Теряя контроль - Эмма Райц

Софи в ужасе замерла, слепо уставившись в свой салат. Даниил как ни в чем не бывало отрезал кусок мяса от кровавого стейка и с наслаждением положил его в рот, ощущая железный привкус горячей крови.

* * *

– Видимо, это и есть его будущая жена.

– Мне ее жаль.

– А вдруг у них любовь?

– Ага. А я твоя бабуля.

Лера прыснула со смеху. Она незаметно посмотрела на спутницу Волохова.

– Красивая. В таких глазах может утонуть и наш рыцарь Готэма.

Дима саркастично усмехнулся:

– Сомневаюсь, что Волохов тонет.

Лера скривилась:

– Ты неисправим.

– Ты сама сказала, что их свадьба – дельце с двойным дном.

– Знаю. Но иногда что‑то может пойти не по плану.

– Например?

Лера посмотрела в скептически прищуренные серо‑зеленые глаза и ощутила на коже волну чувственных воспоминаний.

– Например, ночное дежурство в одной из квартир «Феникса»…

Взгляд Димы с резко расширившимися зрачками скользнул по ее улыбающимся губам.

– Или, например, первое свидание, закончившееся сексом на заднем сиденье темно‑красной «Ауди»…

Лера мгновенно перестала улыбаться:

– И часто ты такое практикуешь?

Он придвинулся вплотную и медленно подмигнул ей:

– Готов дебютировать в этом жанре. Минут через десять.

– Тогда… – она сглотнула и облизнула губы. – Стоит поторопиться и оплатить счет…

Их обоих настолько захватила идея Димы, что они пронеслись мимо стола Волохова, не попрощавшись.

* * *

– Итак. Что я должен знать о темном дряхлом властителе судеб, живущем в неприступном замке Ярослава? – Волохов проводил взглядом сбежавших Сокола и Леру.

Запретив себе даже думать о ней в качестве возможной пассии, Даниил одной половиной мозга понимал, что эмоциональный искренний Сокол был лучшим вариантом для уставшей от сложного Стаса Леры. Но другая половина его сознания каждый раз, видя их вместе, буквально бунтовала против такого исхода. И все же Волохов замечал, как день ото дня Лера превращалась из поневоле жесткой, напряженной, безэмоциональной женщины в легкую, остроумную чаровницу. Бунтующая часть постепенно утихала, смиряясь с существующим положением дел. В конце концов он вполне твердо убедил себя в том, что ему достаточно дружеских отношений с ней. А секс он всегда мог найти где‑то еще.

В это же мгновение перед глазами всплыла бьющаяся в экстазе обнаженная Марго. Даниил закрыл глаза и чертыхнулся про себя: «Волохов, тебе почти сорок, а с женщинами как был бардак, так и остался. А точнее – продолжает усиливаться.Дружишь с одной, спишь с другой, женишься на третьей…»

Он дернулся, вспомнив, что Софи все это время что‑то рассказывала ему о проклятом старике. Но та молчала, уставившись в бокал.

– Прости, я задумался.

– Десять минут назад.

Адвокат виновато усмехнулся.

– Нет, я понимаю. Мне на твоем месте тоже было бы не особо интересно. Но ты сам говорил, что у нас есть общая цель. И я просто пытаюсь облегчить нам ее достижение.

– Ты права.

– И с какого момента ты отключился?

Волохов с иронией откинулся на спинку кресла и побежденно выстрелил пальцами в подбородок:

– С самого начала, Софи. Я не слышал ни единого твоего слова.

– Господи, и этот человек неделю назад читал мне нотации… Или ты так мстишь? – Софи посмотрела на него одновременно с укоризной и иронией.

– Нет. Я виноват. Признаю. Может, лучше пройдемся? Тут как‑то слишком… слишком гулко.

– Как скажешь.

Они заказали кофе с собой и вышли на улицу. Софи говорила недолго. Ее мысли и доводы были достаточно логичными и четкими, что заставило Волохова несколько раз с удивлением посмотреть на нее.

– И да. Он большой любитель тонких провокаций и неудобных вопросов. Причем всегда замечает, если человек пытается «съехать» с ответа. И говорит об этом вслух…

– Интересный персонаж. Но я и не таких обыгрывал. Ты меня не напугала.

– Что ж, я рада.

Они остановились у здания Московской филармонии. Софи с наслаждением вдыхала ароматы сирени, черемухи и спиреи, наполнявших своим цветением старые узкие улочки исторического центра столицы.

– Как же здесь хорошо…

Даниил недоуменно огляделся:

– Не знаю. Для меня нет ничего лучше территории собственного дома.

Они пошли обратно в сторону его машины.

– А у тебя большой дом?

Он покачал головой:

– По рублевским меркам – не очень. Раза в два меньше дома твоего отца. Но зато территория обширнее. В конце концов, я живу один. Для чего мне огромный дом?

– Ну… Ты же когда‑нибудь захочешь семью, детей.

– Нет.

Софи вскинула брови и уставилась на Волохова:

– Нет? Почему?

– А почему должен захотеть?

– Ну… Все рано или поздно…

– Не все.

Он был уверен, что Софи поддержит спор, но она замолчала. И только дойдя до машины, ответила:

– Значит, небольшой дом – идеальное решение.

Даниил кивнул и сел на водительское место.

– Он такой же, как ты?

– Кто?

– Твой дом. – Софи еще казалась слегка раздосадованной его ответом о семье, но все же любопытство взяло верх.

– Строил я его под себя. А уж похожи мы или нет… Мне сложно судить. Можем заехать перед тем, как я отвезу тебя домой. И ты составишь свое личное мнение.

– О, было бы интересно.

Волохов выкрутил руль в сторону и успел лишь коснуться педали газа, как сзади звонко прозвучал сигнал, и мимо пронеслась «Ауди» Сокола. Даниил цокнул языком и плавно выехал в сторону Тверской.

* * *

– Шикарно… – Софи вышла из «Лексуса» и огляделась.

Строгий современный дом Волохова производил впечатление каменной глыбы, естественно вписавшейся в ландшафт леса.

– Красиво.

– Зайдешь?

Софи помедлила с ответом. Но Волохову стало очень любопытно, что она скажет по поводу его крепости.

– Если тебя это не напрягает…

– Ни капли. Тебе же все равно здесь жить. Какое‑то время.

Она молча кивнула и поднялась ко входу.

– Да… Пожалуй, он – твое точное отражение.

Даниил даже не успел ничего предложить Софи, когда она озвучила вердикт.

– Э… Ты так быстро составила мнение?

– Да… – Она прошла вдоль громадного серого дивана, мягко ведя ладонью по спинке.

– Что‑нибудь выпьешь?

– Ты все время пытаешься меня споить.

Он рассмеялся своим глубоким чувственным голосом.

– Я лишь соблюдаю правила приличия.

– Тогда я бы выпила бокал вина.

– Пойдем.

Они вошли в просторное помещение кухни. Волохов открыл винный