Ищите шпиона! Cherchez la spia! - Игорь Григорьевич Атаманенко

Глава вторая

«Дядюшка Джо»

От агентуры, инфильтрованной в исламские диаспоры в Соединенных Штатах, поступила информация, что экстремисты из числа иранских студентов намерены провести штурм посольства СССР в Вашингтоне, приурочив его к пятой годовщине ввода советских войск в Афганистан.

Центр в категоричном тоне потребовал от вашингтонской резидентуры КГБ принять исчерпывающие обеспечительные меры, гарантирующие безопасность сотрудников и здания дипмиссии.

В авральном порядке оперативно-технический персонал резидентуры проинспектировал надежность ограды, оконных решеток и дверей. И, чтобы не допустить проникновения злоумышленников в здание через окна первого этажа, их закрыли щитами из дубового бруса.

Женскому составу технических работников посольства для отпора иранским экстремистам раздали электрошокеры.

Мужчины-дипломаты под руководством подполковника Казаченко, занявшего должность офицера безопасности посольства, постигали искусство обращения с пожарными рукавами, брандспойтами и огнетушителями. Воспоминания о нападении фанатиков-персов на российскую дипломатическую миссию в Тегеране в 1829 году и убийство посланника Российской империи Грибоедова придавали их рвению дополнительный импульс.

Для фиксации действий полиции и атакующих иранцев оперативно-технический отдел хотел использовать имеющиеся видеокамеры «Sanyo», но при проверке выяснилось, что они работают на пределе своих возможностей.

«Нет худа без добра, товарищ полковник, — заявил Казаченко, обращаясь к Черкашину.

Во-первых, сейчас есть возможность заменить камеры без изнурительного согласования цены вопроса с финансистами МИДа.

Во-вторых, в самолете я познакомился и за “рюмкой чая” сблизился с менеджером представительства “Sanyo” в Штатах. Внешне он похож на Иосифа Виссарионовича, поэтому требовал называть его “дядюшкой Джо”, как это в свое время делали Рузвельт и Черчилль. Разрешите обратиться к нему?»

«Действуйте!»

Звонок Казаченко вызвал у «дядюшки Джо» приятные воспоминания о «Столичной» и черной икре, огромные объемы коих он уничтожил в полете, и он с готовностью рявкнул «О’кey, Ivan!»

Однако через час энтузиазма в голосе «дядюшки Джо» поубавилось. Он сообщил, что очередная поставка видеокамер «Sanyo» ожидается только через две недели. Впрочем, выход есть — на складе имеются американские камеры NCB, которые идентичны «Sanyo», так что «русский друг» может немедленно забрать их.

Спустя два часа камеры NCB были подключены к охранной видеосистеме, осуществлявшей внешний контроль посольского особняка. Всё было сделано под недреманным оком фэбээровской «наружки», чьи авто круглосуточно дежурили у посольства и на прилегающих улицах…

…Утром дня «Д» отряд полицейских занял площадку перед зданием дипмиссии. Вскоре там появились и несколько сотен молодых иранцев.

Размахивая руками, они около получаса хором скандировали какие-то лозунги на фарси. Словесная увертюра штурма закончилась, и митингующие стали дефилировать вокруг здания.

Теперь, чтобы привлечь внимание жителей соседних домов, они выкрикивали ругательства по-английски. Еще через полчаса студенты утомились и потихоньку рассеялись.

По окончании «террористической акции» Анатолий Фёдорович Добрынин, Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в США, пригласил полицейских внутрь здания на совместный с нашими дипломатами фуршет — всем не мешало снять напряжение последних дней и часов.

«Н-да, — произнес про себя Казаченко, наливая себе водки, — Вашингтон — не Тегеран, а Добрынин — не Грибоедов. Может, оно и к лучшему — обошлось-то без кровопролития!»

На следующее утро Казаченко, проходя мимо машины «наружки», стоящей напротив посольства, заметил внутри салона портативной телевизор. На экране — невероятно! — была точно такая же картинка, как и на мониторах системы внешнего охранного видеонаблюдения посольства!

