Дембель неизбежен. Том 3 - Константин Федотов

В комплект входили китель, брюки с синим просветом, голубая рубашка, галстук, фуражка и туфли-лодочки. По размеру он подходил мне идеально, так что, отдав за него пять тысяч, я припрятал его в каптерке и ожидал своего звездного часа. Разве что нужно пришить погоны и шевроны на китель, что сделать не так-то и просто. Но я узнал о том, что есть специальные ателье, где это можно сделать, и как только пойду в увольнение, обязательно займусь этим вопросом.

* * *

Жизнь в казарме бурлила, наша молодежь полностью адаптировалась и окрылилась. Некоторые даже пытались дерзить старшему призыву, но наш призыв прекрасно знал, до чего это может довести, и тушил бунт в зародыше. Вообще конфликты стали проявляться все чаще и чаще, что неудивительно, столько времени сидим в замкнутой экосистеме, без выхода за забор. Вот парни цепляются друг к другу, и порой даже из-за малой, незначительной мелочи может вспыхнуть нешуточный конфликт.

Наш мазаный новичок, которого окрестили Племяшом, кстати, кличка была очень подходящей и сразу приклеилась к нему. Все сначала приняли его нормально, но когда он сходил в отпуск на пять суток, отношение к нему подпортилось. Нас в увольнения не отпускают, а он, сука, в отпуск пошел. Вернувшись из отпуска, Племяш уже несколько раз чуть не схлопотал по своему наглому лицу. Он с каждым днем становится все налее наглее и перегибает палку. Пререкается с офицерами, не говоря уже обо мне, а своих товарищей, с которыми одного призыва, вообще ни во что не ставит. Я же, глядя на все это, думаю о заветной дате двадцатого апреля, когда уеду отсюда, и очень надеюсь на то, что этого пассажира никто не вырубит раньше времени, а то быть беде.

Сегодня был обычный день, закончив со всеми утренними мероприятиями, я отвел роту в казарму, а сам, забрав раздаточные ведомости, отправился на вещевой склад за подшивочным материалом. Денек сегодня выдался замечательным, несмотря на начало февраля, светило необычайно яркое солнышко, и радостно звенела капель. По пути я зарулил в курилку и, расположившись на скамейке, с удовольствием закурил сигарету. Но не успел я сделать и пары затяжек, как увидел бегущего в мою сторону Захарова. Глядя на то, как быстро бежит паренек, я искренне начал надеяться, что ему просто очень сильно хочется курить. Но надежды на это было крайне мало. Также проскочила мысль о том, что он бежит куда-то еще. Но увы, как только он сравнялся с курилкой, то тут же вбежал в нее.

– Товарищ младший сержант, разрешите обратиться?! – пытаясь отдышаться, обратился он ко мне.

– Не томи уже, что случилось? – тяжело вздохнув, спросил у него я.

– Там это самое, Степан Плямеша от#издил! – звонким голоском отрапортовал солдатик.

– Твою дивизию! – скорчив кислую мину, словно откусив лимона, сказал я то ли от обиды, то ли от отчаяния. – Сильно? – уточнил у него я.

– Ну так. – пожав плечами, ответил Захаров. – Синяков вроде нет. – добавил он.

– А нахрен ты мне это докладываешь вообще? – уточнил я.

– Ну не знаю, вы же вроде как друзья со Степаном, а Племяш тот еще фрукт. – добавил он.

Глава 20

Бросив окурок в урну, я быстрым шагом отправился к месту происшествия. Десять человек после развода отправили расчищать дорогу к одному из складов, так что я знал, где они находятся.

Зайдя за кирпичное здание столовой, я аккуратно прошел вперед, чтобы не поскользнуться на слегка заледеневшем и утоптанном снегу. Картина, как говорится, маслом: Степан как ни в чем не бывало кидал с бойцами тяжелый снег, а наш Племяш стоял с красным отпечатком на лице и судорожно сжимал замерзшими пальцами телефон, прижимая его к уху.

– Браток, что стряслось? – отвлек я Степана от его бурной деятельности.

– Что, уже доложили? – ухмыльнувшись, спросил он, воткнув лопату в снег.

– Так армия – одна большая деревня, на одном краю пукнешь, на втором скажут, что обосрался. – улыбнувшись, ответил я и вынул из кармана пачку сигарет.

– Это точно, новости разлетаются с бешеной скоростью. – согласно кивнул мой друг, вынув сигарету из моей пачки. – Ну, это рано или поздно должно было произойти. – зажав сигарету зубами, сказал Степан, кивнув в сторону Племяша.

– Да знаю я, честно говоря, надеялся, что это произойдет после того, как я уволюсь. – искренне признался я и, чиркнув зажигалкой, прикрыл пламя ладонью и немного протянул руки вперед, чтобы Степке было поудобнее прикурить.

– От души. – благодарно кивнул мне товарищ, выдыхая клубы сизого дыма.

– А из-за чего ты его припечатал-то? – уточнил я, глядя на то, как наш пострадавший в очередной раз пытается дозвониться генералу.

– Да за все хорошее! – поморщившись, ответил товарищ. – В край берега попутал, решил, что ему все можно! И, сука, важный такой: «Мне снег чистить нельзя, мне доктор запрещает!» – скорчив смешную гримасу, спародировал он Племяша. – А я тут подумал, а справка-то где? Ты же сам знаешь, в лазарете справку выдают о том, что так и так, рядовой Зал#па от физических нагрузок освобожден на трое суток или там ефрейтор Ху#плетов от строевой подготовки освобожден на двое суток. А у этого полупокера я подобного не видел. Таблеток у него никаких нет, в санчасть он не ходит. Симулирует, сучонок, точнее, #издит как дышит, а дышит часто. И мало того, что он свой призыв ни во что не ставит, так еще и на меня в бычку полез! Ну, я уж не удержался, ладошкой его приложил слегонца. – возмущенно рассказал мне товарищ, при этом активно жестикулируя руками.

– Здрасти, дядь Паш! – озарившись улыбкой, вдруг вскрикнул Племяш.

Телефон у него был с очень громким динамиком, и мы услышали голос генерала.

– Сань, что ты мне набубениваешь? Раз не ответил, значит занят, и перезвоню, как освобожусь! – нервно ответил генерал своему племянничку.

– Дядь Паш, тут такое дело, меня дед побил. – едва не заплакав, жалобно промычал солдатик в трубку.

– Какой еще, нахрен, дед? – не сразу сообразив, уточнил генерал.

– Старослужащий, младший сержант Платонов. – пояснил племяш своему дядюшке.

– А, вот ты о чем. За что? Сильно побил? И когда это произошло? – с легкой тревогой уточнил генерал.

– Ни за что, просто так. Сильно, все лицо синее! Только что избил, и руками, и ногами! – жалобным дрожащим голосом ответил он.

– Что ты мне #издишь там?! – после секундной паузы взорвался матом генерал. – Если бы тебя руками и ногами там