, такой, в которой у нее, Ирины, и ее дочери все станет хорошо…

И вдруг она услышала знакомый звук удара. Задрожала от страха, боясь поднять голову. Ей захотелось вскочить и убежать, но ужас мгновенно вытянул все силы до капли. Нет… Нет! Они же сбежали… Они далеко… Нет!

Медленно, опасаясь того, что ей придется увидеть, Ирина подняла голову. Посмотрела на окно тамбура. И увидела там отпечаток. Как всегда – прямо внутри стекла, не оттереть его, как ни пытайся. Но вместо того чтобы навсегда замереть от страха, ее сердце продолжило свой бег ровно и спокойно. По телу разлилось тепло. И Ирина убедилась, что кошмар остался далеко позади. Что теперь все у нее будет хорошо. И что Тихое… Тихое для нее закончилось.

На стекле виднелся отпечаток не когтистой лапы, а человеческой ладони. Ирине передали привет, пожелали хорошей дороги и счастья.

И она знала кто.

Благодарности

В первую очередь – спасибо вам, тем, кто прочитал эту книгу.

Всем моим друзьям, кто верил в меня и поддерживал. А также моим первым читателям: Олегу Липину, Андрею Плотникову, Лиле Волковой, моей жене Юле. Ваши советы помогли сделать «Тихое» лучше.

Моему редактору Алине Сафроновой, без которой бы эта книга не состоялась.

Моей маме, без которой не состоялся бы я.