В ходе многочасового разбирательства в резидентуре КГБ технические специалисты сошлись во мнении, что новые камеры NCB «лучат в эфир» какой-то сигнал, который фэбээровцы принимают на свои автомобильные телевизоры. И действительно, в одной камере обнаружили «жучок» — миниатюрный радиопередатчик размером с пластинку жевательной резинки.

«Черт возьми! — не сдержался Казаченко. — А ведь “дядюшка Джо” пытался всучить мне по дешевке еще несколько камер NCB, предназначенных для внутреннего видеонаблюдения в представительской части здания, где дипломаты принимают посетителей…

Установи мы их, и секретные файлы ФБР пополнились бы фотографиями наших друзей и… потенциальных помощников!»

Глава третья

Курительная трубка для посла

Спустя две недели, во время приема, устроенного в посольстве по случаю Рождества, некто, представившийся вице-президентом клуба жокеев Северо-Восточных штатов (так значилось на оставленной им визитной карточке), преподнес Добрынину, заядлому курильщику, подарок — роскошную курительную трубку вишневого дерева с янтарным мундштуком и инкрустацией из черненого серебра.

Рентгеноскопия показала, что трубка — камуфляж приемо-передающего устройства с радиусом действия 100 метров.

Анализируя казус с трубкой, Черкашин и Казаченко пришли к выводу, что это попытка ФБР взять реванш за провал, который американцы потерпели в феврале 1945 года.

Тогда советские контрразведчики провели беспрецедентную операцию по внедрению чудо-жучка под кодовым названием «Златоуст» в рабочий кабинет Аверелла Гарримана, американского посла в Москве.

В операции «Исповедь» по прослушиванию секретных совещаний, проводимых в кабинете главы американской дипломатической миссии, «Златоуст» проработал 8 лет, пережив четверых послов: Аверелла Гарримана, Уолтера Смита, Алана Кирка и Джорджа Кеннана. О принятых ими решениях Сталин узнавал раньше президента Соединенных Штатов.

Правда, это уже совсем другая история…

Даёшь звезду героя за «стингер»!

Когда в 1986 году США начали поставлять «Стингеры» — переносные зенитно-ракетные комплексы (ПЗРК) — моджахедам, и наши вертолеты стали падать на землю, как груши в пору созревания, командование Ограниченного контингента советских войск в Афганистане обещало любому, кто доставит действующий «Стингер», звание Героя Советского Союза.

Несмотря на то, что во время Афганской войны нашими десантниками были захвачены (!) 8 ПЗРК, никто Золотой Звезды так и не получил.

Только в марте 2019 года офицеру спецназа ГРУ Владимиру Ковтуну, чьи подчиненные в 1987-м добыли «Стингер», присвоили звание Героя России.

Глава первая

Дури везде хватает

В марте 1986 года полковник Казаченко О.Ю., сотрудник Второго главного управления (ВГУ), был командирован в аппарат Уполномоченного КГБ СССР по координации и связи с МГБ ГДР.

В первое десятилетие после окончания Второй мировой войны и до строительства так называемой «Берлинской стены» в 1961 году город являл собой настоящее охотничье угодье для офицеров-агентуристов из английской СИС, западногерманской БНД, КГБ и ГРУ.

Стараниями этого квартета Берлин превратился в европейскую явочную квартиру, куда со всех концов континента для встреч со своими операторами и связниками слетались «ласточки» и «во́роны»[3].

Во время холодной войны, когда к квартету присоединились ЦРУ и РУМО, военная разведка США, Берлин стал всемирной явкой, излюбленным местом встреч сотрудников спецслужб со своими агентами, которые действовали от Афин до Осло и от Хельсинки до Мадрида. Профессионалы шутили:

«Если Амстердам — рай для сексуальных меньшинств, то Берлин — Эдем для шпионского большинства».

Олег Юрьевич, опытный