История Мелинды Джонс. Кровавый рейс - Яна Сова

согласился, поэтому, скорее всего, Бенджамин бы просто убил тебя в ту ночь, – Аллан ласково улыбнулся. – Но в этот момент мне удалось оказаться в нужном месте. Я как раз направлялся в библиотеку, чтобы поговорить с Бастьяном, так как думал, что он сможет все объяснить. Когда я подходил к библиотеке и уже заворачивал за угол, то представшая перед глазами картина повергла меня в шок. Я видел, чем могла обернуться вся эта ситуация на лестнице. Видел, как хищно смотрит на тебя мой старший брат, и понимал, какие мысли роятся у него в голове. Не давая знать о своем присутствии, я бегом бросился к тебе и, обогнув Бенджамина, укусил в шею, пока ты стояла лицом к двери.

– Аллан…

Девушка произнесла имя парня со слезами на глазах. Она дрожала от ужаса. Отчаяние, гнев, боль – все эти эмоции отражались на лице Мелинды, напомнив Аллану состояние матери после смерти отца.

Желая вновь установить над ситуацией контроль, юноша придвинулся к девушке ближе, взял за руку и полушепотом сказал:

– Мелинда, я хочу, чтобы ты поняла, насколько сильно я люблю тебя. Поверь, я бы никогда этого не сделал и уж тем более не стал причинять боль, если бы твоей жизни не угрожала страшная опасность, – Аллан пытался достучаться до рыдающей девушки. – Бенджамин хотел убить тебя и тем самым избавиться от реального свидетеля того, что в действительности происходит у нас в поместье. Заглянув в ту железную дверь, ты запросто могла раскрыть нашу тайну всему смертному миру, и тогда нашей семье пришел бы конец. Мой старший брат подобен мистическому церберу, охраняющему сокровища и сопутствующие им тайны. Пойми же, я очень дорожу тобой и ни за что бы не допустил, чтобы кто-то лишил тебя жизни. Ты была смертным человеком, а твоя мама уже обращалась в вампира…

– Что с моей мамой?! Что вы с ней сделали?!

Аллан собирался в деталях рассказать свой план, но Мелинда разрушила его идеальную вымышленную картину своим резким вопросом. Безумие отразилось в ее зеленых глазах. Аллан тут же осознал, какую чудовищную ошибку совершил, – в очередной раз упомянул о ее матери. Вместо того, чтобы ответить, он молча смотрел на свою возлюбленную, совершенно не понимая, как может изменить ситуацию в лучшую сторону.

– Мелинда, все, что ты сейчас услышала, – чистая правда. Но прости, сказать ничего больше не могу, потому что завтра вечером ты сможешь увидеть все своими глазами.

– Да что, черт побери, происходит?! – голос Мелинды уже начинал срываться на крик, дрожь сменялась яростью – Почему ты просто не можешь мне все рассказать? Что ты от меня утаиваешь?

– Ничего не утаиваю, просто всему свое время, – ласково проговорил юноша, стараясь не выдать своего волнения, – но я клянусь, что с тобой все будет хорошо. Отныне ничто тебе не угрожает. Я всегда буду рядом.

– Ты чудовище, Аллан! – взорвалась Мелинда. – Вся ваша семейка – это кучка адских чудовищ…

Слетавшие с ее уст ядовитые слова больно вонзились в самое сердце Аллана, подобно заточенным ножам. Напряжение между молодыми людьми стало невыносимым.

– Что вы сделали с мамой? Скажи мне, Аллан…

Стоило имени сорваться с девичьих уст, как парень подскочил и выбежал за дверь. Он не мог больше этого выносить. Не мог видеть ненависть в глазах любимой и слушать проклятия и ругательства в свой адрес. Ему было настолько больно, что он едва нашел в себе силы сдержать подступающие слезы.

Аллан не мог сказать, что конкретно довело его до такого состояния: то ли бурная паника и страх Мелинды, то ли его собственное волнение. До этого момента он был на сто процентов уверен в правильности своего решения, был готов поклясться, что обращение Мелинды и есть тот подарок, который преподнесла ему судьба.

Но так ли это?

Стоило ему задать этот вопрос самому себе, как перед мысленным взором, подобно неоновому рекламному баннеру, всплыли недавние слова Бенджамина. Слова, произнесенные им в тот самый вечер, когда Аллан укусил Мелинду и запустил механизм обращения. А потом еще и похожая реплика Вэллы…

«Ты еще пожалеешь о том, что сделал. Рано или поздно до тебя дойдет, какую чудовищную ошибку ты совершил».

Главная особенность процедуры обращения заключалась в том, что, испив крови, обратного пути не было. Если обращаемый человек по каким-то причинам не исполнял три обязательных обряда в течение девяти дней и тем самым не позволял своему организму перестроиться на новый уровень, в скором времени он умирал.

Бенджамин это прекрасно понимал, как и понимал чувства своего младшего брата, поэтому несмотря на всю суровость, не стал предпринимать никаких действий. Дело было изначально безысходным, а скорая кончина Мелинды Джонс – вопрос времени.

Аллан осознавал, что Бенджамин не оставит Мелинду в живых, даже если она пройдет полный процесс обращения, более того, он ни за что не допустит, чтобы его брат связывал свою жизнь с простой девушкой.

В тот роковой день в сознании Аллана созрел четкий план, на осуществление которого требовалось совсем немного времени.

«Как только Мелинда совершит третье испитие,– размышлял про себя Аллан, – мы, если потребуется, убежим на другой конец света и будем строить свое счастье подальше от этого поместья».

Там, на лестнице, когда Аллан поднял на руки обмякшее тело Мелинды и уже хотел было распорядиться, чтобы ей готовили новую спальню, Бенджамин сказал:

– Аллан, и месяца не пройдет, как ты захочешь уничтожить свое творение. Не совершай этой глупой, необдуманной ошибки.

На колкие замечания брата юноша не ответил. Его эмоций хватило лишь на то, чтобы бросить на брата осуждающий взгляд и молча исчезнуть в глубине извилистого коридора с любимой на руках.

Сейчас же, когда он трусливо сбежал из комнаты Мелинды, эта фраза Бенджамина гремела в его голове. Подходя к своей комнате, Аллан принял решение не думать о той ночи, потому что подобные мысли только накаляли обстановку. Он ни за что не мог допустить, чтобы его план провалился.

Еще тогда Аллан поклялся, что у них все получится, а если на пути встанут какие-то препятствия, то даже ценой собственной жизни он будет защищать Мелинду.

Оказавшись в своей спальне, Аллан лег на кровать.

Задумчиво разглядывая лепной семейный герб на потолке, юноша и не заметил, как его веки закрылись, и он провалился в сон.

Ему приснился ясный солнечный день,