Военная разведка в операциях по освобождению Белоруссии (октябрь 1943 – август 1944) - Константин Максимович Голод

леса западнее Радучи две артиллерийские батареи противника четырехорудийного состава на огневых позициях на удалении 50–60 метров орудие от орудия. Штурмовики, идя на высоте 100 метров и имея бомбовую нагрузку ФАБ-100 со взрывателями замедленного действия и ПТАБ, нанесли бомбардировочный удар с горизонтального полета.

В результате удара штурмовиков был подавлен огонь двух батарей артиллерии врага, убито и ранено до 15 человек из состава орудиных расчетов. При возвращении на аэродром группа обнаружила на дороге Сусловка, Макрятка, Разинка и далее Черновцы, Городец до 100 автомашин отдельными группами по 10–15 единиц. Автомашины противника подверглись штурмовке самолетами группы гвардии майора Папка (фотографии результатов штурмовки приведены ниже)[700].

Одновременно со штурмовиками на поле боя все время находились истребители-разведчики 163-го гвардейского истребительного Феодосийского Краснознаменного полка на самолетах Ла-5, которые непрерывно вели разведку поля боя, определяли передний край, положение наших подвижных войск, артиллерийскую группировку противника, подход его резервов, ориентируя командующего 49-й и командующего 4-й воздушной армиями о каждом новом изменении сложившейся обстановки.

Во второй половине дня летчиками этого полка старшими лейтенантами Харламовым и Батыревым было определено начало отхода войск противника с рубежа Старый Прибуж, Бородьково, Большое Щикотово, Юровка, Радучи на промежуточный рубеж по рекам Бася и Реста в полосе Литвиновичи, Войковичи.

По данным авиационной разведки, противник с 15.00 23 июня начал отход с занимаемого рубежа в западном направлении. Главной осью движения отходящих войск противника являлась дорога Хоньковичи, Сухари, Могилев. Своевременное обнаружение отхода противника дало возможность командованию 49-й армии принять необходимые меры для быстрого развития успеха[701].

Для содействия подвижной группе 49-й армии 2-го Белорусского фронта (которая вела боевые действия на направлении главного удара) по преследованию и уничтожению отступающих войск противника командующий 4-й воздушной армией приказал:

«а) интенсивной работой дальних разведчиков установить движение и скопление противника по маршруту подвижной группы и на флангах. Вскрыть систему обороны противника на промежуточных рубежах р. Бася и р. Реста. Установить обстановку в районе переправ через р. Днепр. Все данные с утра 24.6.1944 г. передавать через радиостанцию штаба на станцию РСБ (Смоловика) позывной «Ветер-11», которая будет следовать за штабом подвижной группы;

б) силами ближних разведчиков-истребителей и разведчиков-наблюдателей поля боя (Казаченко) вести непрерывную разведку по маршруту и на флангах группы с целью выявления временно занимаемых рубежей противником, его скоплений и резервов. Данные ближних разведчиков и разведчиков-истребителей передавать по радио на установленной для них волне»[702].

Для нанесения бомбардировочно-штурмовых ударов по результатм авиаразведки противника выделялось два штурмовых полка. Был определен порядок штурмовки, связи и сигналы взаимодействия с наземными войсками. Результаты обследования эффективности боевых действий штурмовиков в период с 23 по 26 июня 1944 г. оказались высокими (результаты ударов по противнику на ст. Реста и ст. Шклов приведены ниже).

Для повышения эффективности авиаразведки окруженных войск противника в лесисто-болотистой местности в интересах войск 2-го Белорусского фронта (корпуса, армии) было принято решение выделять в полном составе полк У-2, который должен был базироваться на ближайшем аэродроме к штабу корпуса (армии) или вести боевую работу с аэродрома подскока. Как правило, здесь же располагались площадки для самолетов связи на удалении от 5 до 7 км от штаба.

Наведение наземных войск на обнаруженные группы противника удобнее было производить путем посадки самолета вблизи прохождения колонн наземных войск. На такой площадке для постановки задач и приема от экипажей боевых разведывательных донесений постоянно находился представитель авиадивизии, который помимо связи с наземным штабом имел связь с передовым КП командующего воздушной армией (или со штабом своей авиадивизии). Однако в условиях лесисто-болотистой местности с крайне ограниченным количеством площадок, пригодных даже для посадки самолета У-2, основным способом наведения являлся вымпел и ракета. В отдельных случаях использовалось наведение голосом с планирующего на низкой высоте самолета.

Помимо выделенных полков У-2 для разведки лесных массивов в интересах наземных войск, выполнявших задачи по ликвидации разрозненных групп противника, просмотр местности должен был вести каждый экипаж любого самолета, пролетая над районом возможного местонахождения групп противника.

Всего частями 4-й воздушной армии на уничтожение окруженной группировки противника в районе восточнее и юго-восточнее г. Минска было произведено 638 самолето-вылетов с налетом 960 часов. В том числе: штурмовиками – 33; истребителями – 445; бомбардировщиками У-2—160. В результате боевых действий авиации 4-й воздушной армии было уничтожено и повреждено: автомашин – 120; повозок – 60; танков – 4; орудий полевой артиллерии – 3; лошадей – 80; убито и ранено – свыше 1000 солдат и офицеров противника[703].

В ходе преследования отступающего противника Ставка ВГК отметила ряд недостатков в управлении войсками. В директиве Ставки ВГК от 6 июля 1944 г. № 220136 командующим войсками 1-го Прибалтийского, 3, 2 и 1-го Белорусских фронтов «Об улучшении управления войсками при преследовании противника» отмечалось: «Успешное продвижение вперед в ряде случаев приводит к беспечности со стороны командиров соединений и штабов, выражающейся в отсутствии разведки и охранения, что позволяет противнику производить внезапные нападения на колонны наших войск»[704]. Ставка потребовала от командующих фронтами принять решительные меры к устранению указанных недочетов.

В условиях преследования положительную роль сыграли группы глубокой разведки в 49-й и 50-й армиях. Они засылались на 30–40 км в тыл противника и, работая скрытно, устанавливали время и направление отхода его главных сил, захватывали пленных, следили за подходом резервов к фронту и за группировкой отходивших вражеских войск, а также вели разведку тыловых оборонительных рубежей и контролировали основные пути отхода войск противника. В состав таких групп обычно назначали по 10–12 разведчиков, вооруженных автоматами, гранатами и ножами. Для связи им придавался радист с рацией. В каждой стрелковой дивизии создавалось по одной-две группы[705].

В период наступательных боев и в ходе боев по ликвидации войск противника разведку планировали по периодам сроком на 3–5 дней, доводя планы до исполнителя шифртелеграммами и приказаниями на разведку, а также личными выездами штабных офицеров-разведчиков в подчиненные штабы частей и соединений. Планы разведки утверждались командирами частей и соединений, а приказания на разведку подписывались начальниками соответствующих штабов и начальниками разведотделов или отделений.

В ходе боев по уничтожению окруженных группировок противника планы разведки в зависимости от обстановки дополнялись устными распоряжениями офицеров-разведчиков через соответствующих начальников штабов. Впоследствии устные распоряжения оформлялись письменными приказаниями[706].

Перед переходом главных сил правого крыла 1-го Белорусского фронта в наступление была широко развернута разведка боем во всей полосе фронта (761 км). Войска правого крыла фронта провели в ночь на 23 июня разведку боем, в которой участвовало 12 разведывательных отрядов в составе усиленного стрелкового батальона каждый, исключая разведывательный отряд 48-й армии, в составе которого были две штрафные роты[707].

Разведывательным отрядам были поставлены задачи: ворваться