Да! Нет! Хотя… Погоди: Главное, что нужно знать, чтобы написать роман - Тим Лотт

В «Титанике» (Titanic, 1997) – когда корабль сталкивается с айсбергом.

В фильме «Чужой» (Alien, 1979) – когда монстр вырывается из груди Кейна.

Мидпоинт в фильме «Королева» (The Queen, 2006) – это момент обретения Елизаветой эмпатии после того, как оленя, которого она видела в лесу, выследили и убили.

Мидпоинт в «Паразитах» (Parasite, 2019) – это когда семья находит в подвале тайного жильца и в этот момент возвращаются хозяева.

Мидпоинт в фильмах студии Pixar всегда наступает в тот момент, когда главные герои начинают сотрудничать.

Хотя в романах центральный поворотный момент зачастую определить сложнее, он там тоже есть.

Для Пипа в «Больших надеждах» мидпоинт наступает, когда он стыдливо отворачивается от своего любимого названого отца Джо Гарджери во время его визита в Лондон и, двумя главами позже, когда он впервые встречает повзрослевшую Эстеллу.

Важно отметить, что в романе центральный поворотный момент может занимать несколько глав и включать не одно событие; к тому же он не всегда находится ровно посередине, поскольку у романистов есть много возможностей заполнить пространство авторским голосом и описаниями.

Когда Пип вновь видит Эстеллу, она по-прежнему относится к нему с пренебрежением – он так и не повзрослел. Он все еще, по его собственному выражению, «несчастный мальчишка» – но теперь он это осознает (момент прозрения). Соответственно, Эстелла не принимает его до самого конца книги, когда его трансформация из мальчика в мужчину, из эгоцентричной личности в цельную натуру, будет завершена.

В «Гордости и предубеждении» мидпоинт – это глава, в которой Дарси впервые делает предложение Элизабет, а она отвергает его, указывая на его спесь и высокомерие, его вмешательство в роман ее сестры с Бингли и его жестокость по отношению к Уикхему. В результате этого отказа он решает написать письмо, где раскрывает правду об Уикхеме, но признает, что вмешивался в дела Бингли. Это, в свою очередь, заставляет Элизабет осознать, что ее отношение к Дарси было предвзятым. Она была ослеплена и не смогла разглядеть истинную натуру Уикхема.

Существует бесчисленное множество других примеров. В центральном поворотном пункте романа Дэвида Николлса «Мы» (Us, 2014) протагонист, Дуглас, отправляется на поиски сына, надеясь таким образом вернуть и жену.

В «Великом Гэтсби» (The Great Gatsby, 1925) мы наблюдаем кризис Гэтсби, предчувствуя, что ему не удастся воплотить в жизнь свою мечту о Дейзи. Он впервые приводит ее в свой огромный, похожий на дворец дом и пытается продемонстрировать свое богатство и успех. Читатель понимает, когда Дейзи растерянно изображает восторг от его дорогих рубашек и загадочно разражается слезами, что этот роман вряд ли закончится хорошо.

Писатели-модернисты, избегающие подобных структурных ухищрений, все равно по привычке вписывают их в свои истории. В чисто модернистском романе Эймир Макбрайд «Девушка – это полуфабрикат» (A Girl Is a Half-Formed Thing, 2013), который в остальном практически лишен структуры – надо полагать, намеренно, – есть почти точный мидпоинт-кризис, когда девушка, ранее изнасилованная дядей, снова встречает его и между ними в его машине происходит сексуальная связь.

Приложение 3

Как строятся истории: на примере десяти романов

В этом разделе я попытался проанализировать несколько известных романов, чтобы понять, как создается их основная структура и прорабатываются персонажи.

Для описания структур я использовал сочетание классической и мифологической теории.

Эти две системы пересекаются и смешиваются, но у них есть и отдельные, самостоятельные элементы.

Термины из классической теории (трех– и пятиактной структуры) я выделил жирным шрифтом, а термины из мифологической теории – курсивом. Некоторые термины присутствуют в обеих системах в явном или неявном виде, и их я оставил без изменений.

Создать универсальную схему для истории невозможно, но, объединяя мифологическую и классическую структуру, мы можем учесть максимум аспектов и – надеюсь – не слишком все усложнить.

Фрактальная теория оставлена за скобками не потому, что это неглубокий метод анализа, а потому, что она гораздо лучше подходит для сценариев и драматургии, чем для художественной прозы. А еще потому, что с третьим шаблоном этот раздел стал бы непомерно громоздким.

Большие надежды (Great expectations)

Чарльз Диккенс (1861)

«Большие надежды» – во многих отношениях образцовое классическое повествование, хотя это и объемное произведение (183 000 слов) с большим количеством действующих лиц и несколькими масштабными побочными линиями.

История начинается с того, что Пип – застенчивый, пассивный мальчик – переживает жуткую встречу с беглым каторжником на болотах, неподалеку от кузницы мужа его сестры. Можно ошибочно принять этот драматичный момент за побуждающее происшествие (завязку), но это не так. Он лишь готовит почву для событий, которые развернутся в заключительной части романа. Этот эпизод не запускает действие. Я называю такие события «сюжетной бомбой» – это происшествие, которое должно «взорваться» гораздо позже.

В своей основе это простая история об исканиях. У Пипа появляется заветное желание – завоевать девушку, Эстеллу, в которую он влюбляется еще мальчиком в доме эксцентричной мисс Хэвишем. Он понимает: чтобы достичь этой цели, он должен стать джентльменом, ведь при их встрече у мисс Хэвишем Эстелла презирает его за простое происхождение и недостаток утонченности: «Ах, этот мальчик!.. Валетов называет вдруг Джеками!»[3]

Это и есть завязка, в ходе которой рождается желание, или потребность, – то, что будет служить двигателем для поступков протагониста на протяжении большей части романа.

Зов к приключениям раздается, когда ему сообщают, что у него появился тайный благодетель (Пип думает, что это мисс Хэвишем), который даровал ему крупную сумму денег, чтобы он мог стать джентльменом. Так он принимает предложение отправиться в Лондон на поиски удачи и ради завоевания Эстеллы, оставляя позади простую деревенскую жизнь, для которой был рожден, и людей, которые любят его больше всех: мужа своей сестры, Джо Гарджери, и школьную учительницу Бидди. Это решающий выбор, ключевой поворотный момент.

С отъездом в Лондон порог перейден – порог между обыденным и особым миром. Пип вступает в пустоту, в горнило, где ему предстоит переродиться.

Второй акт начинается, когда Пип прибывает в Лондон и пытается обрести качества джентльмена. С точки зрения развития персонажа его уверенность в себе растет, но вместе с ней углубляются и внутренние противоречия. Кто он? Простой деревенский паренек или изысканный джентльмен?

На этом этапе у него появляются союзники (Герберт Покет, Джон Уэммик, мистер Уопсл) и своего рода темный наставник в лице угрюмого адвоката, мистера Джеггерса. В третьем акте пятиактной парадигмы дела у него идут хорошо. Его обучение проходит успешно, он обзаводится элегантным гардеробом и хорошими друзьями. Мы находимся на стадии грез. Он все ближе к своей главной цели, или сверхзадаче, – Эстелле.