«Проект К»: Мясорубка - Олег Алтайский

– Машину на сервис загоню, ТО сделаю, масло поменяю, фильтры, колодки.

– Правильно. Завтра я тогда и суточные вам обоим выдам. Ну что, Клён, собирайся тоже. Организуй свою группу и двигайте в Севастополь, на базу боевых пловцов. Там вооружайтесь, экипируйтесь и готовьтесь к работе.

– Вас понял, товарищ полковник! – лихо, по-гусарски отрапортовал Пётр и, поднявшись, добавил: – Разрешите-с удалиться?

– Хватит паясничать, двигай уже с Богом! – смеясь, ответил Варяг, попрощался с товарищем и принялся собирать посуду.

На дворе уже была глубокая ночь, и беспокоить своих женщин Алексей не стал.

Александр присоединился к наведению порядка, помог убрать со стола и удалился на выделенное ему спальное место.

* * *

Симон, подготовил свою служебную машину в дорогу. Поменял в ней масло, все фильтры и обслужил тормозную систему. Встретил Людвига. Заехал с ним в военторг и, приобретя всё необходимое на деньги, которые ему выделил Варяг, был готов к новой долгосрочной военной командировке.

Ждать следующего дня мужчины не стали и двинулись в дальнюю дорогу в ночь, решив в случае необходимости остановиться на сон прямо в пути.

– Ну что, до Ростова нам часов десять пилить, – произнёс Александр, сворачивая со МКАД в сторону области, на трассу М–4. – У нас сейчас восемь вечера, если двигать без остановки, то к шести утра в Ростове будем.

– А чего нам там делать так рано? – подключился к разговору Людвиг. – Можно вообще не спешить.

– Спеши не спеши, а всё равно времени вагон. Даже если в Воронеже остановку сделаем на пару часиков, всё равно рано приедем.

– А нам в Ростов ко скольки быть нужно?

– Я думаю, что часам к десяти как минимум, а то и позже.

– Ну тогда точно времени вагон. – Людвиг откинулся на сиденье и, глядя в окно, о чем-то задумался.

Александр посмотрел на него и спросил:

– Слушай, Людвиг, а как тебя по-человечески зовут? Имя у тебя какое?

– Николай, – отстранённо ответил пассажир, не переставая смотреть в окно.

Александр, не понимая негативной реакции своего товарища, минуту что-то обдумывал и внёс предложение:

– Предлагаю в мирной жизни, пока не на работе, общаться по именам. Ты как на это смотришь, Коля?

– Да мне без разницы, хочешь по именам – давай по именам.

– Меня Саша зовут.

– Ага, буду звать тебя Сашей.

– А что так угрюмо? – не понимая реакции Николая, поинтересовался Александр.

– Да так, настроение паршивое какое-то. Вроде бы и на работу едем, а все равно депрессия какая-то долбит.

Чтобы поддержать общение и понять причину негатива товарища, Александр продолжил интересоваться:

– А у тебя в Твери что за приятель? По службе?

– Нет, сидели вместе. Он мне в свое время помог очень сильно. Потом я ему. Так и сдружились. Он при деньгах, а у меня ни кола, ни двора. Я на него через знакомых вышел, обратился с просьбой, он мне не отказал. Вот я и поехал к нему в Тверь. Там у него загородный дом большой, я типа сторожа у него, ну и так, помочь по хозяйству. Траву подстричь, собак покормить.

– А что значит, через знакомых?

– Он не русский, азербайджанец. У них в авторитете. Его все знают. Я в Москве на рынок зашёл, нашёл старшего и сказал, кто мне нужен. Дал ему свой номер телефона и просто стал ждать. Мне через час мой товарищ позвонил, спросил, где я, и машину за мной прислал.

– Я понял. Я думал, ты в гостях там был.

– Да кто меня в гости пригласит такого? Нет у меня таких близких, кто к себе бы в дом позвал, и не было никогда. Похоже, и не будет.

– Почему так думаешь?

– Ну вот ты же не пригласил меня к себе. Решил, что лучше на трассе ночевать со мной, чем в дом такого пускать.

– Ах, вот оно в чём дело. – Александру стало понятно подавленное настроение Николая. – А то я никак понять не мог твое напряжённое состояние. Ну, благодарю, что хоть высказал.

– Да пожалуйста, обращайся, – угрюмо ответил Николай.

– Послушай, Коля. Причина, почему я тебя к себе не пригласил, совсем в другом и не в тебе – это точно. Дорога дальняя, так что попробую объяснить, если ты желаешь слушать.

– Как считаешь нужным, хочешь прояснить ситуацию – говори. Не хочешь, то я не в претензии, переживу.

– Я в Москве, после госпиталя, всего два дня. И обе ночи, что я в ней был, я жил у Варяга. Все вещи, которые у меня есть, мы сегодня вместе купили.

– Ты что, тоже бомж, что ли, как и я? – удивился Николай.

– Да нет. Не бомж я. Есть у меня в Москве квартира, только я в неё войти не могу.

– Почему? Родственники не пускают, что ли?

– Не в этом дело. Она пустая стоит. Из родственников у меня только мама. Она в деревне у сестры живёт и думает, что я служу на Кавказе. Ни жены, ни детей у меня нет.

– Ну, тогда я вообще ничего не понимаю.

– Когда с Кавказа вернулся, от безысходности загулял не по-детски. По пьяни много чего сделал неправильно. Запутался я тогда окончательно, и чем больше выход искал, тем сильнее в непонятную ситуацию погружался. История такая. До службы была у меня любовь юношеская, Машей звали. Перед армией мы поссорились. Пока я служил, она успела замужем побывать. Потом мы в Москве встретились, она сама ко мне пришла. Провели только одну ночь вместе. Утром я по своим делам отлучился, а когда вернулся, нашел её смертельно раненной ножом в грудь. Это всё из-за моих делишек случилось, – Александр тяжело вздохнул и продолжил: – Вызвал я тогда скорую от соседки, но они не успели. Менты меня в её смерти подозревать стали. Типа, из-за ревности я её пьяный пырнул. Я к ментам сам пришёл. Они меня прижали сначала, крутить начали, а потом на СВО пристроили в штрафной отряд. Так я там и оказался. В своей квартире с того момента так и не был. Когда из госпиталя вернулся, зашёл в полицию за ключами от квартиры и разрешением вскрыть её. Пришёл, открыл, на пороге постоял и не смог войти. Там всё было так, как в тот день, когда её убили. Если бы Варяг не позвонил и к себе не пригласил, то я бы руки на себя наложил. Я уже шёл в магазин за бухлом, чтобы напиться вусмерть и в ванной вскрыться. Рядом с тем местом, где Машу убили. Вот такие вот дела. Поэтому я