Воспоминания о Русско-японской войне 1904-1905 годов участника-добровольца - Константин Иванович Дружинин

Дело у Вафангоу. 17 мая 1904 г. Художник Н. С. Самокиш

Вид Владивостока. Начало XX в.

 Порт Владивостока в начале XX в.

Русско-японская война 1904—1905 гг. Военные действия на суше. Карта-схема

Схема районов действий: 1. Сводной казачьей бригады на правом фланге Восточного отряда 20 июня – 9 июля; 2. Передового отряда у д.Титуню между Восточным отрядом и 2-м Сибирским корпусом 15—23 июля 1904 г.

Участие зарайцев в бою при Ляньдянсане. Карта-схема

Схема боёв у деревень Тунсинпу и Тасигоу 11, 12, 13 августа 1904 г.

Ляоянская операция. Карта-схема

Отступление от Мукдена. Из Военной энциклопедии Сытина

Примечания

1

От фр. les faiseurs – дельцы.

2

Насколько наше общество вообще не было осведомлено о положении дел на Дальнем Востоке, указывает распространенное мнение о Восточно-Китайской железной дороге как о предприятии совершенно бездоходном в его будущем и настоящем (конечно, я говорю о железной дороге в том виде, в каком она была до войны). А между тем весьма осторожный расчет Управления дороги показывает, что если в первый год ближайшего десятилетия эксплуатации дороги ожидался дефицит около семи миллионов рублей, то к концу десятилетия дорога должна была давать чистого дохода около девятнадцати миллионов рублей. Но, кроме коммерческих выгод, дорога давала нам значительное политическое и стратегическое преобладание на Дальнем Востоке вообще и еще способствовала заселению и обогащению коренных русских земель, т.е. всей Приморской области.

3

Конечно, Япония была усмирена при помощи и согласии всей Европы, но, говоря откровенно, разве мы не приписывали этого подвига себе? До войны, а пожалуй и до Мукдена, мы все еще думали, что можем руководить политикой всего мира, показывая наш чудовищный восьмимиллионный кулак.

4

Еще до войны был возбужден грандиозный проект представительства наместничества при железных дорогах района наместничества, не получивший, к счастью, своего осуществления. Тем не менее железнодорожный отдел при наместнике был уже сформирован, и начальником его назначен инженер-полковник (небывалый случай – не офицер Генерального штаба), а потому генерал, нацеливаясь на это место, справедливо опасался, что ему его не уступят.

5

Китайская железная дорога заплатила за меблировку квартиры наместника в Мукдене и Куропаткина в Ляояне 50 000 рублей.

6

Мои враги скажут, что все здесь рассказанное искажено и что на самом деле я просто сделал в Ляояне скандал, и это в чине полковника, в военное время и т.д., но, во-первых, у меня есть свидетели, что все здесь рассказанное совершенная правда, во-вторых, и главное, вот что: почему же Куропаткин поставил мне в вину даже непроверенную им басню о том, что я имел в Ляояне какое-то общение с женщинами и вином, а в то же самое время, у него на глазах, начальник штаба армии Сахаров позволял себе держать при себе женщину под видом сестры милосердия и устраивать в своем помещении с нею кутежи. По странной случайности эта знаменитая особа, впоследствии супруга Сахарова, известная в армии под названием Елены Прекрасной, была отчасти виновницею и жестокого обо мне доклада ее будущего благоверного, так как она состояла в близком родстве с командиром Приморского драгунского полка Вороновым и носила одну с ним фамилию, а следовательно, благодаря ее протекции у начальника штаба, Воронову и удалось оклеветать меня.

7

Следовало собирать сведения о противнике при помощи организованной системы шпионства, а не так, как этим занималось праздное, карикатурное бюро разведки (разведывательное отделение) в Ляоянском штабе. При огромных, совершенно бесконтрольных средствах, имевшихся в распоряжении командующего армией, это было вполне достижимо. Говорю так по опыту личной разведки услугами китайцев за самые ничтожные деньги. Да, ничего не делая, можно было быть разбитым и под Мукденом, и под Харбином, вообще где бы мы ни вздумали сосредоточивать нашу армию.

8

Смотри приложение 2. Исследование вопроса: «кто виноват в стратегических результатах Вафангоу».

9

Этот шедевр существует в редакции телеграммы Куропаткина на имя Бильдерлинга от 5 августа 1904 г. за № 1023: «…надеюсь, что вы пробудите во вверенных вам войсках точно заснувший в них дух лихости, молодчества. Повторяю, что те начальники частей, которые относятся к врагу с преувеличенным и вредным почтением, чтобы не сказать со страхом, и думают больше всего о том, чтобы уйти назад, должны быть вами представлены к отчислению от должностей. С их стороны честнее будет самим признать свою несостоятельность для военного времени (точно они все-таки годятся для мирного времени!)».

10

К сожалению, по-видимому, это оздоровление придет весьма нескоро, ибо только что узнал о назначении командиром 2-й бригады 23-й пехотной дивизии полковника фон Фреймана, командовавшего весьма неудачно на войне Каспийским полком и эвакуировавшегося с театра военных действий.

11

Уже находясь далеко впереди отряда, с разъездом, я получил записку от одного из ординарцев штаба, сообщавшую мне такими словами перемену командования: «Вы, вероятно, знаете, что Засулича убрали, на его место прислан Келлер». Даже у таких маленьких чинов Восточного отряда было убеждение, что панического генерала убрали, а следовательно, был же он виноват в случившемся под Тюренченом погроме.

12

Разговор происходил в Харбине около 10 января 1905 г., а несколько дней позднее я передал тому же лицу написанный мною краткий, но правдивый и точный очерк командования армии с самого начала военных действий, в котором говорил о неминуемой катастрофе, так сказать предсказывал Мукденское поражение, причем я говорил, что вовсе не боюсь быть доносчиком, а считаю своим долгом доносить о постигающем нашу армию и родину бедствии. Судьба моего доклада мне неизвестна, но, по-видимому, он не имел никаких результатов, в чем конечно не моя вина.

13

Отказ был мотивирован Орановским тем, что нельзя подчинять подполковнику полковника, но однако тот же Орановский послал меня через 2 дня командовать полусотней, а затем