Священная военная операция: между светом и тьмой - Дмитрий Анатольевич Стешин

просто. Нужно только попасть на нужную орбиту — там все движется и все взаимосвязано. И через год СВО на этой орбите оказались самые разные люди, но все движутся по одной траектории — к миру. А без победы мира не будет.

P.S. Вскоре я отправлюсь с медиком Сашей и его бригадой в Бахмут и вынесу из этой поездки твердую уверенность: медик-эвакуатор — одна из самых опасных военных профессий, стоит в одном ряду с штурмовиками и саперами.

28 июля 2023

ПОДЗЕМЕЛЬЯ НА ВРЕМЬЕВСКОМ ВЫСТУПЕ

«ВХОД — РУБЛЬ»

Меня сразу же предупредили: «Ротации на этих позициях только по темноте, выезд обратно — по ситуации, закладывайся минимум на сутки, а то и больше. Покормят, место для сна найдут».

Подвал на передовых позициях угледарского направления, я жил в этом подвале в 2022 году, пантера-талисман осталась на месте

В последнем я даже не сомневался, но и без подарков совесть ехать не позволяла. Набрал фруктовых и протеиновых батончиков, захватил три очень качественных аккумуляторных фонаря, пакет с ягодами лимонника — он включает ночное зрение и бдительность.

Дальше все по привычной схеме. Тыловая деревня Ев-геновка — до передка километров двадцать. В Евгеновке я бывал и ночевал много раз, и больно смотреть, как ее постепенно разматывают артиллерией. Оставшийся «мирняк» вешает по ночам на свои дома яркие фонари, невообразимо яркие — обозначить себя. Электричества в селе нет, запитывают их от аккумуляторов. Не особо помогает, у вэсэушных артиллеристов свои соображения. Мне показывают тоннель в зеленке, это мой «гараж» на ближайшие дни. Я дополнительно закидываю машину маскировочной сеткой, которую всегда вожу с собой.

В деревне — нежный прохладный вечер после лютой, белой степной жары. Тишина, слышно, как в конце улицы вздыхает или зевает корова. От колодца бредут раздетые по пояс бойцы, тихо переговариваются. В кромешной тьме алеют огоньки сигареток. Через несколько минут вся эта пастораль закончится в одно мгновение, я не знал точно, но что-то уже чувствовал. Меня представляют командиру позиции с позывным «Слоник». Он «будет кормить меня и защищать». И все растолковывать. Хороший командир наполовину педагог, а «Слоник» — командир хороший. Опыт у него с июля 2014-го. Мы грузимся в машину, и в этот момент «Слоник» замирает, прислушивается и включает рацию:

— Вижу движение в небе, зеленая светящаяся точка.

Неведомый абонент уточняет:

— Высота? Высота? Направление движения? Коптер или крыло?

— До двухсот. Точно над нами. Не слышу, генератор работает. Мы идем на маршрут.

По маршруту мы проехали метров сто, и слева от нас характерно и коротко свистнуло, потом треснуло и землю качнуло.

Первая команда «Слоника»:

— Покинуть машину!

Водитель как-то по волчьи оглянулся, убедился, что никого в машине нет, и погнал в переулки, хлопая открывшейся дверью. Я залег под белой стенкой сарая и на третьем прилете выключил камеру. Дрон висел над нами, а инфракрасную подсветку в ночник видно за километр. Судя по четвертому прилету, на огороды, нас брали в так называемую «артиллерийскую вилку». В одной из хат захлопали двери. Я сообразил, что ее постояльцы побежали в подвал, и бросился следом. Меня любезно приютили какие-то бойцы, приняли рюкзак и даже рукой направили мою ногу через проломленную ступеньку. Просидели мы в этом подвале недолго. Заработала наша контрбатарея, «сбивая прицел» вражеской артиллерии, и вернулась тихая южная ночь со звездами. Но того нежного ощущения южной малороссийской ночи уже не было.

Опять загрузились в машину. Бойцы как-то повесели, чувствуя, что на данном отрезке времени мы выбрали лимит неприятностей. Водитель опустил на глаз ночник-монокуляр, и мы погнали в кромешной темноте.

МИФИЧЕСКИЙ ВЫСТУП

Подвал был уютен и обширен. Несмотря на жару и влажность 80 %, бункер заливает страшно во время дождей, так что даже летом приходится растапливать печь и все просушивать. Я сбросил вещи в угол, снял бронежилет. «Слоник» дал первый добрый совет:

— Каску далеко не убирай, пусть на виду будет, начнут обстреливать, сразу надевай. Но подвал хороший, нас даже танком пытались выковырять, он 15 снарядов пустил под фундамент…

И неожиданно заканчивает:

— А потом его наши птур-щики сожгли…

«Слоник» красноречиво глянул в сторону входа — там была сложена целая поленница из пустых контейнеров от противотанковых управляемых ракет. А рядом наготове стояли контейнеры заряженные.

Я задал вопрос, который меня точил всю дорогу, и я пытался совместить в голове «контурные карты» из телеграм-каналов и наш маршрут движения.

Командир с позывным «Слоник». Район Времъевского выступа, который все-такисмог срезать противник

— Получается, мы на Времьевском выступе?

«Слоник» удивился:

— Что за Времьевский выступ?

— Ну, деревня здесь должна быть такая — Времьевка и конфигурация у линии фронта таким выступом. ВСУ своим «контрнаступом» все пытаются его срезать и пойти на Волноваху или трассу Мариуполь — Донецк.

«Слоник» смеется:

— Пойти! Да хто ж им даст!

К разговору подключились другие бойцы. Кто-то слышал про этот «военный топоним», придуманный штабными и диванными аналитиками, но, оказывается, здесь, на земле и под землей, его никто не употребляет. Тут в обиходе совсем другие названия. Но если кому угодно, то да — мы сейчас сидим в подвале на самом краю этого пресловутого «выступа».

КАК ПРИ ДОМЕ ПИОНЕРОВ

Из комнатки, куда я еще не заглядывал, доносится голос:

— Дроны идут! С севера-востока и с севера-запада! Скорость… высота…

«Слоник», увидев непонимание в моих глазах, говорит:

— У нас анализатор спектра стоит, все видим, айда за мной!

Помещение заставлено аппаратурой и аккумуляторами. Рации на стене висят рядами. Пожилой связист примостился на уголке стола и что-то паяет, макая детали в баночки с флюсом. Ощутимо тянет детством и любимым радиокружком при Доме пионеров.

«Слоник» передает по позициям информацию о дронах. Рассказывает, что для рации придуманы специальные коды. Я шучу:

— Пришлите срочно пять ящиков огурцов!

«Слоник» вздыхает:

— Нет, у нас все сложнее. Один товарищ послушал наши переговоры по рациям и заметил: «У меня ощущение, что я в сумасшедшем доме!»

ЖАБЫ И МИНЫ

Дроны болтались над нашими позициями всю ночь, и всю ночь дежурный связист передавал информацию по постам. Мне же связист передал свой спальник со словами: «Мягче будет, а мне все равно до утра сидеть». Утром мимо моего лица пропрыгало что-то мягкое и зеленое. Сказало: «Ква!» И уставилось на меня немигающими желтыми глазами. Мне объяснили:

— Это наша жабка, она днем за дрова спать уходит, там сыро и прохладно. А как она нежно поет, если