Тайная сила разведки Германии - Евгений Михайлович Гришин

Во время войны Германия активно стремилась перетянуть на свою сторону нейтральные государства, чтобы не позволить странам Антанты создать вокруг сплошное вражеское кольцо. Вдоль германской границы с нейтралами разместились главные резидентуры «тотальной разведки» для связи с ее филиалами в Амстердаме, Стокгольме, Копенгагене, Женеве, Нью-Йорке, Шанхае, в странах Латинской Америки, на Ближнем Востоке и в Африке. Николаи понимал, что немецкой агентуре придется столкнуться там с работой спецслужб противника. «Богатый выбор агентов низшего сорта доставляла темная шайка, сборным пунктом которой стали во время войны пограничные, нейтральные государства, — пишет он в книге “Тайные силы”. — Много связей навязывалось и со швейцарами и кельнерами крупных гостиниц, занимавшими в Германии места призванных на военную службу немецких служащих. То же относилось и к персоналу маленьких театров, набиравшемуся во время войны из-за границы. Этим путем попадали в Германию в качестве шпионов женщины-танцовщицы и т. п. элементы».

Французская разведка «господствовала в Бельгии, Люксембурге и Швейцарии», вербуя там агентов среди немецких дезертиров: «Известен случай, когда в 1917 г. лишь один эльзасский вербовщик доставил французской разведке для шпионажа против Германии свыше пятидесяти германских дезертиров, — отмечает Николаи. — Лишенные средств к существованию, оторванные внутренне от своего борющегося народа, дезертиры эти легко поддавались искушению. В качестве немецких солдат они были сведущими людьми, имели знакомых в германских войсках. Все необходимые, превосходно подделанные, документы они получали от неприятельской разведки. Лишь сравнительно немногие дезертиры направлялись в Данию. Здесь вербовал германских дезертиров для французской разведки враждебный Германии южноютландский союз».

Французскую военную разведку Бюро II Генштаба Николаи считал «самой солидной» в период войны. Он был хорошо осведомлен об основных направлениях и методах ее работы против Германии, о чем свидетельствуют, в частности, так называемые «вопросные листы», которые Бюро II раздавало своей агентуре: «Разведка, подготовка саботажа и донесения о достигнутых успехах были постоянной составной частью французской разведывательной деятельности». Цели ее явствуют лучше всего из опросного листа 1916 г.:

«Ценность доставленных сведений определяется, в особенности, точностью их указаний и их источниками. Необходимо беспрестанно настаивать на этих пунктах. Сведения относятся к политике, хозяйству, финансам и войскам. Под политическими сведениями следует понимать различия во мнениях партий, социалистическое движение, взгляды рейхстага и канцлера, политика последнего, планы, которые у него имеются и которые он мог бы претворить в жизнь. Общее настроение, забастовки, восстания. Отношения между союзниками: немцами, австрийцами, турками, болгарами. Пропаганда в неприятельских и нейтральных странах; мероприятия германского правительства в отношении последних. Опыт показал, что в Берлине в соответствующих кругах много болтают и что часто выбалтываются новости, которые должны были бы сохраняться в тайне. Существует, следовательно, возможность там кое-что узнать. Под хозяйственными сведениями следует разуметь все общие данные, охватывающие эту область. Всегда представляют интерес сообщения о рудниках, государственных и частных заводах, о недостатке сырья, о заработной плате, о контрабандном ввозе в Германию провианта через нейтральные страны — Швецию, Голландию, Швейцарию. Финансовые сведения охватывают займы, балансы крупных банков, государственный золотой запас и т. п.

Под военными сведениями следует понимать: расход и состояние войсковых частей, настроение в армии, вопрос о том, играли ли при смене в Верховном командовании главную роль политические или стратегические соображения. Отношения между политическим миром и гражданскими элементами, с одной стороны, и командованием — с другой. Людские потери, материальные затраты на суше и на воде, большие переброски войск с одного фронта на другой.

Сведения должны содержать детали, которыми они отличались бы от обыкновенных рассказов, которые можно всегда легко услышать от возвращающихся из Германии путешественников. Один-единственный из перечисленных пунктов, тщательно обработанный, имеет большую ценность, нежели длинный доклад, содержащий лишь обычные рассуждения».

Как видим, «вопросник», излагаемый в книге «Тайные силы», составлен профессионально, охватывает практически весь спектр жизнедеятельности Германии: политику, экономику, финансы, обороноспособность; нацеливает агентов на сбор конкретных сведений. Примечательно, что военная тема стоит на последнем месте. Николаи объясняет это следующим образом: «По мере того как неприятель все больше возлагал свои надежды на внутренний распад Германии, сведения эти (военные. — Е.Г.) отступали все больше на задний план. Это вполне ясно из присланного одному французскому агенту в сентябре 1917 г. вопросного листа: 1. Настроение в западном промышленном районе и в городах: Кёльн, Берлин, Лейпциг и Мюнхен. В частности, слышно ли что-нибудь о тайной революционной пропаганде, были ли уже арестованные или преданные суду за нее. 2. Верно ли, что в Познани был обнаружен большой польский заговор и что было арестовано много знатных поляков, в том числе — два депутата. 3. Какие войсковые части находятся в настоящее время в Тондерне, Гузуме, Гадерслебене, Зондербурге, Шлезвиге, Киле, Рендсбурге и Неймюнстере. Каково имя настоящего временного командующего IX армейским корпусом. Верно ли, что и во Фленсбурге назначен новый командующий. Следует попытаться завязать знакомство с матросами».

Из этого вопросного листа видно, что французская разведка внимательно следила за развитием революционных событий в Германии и возлагала на них определенные надежды в плане ослабления ее армии на фронте.

Революционная пропаганда, осложнение положения германских войск на фронте действительно привели к тому, что в политической элите Германии стали зарождаться сомнения в правильности военно-политического курса Верховного командования. Среди высокопоставленных военных и политических деятелей, парламентариев появилось немало пораженцев и пессимистов, которые доставляли Николаи хлопот не меньше, чем вражеская агентура. Ему пришлось заниматься проверкой распространявшихся слухов об утечке секретной информации о положении на фронте из партийных, парламентских кругов и даже окружения кайзера.

Агенты доложили Николаи о «предосудительной связи» наследника престола, кронпринца Вильгельма с француженкой Габ-риэлой Бюрре, подозревавшейся в контактах с вражеской разведкой. Кронпринц был командующим армией на Западном фронте, его штаб-квартира размещалась в Шарлевилле: «Моя поездка в Шарлевилль вызвана тем, что директор полевой полиции Западного фронта сообщил, почему не удалось удержать в тайне наше наступление 15 июля у Реймса и что в районе 5-й армии распространились слухи о предательстве француженки, которая является любовницей кронпринца и живет у него, — пишет в дневнике Николаи. — С начала войны мне стали известны сплетни о личной жизни кронпринца, а также и какие-то достоверные факты. Я знаю, что многое здесь преувеличено, но то, что было на самом деле, я не понимал и осуждал. Однако в мои обязанности не входило вмешательство в эти дела. Мне казалось, кроме того, достаточно, что рядом с кронпринцем находились ответственные лица, а именно два флигель-адъютанта и начальник Генерального штаба при кронпринце, сначала Шмидт фон Кнобельсдорф, а затем граф Шуленбург. С последним я на эту