Моё проклятие - Мария Меркер

Я умирала от стыда. Хотела, чтобы он хотя бы поцеловал меня, хотя бы на секунду прижался губами к моим. Но он этого не делал. Трогал меня, растирал влагу по половым губам, я держала его член, я дрочила ему, но он даже не попытался меня поцеловать...

Кончая и чувствуя, как его сперма стекает по моей ладони, не смогла сдержать слёз, хрипло расплакалась, достала свою руку из его трусов и выбежала в коридор. Скрыться в санузле получилось, но он тут же начал стучаться и звать меня. Без агрессии, негромко, но от этого стука, от того, что он стоит там, мне хотелось плакать ещё сильнее. В зеркале отражалась растрепанная девушка с мокрыми щеками и опухшими красными от слёз глазами, которую за эти два дня предали все, кого она любила.

Но ради чего?

Глава 5

Глава 5

Я пыталась привести себя в чувство, охладеть ко всему, что происходит вокруг меня, найти или хотя бы придумать этому хоть какое-то объяснение, но это было невозможно.

Когда Даниил наконец, вытащил меня из туалета, он сунул мне в руки рабочий инвентарь и повёл наверх, на чердак.

— Сам бы убрался, но ты же не отвечаешь на мои просьбы. Поработаешь руками и подумаешь над своим поведением, — сказал он, заталкивая меня в пыльное помещение. Здесь уже кто-то жил, но, видимо, несколько месяцев назад, пыли было немерено. А так, сам чердак оказался весьма уютной спальней, даже с отдельным санузлом и большим мансардным окном. В детстве я мечтала о своей собственной спальне на чердаке, но родители не успели сделать там ремонт. Что ж. Не всегда мечты сбываются именно так, как хотелось бы. — Здесь неплохая звукоизоляция, — добавил он. — Можешь порыдать, если хочешь.

— Тебе нравится, когда я плачу, да? — спросила я, застыв посреди спальни с ведром в руках. — Ты, оказывается, садист? Я не знала. Раньше ты таким не был. Как же я ошибалась в тебе, Дань. Надеюсь, когда тебе это надоест, и ты меня отпустишь, мы больше никогда не встретимся с тобой.

— Я никогда тебя не отпущу, — бросил он и вышел, захлопнув дверь.

Первое, что пришло мне в голову, когда я ползала по полу с тряпкой — смерть моей мамы. Раньше я никогда не видела ни братьев, ни их отца. А тут они появились в нашем доме, жили бок о бок с нами. Анита проводила время со своей компанией друзей, иногда к ним присоединялся Натан, но редко. Даниил, как ни странно, проводил больше времени один или же со мной. Что делали в это время наши родители? Этого я не знала. Не знала и почему они так часто отправляют нас погулять.

Неужели моя мама имела связь с отцом Натана? Ведь папа не ходил на работу каждый день, у него был сменный график. Знала ли Анита что-нибудь? Если и знала, мы никогда не говорили об этом. Всё равно, мама умерла, и они уехали. Крупных скандалов не было, но папа, насколько я поняла, больше не хотел видеть эту семью в нашем доме. Как и когда они вообще познакомились? Этого я не знала.

Когда с уборкой было покончено, я убрала инвентарь в санузел и только-только прилегла отдохнуть, как дверь распахнулась и моя сестра тихо скользнула в спальню. Не обращая внимания на мою реакцию на её появление, она прошла в комнату и положила на письменный стол бело-розовую коробочку с таблетками.

— Прочитаешь инструкцию. Семь дней нельзя спать без презервативов. Потом можно. Он знает, — равнодушно произнесла она, развернулась и уже хотела уйти, но вместо этого подошла ко мне и медленно опустилась на кровать. Всё это время я молчала и провожала её взглядом. Я не знала, что сказать. Она будто и не хотела разговаривать со мной.

— Они не помогли тебе. Почему ты думаешь, что помогут мне? — спросила я.

— Я тогда отравилась. Рвало три дня даже от воды. Не пила их. А потом, когда мне стало лучше, у нас случилось. И вот... — ответила Анита. Её голос был тонким, почти прозрачным. — Месячных не было и так, но я почувствовала, что беременна почти сразу. Начало тянуть грудь, низ живота.

— Ты хотела этого ребёнка?

— Тогда я не думала об этом. Но мне нельзя прерывать, у меня один яичник уже давно. Сказали, потом вероятности забеременеть будет немного. И мы решили оставить. Я так боюсь, что что-то случится с ним, мой хороший, мой родной, — Анита всхлипнула, наглаживая свой животик. Крупная слезинка побежала по её бледной щеке, и она смахнула её тыльной стороной ладони. — Это мальчик, кстати. Мы уже узнали пол. Натан так счастлив, но он очень беспокоится за нас.

— Не плачь, — я положила руку на её колено. — Выносишь, родишь, я буду помогать тебе. Как ты маме помогала, когда я родилась. Тебе всего...

— Семи лет ещё не было, да, — сестра улыбнулась сквозь слёзы. — А помню как сейчас.

— Точно. А когда мне было три, и я подавилась таблеткой, пока ты смотрела за мной, ты так перепугалась, что накрыла меня одеялом, думая, что я умерла, а я, оказывается, просто прокашлялась, таблетка вылетела, и от стресса меня сморил сон, — я рассмеялась, и Анита поддержала меня, но веселье долго не продлилось. Вскоре она замолчала, опустила глаза и очень тихо произнесла:

— Прости, Ев. Я не могу повлиять на то, что он делает с тобой. И помочь тоже не могу.

Я тяжко вздохнула и, присев, обняла сестру со спины. Несколько минут мы сидели молча, прижавшись друг к другу, а потом она ушла. От завтрака я отказалась, и когда внизу стало шумно, видимо, Натан вернулся домой, Даниил зашёл ко мне и, не спрашивая, хочу ли я пойти с ним, взял за руку и вывел с чердака. В столовой он усадил меня рядом с собой, молча, пока моя сестра и его брат общались, надожил еды в мою тарелку и сунув вилку, кивнул, мол, ешь.

Всё выглядело очень вкусно, и желудок у меня поддавливало от голода, но вместо того, чтобы наброситься на еду, я начала ковыряться в ней —