Шторм-333. Взятие дворца Амина - Валентин Константинович Мзареулов

В Афганистан были направлены сотни опытных чекистов по всем линиям работы разведки и контрразведки, в провинции направлялись советниками те, кто работал в областных управлениях. Благодаря этому, по оценкам зарубежных специалистов, за короткий период афганские спецслужбы стали сильнейшими в своем регионе.

В Афганистане я встретил многих своих товарищей. Ответственным за Северную зону с центром в Мазари-Шарифе был П.Н. Барышев, мой старый товарищ, друг и наставник, о котором я писал выше, рассказывая о службе в Иркутске. Там мы работали в одном подразделении и размещались в одном кабинете. Теперь своего друга, который когда-то начинал службу с ликвидации литовских банд, я встретил в Афганистане. Когда его командировка кончалась, афганцы устроили ему проводы, и я специально прилетел на это мероприятие из Кабула в Мазари-Шариф. От имени представительства КГБ я высказал ему слова благодарности за проделанную работу, но особенно горячо благодарили его афганцы.

Встреч было много, и оставляли они разное впечатление. От 9 Управления КГБ (охрана первых лиц) старшим советником являлся В.С. Редкобородый, который обеспечивал безопасность К. Бабрака и его ближайшего окружения. Во дворце он построил русскую баню и приобщил к ней Бабрака. По пятницам (джума — праздничный выходной день у мусульман) у нас с Редкобородым был банный день. Два раза к нам в комнату отдыха заходили два охранника из 9 Управления. Я обратил внимание на то, что один из них производит странное впечатление и как-то лепечет: когда он говорил, понять его было трудно. Редкобородый пояснил: «Это Александр Коржаков, в Управлении его не любят. Я взял его, чтобы материально поддержать». Больше Редкобородый этого сослуживца в баню не приглашал. Как Коржаков отблагодарил Редкобородого, можно узнать из воспоминаний Б.Н. Ельцина, который пишет, что в ноябре 1991 года спросил А. Коржакова, где начальник 9 Управления Редкобородый. Тот ответил, что ушел в отпуск и якобы все время интересовался, почему ему так долго не присваивают генерала. После этого Редкобородый был снят с должности, а на его место назначен Коржаков.

Помимо военных, в Афганистане трудились наши советники: партийные, комсомольские, врачи, инженеры и т. д. Из партийных советников я встретил старого знакомого С.Б. Векова, который был направлен туда с должности 2-го секретаря обкома КПСС Чечено-Ингушской республики. С Вековым я был знаком с 1973 года, когда он работал 1-м секретарем Назрановского горкома партии. Любые бытовые преступления, совершенные осетином в отношении ингуша или наоборот, тогда подавались как межнациональные, и, соответственно, принимались меры, чтобы не допустить их перерастания в массовые беспорядки. С.Б. Беков в таких ситуациях действовал исключительно оперативно, для нейтрализации возможных негативных последствий он подключал авторитетных людей республики и сам лично проводил беседы. Так же толково действовал он и в Афганистане. Здесь, кроме организаторских способностей, у Бекова проявился еще один талант — певческий. Из командировки я привез домой в Союз пленку с песнями в его исполнении.

Говоря о нашем присутствии в Афганистане тех лет, к сожалению, нельзя не сказать и о том, что в процессе становления народной власти был допущен ряд ошибок, которые негативно влияли на обстановку в стране. Например, при проведении земельной реформы землю крестьянам выдавали бесплатно, но у мусульман соблюдается обычай, согласно которому собственность должна быть куплена. Позднее спохватились, ввели символическую плату за землю, но реформа была уже скомпрометирована…

Другой наш промах носил лингвистический характер. Афганистан — многонациональная страна, самая многочисленная народность — пуштуны, господствующими языками были пушту и дари. В период нахождения советских войск в Афганистане наш советнический аппарат пользовался только дари, так как переводчиками были в основном таджики. Роль пушту оказалась как бы приниженной, это вызывало недовольство пуштунов и подталкивало их занять враждебную позицию по отношению к народной власти.

Следует признать и то, что созданный в нашем 7 Управлении отдел по работе с племенами достаточно слабо занимался решением национальных проблем и каких-то значимых успехов не имел.

Если же оценивать в целом деятельность советнического аппарата в Народной Республике Афганистан, то очевидно, что он поработал добросовестно. Были созданы сильные органы безопасности, внутренних дел и другие государственные структуры. Когда горбачевское руководство СССР прекратило поставку республике оружия, запасных частей, а также оказание другой помощи, более того, оказывало давление на руководство Афганистана, чтобы оно прекратило сопротивление, тогда, благодаря обученным нами кадрам, созданным государственным структурам, в том числе органам безопасности ХАД, Афганистан во главе с президентом Наджибуллой еще три года защищал свои завоевания, три года в одиночку боролся с мировым агрессором.

Эпилог

Краткий курс новейшей истории Афганистана

Безусловно дали маху

Мы десяток лет назад,

Называя Захир-шаха

И «высочество», и «брат».

Мы ему завод-плотину,

Мы даем ему угля,

Да, любили мы скотину

Захир-шаха короля.

До зубов вооружили,

Утопи его Харон,

А вообще — неплохо жили

С этим самым Захиром.

И, целуясь с господами,

Тот, кто нынче выше всех,

Заложил кирпич-фундамент

Под Кабульский политех.

Но история как средство

Повесомей кирпича,

Где Захир, где королевство?

Только камень Ильича.

Началась другая эра.

Там, конечно, а не тут,

Мы приветствуем премьера

По фамилии Дауд.

Сразу помощь предложили

И деньгами, и трудом,

Как с товарищем зажили

С этим самым Даудом.

Только снова дали маху,

Сей революционер

Оказался братом шаха

И агентом ФБР.

Был он подлым и двуличным,

А его же, как на грех,

Целовал у трапа лично

Тот, кто нынче выше всех.

Но пришел конец Иуде,

Там, конечно, а не здесь,

Вышли танки при Дауде,

Нет Дауда — танки есть.

И хотя мы рановато

Взяли принца на штыки,

Но целуем, словно брата,

Нура Мура Тараки.

Правда, дружит с Пакистаном

Книги пишет, грамотей,

Из казны, как из кармана,

Много хапнул на детей.

И партийные разлады

Непутево примирял,

Расстрелял, кого не надо,

Кого надо — не стрелял.

Мы идейно с ним дружили,

Но готовили полки,

А вообще — неплохо жили

С Нуром Муром Тараки.