Как мы нагибали галактику - Бандильерос

самое ценное — и вместо обещанной силы и знаний — лишь сделает из жертвы марионетку, чтобы та приводила к мошеннику новых и новых жертв, и так до бесконечности. Напоминает финансовые пирамиды, не правда ли? Потому что суть у них одна. Это гораздо ближе, чем вы думаете — будьте осторожны с разного рода «тайными обществами» по интересам, не одобренным эклезиархией — собирающимися ради знаний, ради удовольствий да даже ради защиты своих на первый взгляд вполне законных интересов. Эта угроза куда реальней, чем вы думаете — она может быть в вашем соседе, у вас на работе, ваш начальник или подчинённый уже может быть втянут в это — она далека от теологических возвышенных споров на пафосном высоком готике — эта угроза так же реальна и близка, как удар по морде в пьяной драке. Поэтому будьте бдительны и не отворачивайтесь от тех, кто заблудился — помогите им найти путь к свету Императора!

На этой пафосной ноте я убрал свечение и полетел вниз.

Сенсоры брони насчитали пятнадцать миллионов триста тридцать две тысячи восемьсот одного человека, включая полумиллион детей. Я спустился вниз, сложив крылья, и влетел в собор императора, который уступал разве что зданию Престола на Терре. Но Престол — это здание размером с отдельный улей.

Речь я конечно толкнул на импровизации — но в свете приближающихся событий, которые почувствовал Император — надвигающейся тьмы — укрепить веру так же важно, как укрепить разум и главное — спровоцировать людей понять опасность культов. Культисты — авангард демонов — и уверен, на Макрагге есть культы, которые займутся вызовом демонов, как только придёт время. Найти их не так то просто и я решил помочь инквизиции — агитировать людей закладывать их и агитировать держаться подальше.

Если услышат мои слова — сообщения о подозрительных культах должны посыпаться на администратум, если нет… что ж, теологические споры о каждом произнесённом слове будут ещё веками вестись в храмах эклезиархии…

Внизу меня уже ждала аристократия, которая попала под мощный пресс Его света. То есть золотую силу порядка и императора — собор весь заполнила сила, подобно тому, как в санктум империалис заполнялась силой императора — только святилище было такое, что в него весь этот собор можно запихнуть, и ещё места останется немало — а мы были в крупном помещении, так что сравнивать нас пока рановато. И всё же — я медленно пролетел над рядами верующих, некоторых из них корёжило от силы света, некоторые упали в обморок, куда легче было детям — на них моя сила действовала крайне благотворно и легко впитывалась — безгрешные детишки, коих тут было несколько десятков — не испытывали таких же мук и тяжести моего присутствия, как и их родители.

Тут объяснение крайне простое — хаос по природе своей может и демонический — но это отражение людей. Их накопленных травм, чувств, заскорузлой старой ненависти или их желаний — поэтому годами они копили весь этот шлак в психике, это ещё не хаос в полном понимании — но то, от чего он рождается. Сила света — упорядоченна и чиста, она действует на это как моющее средство на грязь — как антибиотик на болезнь. Она заставляет пузыриться и шипеть сущность, противоположную ему — лишь чистая вера в императора — делает мысли столь же упорядоченными. В них не будет хаоса, не будет человеческих страстей и мирской суеты — как и завещал нам кардинал — только вера и молитва.

Поэтому детей моя сила не давила, а наоборот — защищала от грязи — а вот взрослых, чем больше они прожили и чем больше психоэмоционального дерьма в себе накопили — тем больше корёжило их разум и тела. Примерно такой же эффект оказывал и сам Император, так как его психоэнергия обрушивалась на окружающих совершенно без его на то желания.

Постепенно это проходило — души людей очищались от лишнего, становясь чище и ближе к идеальному состоянию. Забывались старые обиды, утихал гнев, ослабевала алчность, и у верующих людей закономерно увеличивалась сила веры.

Это всё было похоже на религиозное воздействие — но им не было — это чисто психическое — на эльдара это тоже подействовало бы, и на того, кто ни разу в жизни об императоре даже не слышал. Но теология…

Приземлившись возле алтаря, посмотрел, как откачивают кардинала служители церкви, особо набожные и кто сумел выстоять. На алтаре лежал ящик, который я там оставил. Чтобы продолжить общение с народом — я убрал силу почти полностью, что позволило им отдышаться и успокоиться — народ безмолвствовал, а людей сюда набилось полным-полно. Сидячие места — как и везде — перед алтарём сидячие места — а за ними — зона для стоячих, но тем, кому позволено было войти в храм вообще.

Надо было продолжать, чем там церковь занималась. Только это всё нужно было обратить в свою пользу. По периметру зала стояли мои сороритки — их как раз давление почти не коснулось — они были спокойны и собранны, держа в руках оружие и бдительно следя за порядком. Имперский культ не был пацифистским, поэтому в храм с оружтем проходить можно было — но не прихожанам, конечно, во избежание. Их всех тщательно проверяли. Эти люди — сидящие — элита макрагга — планетарный губернатор, который едва дышит после пережитого, аристократы и их дети — сенат макрагга.

Ультрамар — был империей, формально — а макрагг — формально имел республиканскую форму правления. Они входили в империум, но почётным императором ультрамара до сих пор был Робаут Жиллиман, которому сохранить автономию решил сам Император, так как не так много в империуме прцедентов создания успешных межпланетных и межзвёздных человеческих государств — а автономия ультрамара — позволяла империуму не только его контролировать — но и не мешать развиваться собственным путём. Подчинение этих миров империуму было бы для них разрушительно — планеты ультрамара даже десятину не платили в привычном понимании — её платил весь субсектор. Подоходный налог, куда ж без него.

Итак, я порылся в памяти — что положено делать святым? Сейчас лучшее решение для меня — это помочь местной аристократии — я немного помог им, святой силой, убедился, что нет ереси в высшем эшелоне власти — кого-то сильнее, кого-то слабее задевало — но так чтобы корчиться в страшных муках — никого не было. Надо было благословить кого-нибудь,