Геноцид Европы. Англо-американские бомбардировки 1939-1945 гг. - Александр Борисович Широкорад

обстрел зенитной артиллерии. Вообще говоря, эффективный зенитный огонь мог быть направлен только на отдельные, более слабые цели, проходившие на меньших высотах. Поэтому необходимо снова особо настойчиво требовать введения на оборону батарей крупных калибров (дальнобойных) для повышения оборонной мощи».

В сводном отчёте об отражении налётов в период март — май 1944 г. командование 1-й зенитно-артиллерийской дивизии снова ставит тот же вопрос: «При современной высоте налётов (7000–8000 м) 8,8-см зенитная пушка 36/37 исчерпала границы своей досягаемости. Поэтому в дальнейшем эффективная противовоздушная оборона столицы будет гарантирована только в том случае, если в дело будут введены в большом количестве дальнобойные зенитные орудия (12,8-см и 8,8-см обр. 41)»[43].

Однако это требование командования дивизии удовлетворено не было до конца войны по причине отсутствия материальных возможностей. Таким образом, против дневных высотных налётов американских ВВС противовоздушная оборона Берлина, имевшая сравнительно небольшое количество «дальнобойной» зенитной артиллерии (всего 80–90 стволов) оказалась неэффективной.

Налеты союзной авиации нанесли столице рейха огромный ущерб. Приведу некоторые данные из отчёта 1-й зенитно-артиллерийской дивизии о результатах 33-х массированных налётов, произведённых на Берлин в период с 28 августа 1943 г. по 5 декабря 1944 г.

Количество жертв во время этих налётов, по сообщениям берлинской полиции, составило:

Нет официальных данных о жертвах в результате девяти массированных налётов, проведенных в начале 1943 г. и в первые месяцы 1945 г., а также о результатах 147 налётов «Москито», проведенных в 1943–1945 гг. Королевскими ВВС. Начальник берлинской полиции генерал-лейтенант Герум на допросе показал, что, по сведениям полиции, за всё время войны в Берлине насчитывалось до 30 тысяч человек, убитых во время воздушных налётов, и до двух миллионов человек, оставшихся без крова. Однако он сам заявил, что данные полиции не соответствуют действительности, потому что официально полиция учитывала только найденные трупы. Население же Берлина стремилось скрыть от полиции случаи гибели членов семьи, чтобы продолжать пользоваться их продуктовыми карточками. Фактически количество убитых при налётах, по оценке Герума, составило не менее 300 тысяч человек, причём большинство из них погибли под развалинами домов и остались неотрытыми.

Материальный ущерб от 33-х налётов, согласно отчётам 1-й зенитно-артиллерийской дивизии, составил:

Однако и эти данные неполны, поскольку дают результаты не всех налётов. Тот же генерал-лейтенант полиции Герум показал, что к началу наземных боёв Большой Берлин был разрушен в результате воздушных налётов на 55–60 %.

Что же касается военных объектов Берлина, то о них упоминается лишь в отчётах о пяти массированных налётах (с 23 августа по 29 декабря 1943 г.), а в остальных отчётах данные отсутствуют из-за их большой секретности. За пять налётов было полностью разрушено и тяжело повреждено 120 военных объектов, средне и легко повреждено 80 объектов. Уже эти цифры говорят о том, что воздушные налёты на Берлин причиняли весьма существенный ущерб и его военным объектам.

Почти все массированные налёты приводили к сильным нарушениям движения трамваев и железнодорожного транспорта внутри Большого Берлина, расстройству линий связи, повреждению систем водоснабжения города и осветительных сетей.

Дневные массированные налёты американских ВВС на Берлин обычно сопровождались штурмовыми действиями и бомбардировкой по авиабазам и аэродромам Берлинского района. Эффект этих действий зачастую был весьма высок. Так, например, по немецким данным, при налёте 18 апреля 1944 г. на авиабазе Перлеберг было уничтожено и тяжело повреждено до 40 самолётов.

Глава 12. Бомбардировки Германии в 1943 г.

С лета 1943 г. американские истребители Р-47 «Тандерболт» начали совершать полеты над северо-западной частью Германии. А в декабре 1943 г. к ним присоединились истребители Р-51 «Мустанг». Однако рейхсмаршал Геринг отказывался верить в это. Альберт Шпеер писал: «Примерно в это же время [в августе 1943 г.] я стал свидетелем ожесточенного спора между Герингом и генеральным инспектором истребительной авиации Галландом. Последний в тот день доложил Гитлеру, что несколько истребителей, сопровождавших эскадрильи американских бомбардировщиков, сбиты не где-нибудь, а под Аахеном. Далее он утверждал, что если на этих истребителях в ближайшее время установят дополнительные бензобаки, то под их защитой самолёты американской бомбардировочной авиации ещё глубже проникнут в воздушное пространство Германии. Гитлер рассказал о его опасениях Герингу. Рейхсмаршал как раз собирался сесть в свой специальный поезд и отправиться в Роминтенскую пустошь, когда Галланд пришел проститься с ним. «Как вы посмели заявить фюреру, что американские истребители могут долететь до границ рейха?» — закричал на него Геринг. «Господин рейхсмаршал, — спокойно ответил Галланд, — они вскоре залетят в глубь нашей территории». Геринг пришел в неистовство: «Чушь, Галланд, что за безумные фантазии? Это чистейшей воды обман!» Галланд покачал головой: «Да нет, господин рейхсмаршал, это действительно так». Он стоял в подчеркнуто небрежной позе — фуражка чуть сдвинута набок, во рту сигара: «Под Аахеном сбиты американские истребители. Сей факт не подлежит сомнению!» Но Геринг никак не желал согласиться с ним: «Да такого просто быть не может, Галланд!» «А вы проверьте, господин рейхсмаршал, — с издевкой ответил Галланд. — Вам ведь совсем нетрудно это сделать». Тогда в голосе Геринга зазвучали примирительные нотки: «Ну, Галланд, вы же опытный лётчик и прекрасно знаете, что это просто невозможно. Давайте условимся: вас ввели в заблуждение!» Но Галланд в ответ молча качал головой, пока Геринг наконец не заявил: «В таком случае есть лишь одно объяснение столь невероятному событию. Подбитые истребители не сразу рухнули на землю, а ещё какое-то время летели в западном направлении». Галланд даже бровью не повел: «В восточном, господин рейхсмаршал, и я глубоко убежден…» «Достаточно, господин Галланд, — официальным тоном заговорил Геринг, явно желая прекратить затянувшуюся дискуссию, — как своему подчиненному я приказываю вам признать мою правоту! Вы поняли? Никакие американские истребители не долетали до Аахена! Ясно? Я так и скажу фюреру, что их там не было». И больше не слушая Галланда, зашагал к поезду. У вагона он ещё раз повернулся и с нескрываемой угрозой в голосе сказал: «Извольте выполнять приказ!» Я никогда не забуду выражения лица генерала, когда он, усмехнувшись, небрежно бросил: «Слушаюсь, господин рейхсмаршал!»

По сути своей Геринг вовсе не был склонен витать в облаках, и иногда мне доводилось слышать от него трезвую оценку ситуации. Но в данный момент он вел себя как человек, проявивший свою полную несостоятельность и теперь стремившийся обмануть себя и других. Своим нежеланием считаться с реальным положением дел и прислушаться к разумным аргументам он в 1941 г. уже довел до самоубийства знаменитого лётчика-истребителя и первого генераллюфтвлюгцогмайстера Эрнста Удета. 19 августа 1943 г. в своём кабинете застрелился один из ближайших сотрудников