Без надрыва. Стратегии лидеров по созданию бизнеса и сохранению себя - Анна Максименко

@Anatoli_Shedlovski

Канал Мах Анатолия Шедловского

Как закалялся Анатолий, и система, к которой он пришел

Мое взросление и становление прошло в советские времена. Я увлекался музыкой, она была моей страстью. С первым музыкальным составом в 53-й средней школе Таллина мы играли рок и, конечно, носили длинные волосы. Но по этой стезе я не пошел. Музыка осталась для меня лишь хобби, а стал я инженером по ремонту компьютеров на заводе «Импульс».

Работал с такими сложными устройствами, как «Бланк-6» для переписи населения, которая проходила в 1989 году. Я запускал эту считывающую машину в Госкомстате в Таллине. На Эстонию был выделен всего один такой аппарат.

Сначала меня отправили в Минск на обучение по обслуживанию и ремонту этой машины. Там я познакомился с первым советским персональным компьютером ЕС-1840 — он был также произведен минским заводом и совместим с IBM PC — с аналогом процессора Intel 8086 с двумя 5,25-дюймовыми флоппи-дисками (накопителями) на операционной системе MS-DOS и с монохромным (зеленым) дисплеем MDA.

Это был верх совершенства. Из немногочисленных игр, доступных нам на тот момент, выделялась одна, самая интерактивная — Digger. Но инженер в то время получал 100 рублей. И, думаю, на мой рост и интерес к бизнесу повлияла финансовая необходимость. По вечерам я паял платы для «финского звука» на продажу, чтобы финские телевизионные каналы можно было смотреть со звуком. У нас были разные системы Pal и Secam. Потом уже началась работа посложнее: собирал блоки и устанавливал в телевизоры клиентам — опять же для цвета Pal/Secam, чтобы смотреть финские каналы в цвете.

Я люблю рассказывать историю про мою мечту — автомобиль. Завод «Импульс» находился рядом с автомобильным рынком «Кадака». И там на продаже стоял автомобиль «Запорожец» стоимостью 3500 рублей. О большем я и мечтать не мог. Модель была уже более современная — с принудительной системой охлаждения, без «ушей».

Потом я работал на рынке там же, в Таллине, продавал все подряд, что только мог предложить. Торговля была только в выходные, и я целую неделю скупал по городу кассеты: и «Свема», которые «писчали», и BASF — фирменные. Записывал на них современные хиты и все выходные продавал.

Как-то раз за выходные я заработал 18 тысяч рублей, и это не был оборот, а именно прибыль. Тот «Запорожец» еще стоял на продаже, но я его не купил, а сохранил деньги для бизнеса.

Постепенно развиваясь, расширяясь, мы с партнером начали привозить телевизоры с рынка «Юнона» в Питере. Я устанавливал на них дистанционное управление и продавал у нас на рынке. Потом закрыли границу, и грузы из России уже просто так стало не привезти. Мы снова протаптывали путь: разобрались, как оформлять таможню, СВХ — склад временного хранения в Ивангороде, где оформляли декларации. Когда все наладили, купили первый грузовик. И к нам начали обращаться за услугой логистики грузов. Все шло вверх и двигалось очень хорошо до тех пор, пока нас с партнером не подставили. Мы тогда попали на 68 тысяч долларов.

Рассчитавшись, мы кое-как наскребли остатки денег и открыли маленький продовольственный магазин. Раскрутились. Параллельно запустили «сладкий» бизнес — карамельные конфеты из Латвии Uzvara и из Литвы — шоколадные. По ним уже в Прибалтике соскучились, была ностальгия. Литовцы начали производить конфеты «Белочка», «Мишка на севере». Мы открыли пару розничных точек с конфетами, а затем и одну оптовую на рынке Balti Jaam.

Начали фурами привозить эти сладости и уже договаривались о представительстве их производств в Эстонии, но скоро более крупная компания перебила наш бизнес. Они завезли в город сразу несколько фур, завалили рынок и устроили демпинг. Мы не потянули эту конкуренцию и сдались. А потом и наш продуктовый начали зажимать сети и более крупные магазины.

Пытаясь выжить, выровнять положение, мы набирали ассортимент, опускали цены и дождались долгов. Пришлось закрываться. Имущество и долги поделили. Остались у меня в гараже старенький микроавтобус Nissan Vanette, куча сладостей, чипсы, напитки и куча долгов поставщикам продуктов.

И я сделал сильнейший вывод: бизнес — это такой же инвестиционный инструмент, как и любой другой. Необходимо задавать себе вопрос, под какой процент ты вложил деньги в свой бизнес и когда будешь выводить?

Бизнес не панацея

Да, иметь бизнес классно, особенно если он не один. Но завтра придет новая технология — и нет бизнеса. Или появится более мощный конкурент. И все — нет ни денег, ни бизнеса.

В какой-то момент мне подвернулась новая тема — автозапчасти на грузовые машины. На том же микроавтобусе еду в Москву, и там случается серьезная поломка. До меня на этой машине работали много шоферов, но никто не следил за ней. Денег нет не то что на ремонт, я даже уехать из Москвы не могу. Как-то выкрутился, есть добрые люди на свете. Вернулся, но меня преследовало инкассо — тогда они были бандитообразного вида. Договаривался о рассрочках.

Начал развивать новую тему с запчастями, опять повезло. Я нашел хорошего партнера в Питере, и до 2020 года мы 23 года работали вместе. По два раза в неделю я совершал рейсы в Питер и по всей Эстонии развозил запчасти по магазинам. Затем опять ехал в Питер. По пути мне попадалось много хороших людей, видимо, везло. И так я работал, развивался.

Первое мое образование — Таллинский политехнический институт, ныне Таллинский технический университет, факультет ЭВМ — электронно-вычислительных машин. Второе — маркетинг в Tallinna Majanduskool, Таллинской экономической школе. Уже позже были книги Роберта Кийосаки и Бодо Шефера. И пришло осознание, что пора поднимать свой финансовый IQ. Сейчас я в бизнесе 35 лет, но достиг финансовой независимости только спустя 20 лет от начала. К 2018 году у меня с партнером в России был самый большой склад по наличию и ассортименту автомобильных ламп и стяжных хомутов.

Личностный же рост начался примерно в сорок лет. Я изучал разные темы, прокачивал личностные качества. Одно из моих серьезных обучений было в Школе психологии у Натальи Холоденко, потом — «Основы консультирования в русле Positum-подхода». Дальше я серьезно увлекался другими направлениями: обучался семейным и организационным расстановкам, гипнотерапии, НЛП, регрессии в Институте реинкарнационики. На последнем обучении получил Professional Coach ICU.

Я думал, что меня сильно увлекла психология. Но со временем понял, что это все было нужно, чтобы изменить себя, проработать отношения с собой и настроить взаимодействие с миром.

Я много встречался с интересными людьми. На семинарах — одно, а вживую это совсем другой опыт. Общался с Брайном Трейси, прокачивал с Радиславом Гандапасом лидерство, обучался ораторскому мастерству