Правила волшебной кухни 9 - Олег Сапфир

class="p1">Утро началось с вибраций. Телефон на прикроватной тумбочке начал противно дребезжать в обход настроек, которые запрещали ему дребезжать, а это могло значить только одно: сообщение прилетело не от кого-нибудь, а от самой Венеции. Ну… то есть от городских служб.

Край солнца только-только вылез из-за крыш, стояла ранняя рань и мне безумно хотелось доспать. Однако игнорировать нельзя. Массовые рассылки от города всегда были очень и очень важными — в них жителей предупреждали об экстремальной жаре, ураганах и прочей непогоде. А у меня ведь летник. Сдует ещё к чёртовой матери.

Короче! Я потянулся к тумбочке, нашарил телефон и принялся читать:

«Уважаемые жители Венеции! С радостью сообщаем, что наш уважаемый синьор Дож успешно вернулся из экспедиции и добыл кракена! Последний раз подобный улов был зафиксирован пятьдесят лет назад! Поздравляем синьора Дожа и желаем ему дальнейших успехов во благо и процветание нашего города!»

— Так…

Я сел на кровати, потёр глаза и ещё раз перечитал сообщение. Дож. Добыл. Кракена.

Тут я невольно нахмурился, вспоминая день вчерашний: рассказы Матео о том, как он героически вырвал морскому чудовищу клюв голыми руками, скоростную разделку, и горы мяса по холодильникам. И как так-то?

Матео точно не врал о том, что именно он добыл кракена. И доказательств тому было не просто много, а… несколько тонн. И кого в таком случае загарпунил наш доблестный синьор Дож? Или кракенов было несколько? Папа-Кракен, мама-Кракенка и Джош.

— Дин-но-завр, — сказал я и немного порычал. Затем широко-широко зевнул, потянулся и встал с постели.

Насчёт Дикой Рыбалки решил следующее — Венеция полным-полна мутных персонажей, и синьор Дож не исключение. Так что произойти могло всё что угодно. Меня оно особо не касается, так что не стоит забивать себе голову лишним.

И собирался я уже смыть остатки всех этих мыслей под бодрящим контрастным душем, как телефон завибрировал снова:

«Внимание! В городе объявлен режим чрезвычайной ситуации в связи с неизвестным магическим воздействием на жителей. Воздействие фиксируется во всех районах города одновременно, и его природа пока что не установлена. Гражданам рекомендуется соблюдать осторожность, сообщать обо всех подозрительных предметах в соответствующие органы и не пользоваться услугами сомнительных поставщиков товаров».

«Неизвестное магическое воздействие», значит? «Природа не установлена»? Мне после такого оставалось лишь усмехнуться и покачать головой, потому как мне-то всё прекрасно известно. И имя этому «воздействию» — Сазоновы.

Я был абсолютно уверен, что это именно их работа. И был бы уверен в этом даже если бы не нарвался на тот заряженный негативом компрессор. Совпадение — вообще не совпадение. Именно Сазоновы отличились тем, что в промышленных масштабах создавали артефакты, которые сводили людей с ума, заставляли их кидаться на ближнего своего и крушить всё вокруг. Их почерк. Твори бардак, мы здесь проездом…

Что ж. После душа я быстренько оделся и спустился вниз. А пока заваривал себе кофе, обдумывал ситуацию.

У города большая проблема. Да! Моя сеть доставки по-прежнему работает благодаря работникам понтонов. Вчера мы с Рафом убедили ребят, что каждая посылка, каждая коробочка и каждый пакет, что попадёт к ним в руки, будет тщательным образом проверена и безопасна. Убедили, что проблема не в самом факте доставки. То есть… то есть это не посылки аномальным образом превращаются в магическую бомбу где-то по пути из точки «А» в точку «Б», а являются такими изначально. И за всем этим стоят некие негодяйские негодяи, которые до нас дотянутся не смогут.

В итоге циркуляция заготовок и полуфабрикатов внутри сети шла по графику. Но то внутри сети. У города не было таких же преданных сотрудников. Курьеры отказывались работать, доставка встала, почта встала, пульс у малого бизнеса еле прощупывался, и Венеция потихоньку начинала задыхаться без привычных удобств.

И вот передо мной теперь стоит дилемма. Технически, я могу прямо сейчас пойти к Дожу, рассказать всё что знаю, сдать родителей, и тогда на поиски Сазоновых ринется весь город. Через час или через неделю, а их найдут. Стоит признать — мои родители сильны, но не настолько, чтобы противостоять всей Венеции.

А что дальше? Как их накажут? Так-то это терроризм, бессмысленный, беспощадный и до кучи невероятно циничный. В глазах Дожа эти двое будут видеться безумными животными, которых нужно просто усыпить. Но ведь эти двое… мои родители. Сложно! Сложно, чёрт его дери! И вот вопрос: а что бы на моём месте сделал дед? Что бы он сказал?

— Убью! — раздался голос у меня за спиной.

— Нет, — сказал я, чуть было не подавившись кофе. — Так бы дед точно не сказал.

— Чо?

— Через плечо, — я повернулся к Ане. — Я тебя умоляю, прекрати уже ко мне подкрадываться! Что за привычка дурная⁈

— Ну… извини, — ответила сестра, как мне показалось, без тени раскаяния. — Но всё равно, Артур, давай я их просто убью, а? Быстро, просто, эффективно.

— Нет!

— Ой, да не ори ты, — Анна Эдуардовна сделала вид, что прочищает ухо мизинцем. — Я всё поняла.

— Лучше подумай вместе со мной, — сказал я, заваривая вторую чашку для Ани. — Что бы сделал на нашем месте Богдан Константинович?

— Ну-у-у-у, — сестра всерьёз задумалась. — Наверное, он бы с ними поговорил. И всё само собой решилось бы.

Я грустно улыбнулся и понял, что она права. Дед действительно был таким. Никогда не повышал голоса, никогда не угрожал, никогда не истерил. Просто говорил — спокойно, ровно, и так уверенно, что спорить с ним было невозможно. В его словах чувствовалась сила, которую не требовалось ничем подкреплять.

— Да-а-а-а, — протянул я. — При деде такого не было…

И ведь действительно не было. Такая ситуация как сейчас просто не могла бы возникнуть, если бы Богдан Константинович по-прежнему был у руля рода. Да, Сазоновы всегда экспериментировали со своей силой, но ведь был какой-то баланс. Помимо негативно-заряженных игрушек, род производил и полезные, нужные, — «добрые», если так можно выразиться, — артефакты. Это во-первых. А во-вторых, никто бы не осмелился вытворять при деде такую дичь.

— У меня так, увы, не получится…

— А ты попробуй, — сказала Аня.

— В каком смысле?

— В прямом, — ответила сестра. — Ты похож на деда гораздо больше, чем думаешь. Ты тоже умеешь убеждать. Тоже решаешь проблемы умом, а не кулаками. И люди точно так же тянутся к тебе по какой-то непонятной мне причине. Просто