Якудза из клана Кимура-кай, том 2 - Геннадий Борчанинов

Мы с Такуей переглянулись, подошли к машине сзади. Я открыл багажник, и в тот же момент в меня полетел огнетушитель, от которого я успел увернуться в самый последний момент.

— Вот же сука! — воскликнул Такуя, сразу же отвечая градом ударов.

Я тоже не остался в стороне, а Накамура только и мог, что свернуться калачиком в багажнике, безуспешно закрываясь от ударов руками и коленями. Не знаю, на что он рассчитывал.

Душу на нём отвели знатно. Так, что под конец он уже даже не сопротивлялся, принимая удары лицом и рёбрами. Даже выкинутый огнетушитель поучаствовал, но не слишком сильно, мне не хотелось убить его прямо в машине. У меня были другие планы.

Здесь, под мостом, я его связал его же брючным ремнём, а рот заткнул промасленной тряпкой, нашедшейся здесь же, в машине.

К чести Накамуры, пощады он не просил и обещаниями отдать всё нажитое не сыпал, знал, что это всё бесполезно.

— Покончите с этим побыстрее, — попросил он перед тем, как я заткнул его кляпом.

— Нет, — процедил в ответ Такуя-кун.

Я же не удостоил его даже взглядом.

Через час мы вывалили его связанный труп рядом с хост-клубом Кодзимы и быстренько смотались, всё так же избегая полицейских постов. Тачку придётся на какое-то время сменить.

Послание, я полагаю, вышло достаточно ясное. Самым красноречивым элементом был вырезанный на лбу Накамуры Синдзи иероглиф «предатель», но даже без него все поймут, что произошло.

После этого я бросил «хачироку» возле парка, и мы с Такуей разошлись в разные стороны, договорившись встретиться у офиса вечером. Настроение было мрачным, я раз за разом прокручивал в мыслях события дня. Вроде бы никаких проколов, всё прошло гладко, даже погоня. Тихо и стандартно. Даже машину я прибрал за собой, стерев отпечатки везде, где только можно. И свои, и чужие.

Так что свидетели могли найтись только того, как мы запихивали Накамуру в багажник. А из этого уже любой коп размотает клубок, даже самый некомпетентный участковый. Детектив Ямамото таким не выглядел, скорее даже наоборот.

Но такое условие поставил Ода-сан, и это приемлемый риск.

Да и предатель должен был быть наказан. И он наказан так, что теперь каждый якудза дважды подумает, прежде чем совершать подобную ошибку.

После этого спокойно зашёл в дайнер и перекусил хот-догом с колой, а затем привёл себя в порядок в туалете того же дайнера. Пришлось даже немного застирать пиджак холодной водой, на рукавах присохла кровь.

Взгляд в зеркале неуловимо изменился. Не каждый это сумеет заметить, но те, кто заметит и поймёт, легко сделают соответствующие выводы.

А затем я побрёл к офису «Одзава Консалтинг».

До вечера время ещё было, и можно было бы поделать что-то ещё, но я предпочёл немного подождать там. Тем более, что Ода-сан был на месте.

Я вошёл, поздоровался и поклонился, налил себе чаю, закурил. Ода спокойно занимался своими делами. Поговорил с кем-то по телефону, перенёс какие-то записи из документов в записную книжку, сделал ещё один звонок.

Никого из наших в офисе больше не было, мы с дайко были одни.

— Накамура — всё, — сказал я, дождавшись подходящего момента.

Ода внимательно посмотрел на меня и кивнул. Потом прикрыл глаза и закурил, развалившись в кресле. Я тоже закурил новую сигарету, сидя на кожаном диванчике. Всё было ясно без лишних слов. Даже наоборот, слова тут излишни.

Подробности Оду не интересовали, как известно, меньше знаешь — крепче спишь, а я не спешил хвастать налево и направо о том, как мы прикончили бывшего нашего старшего. Такую-куна я тоже попросил болтать поменьше, и он охотно поддержал такое моё решение. Здесь, в Японии, за преступление такого рода можно намотать вплоть до высшей меры наказания. А тут ещё и совершённое с особой жестокостью.

— Значит, полдела сделано, — сказал Ода чуть погодя, и я тоже кивнул.

— Ага, — сказал я.

Теперь надо где-то раздобыть миллион иен. Не самая большая сумма в суммарном обороте организации, но достаточно большая для отдельно взятого меня. Это скорее символический взнос, так тут было принято. Хочешь продвижения по карьерной лестнице? Плати. Не можешь или не хочешь платить? Так и останешься кобуном, младшим, даже если тебе сорок или пятьдесят лет. Пока остальные обходят тебя на поворотах. Ну или, как вариант, можно принести организацию пользу каким-либо другим способом, чтобы тебя заметили и продвинули. Талантливые люди не останутся незамеченными. Я же трезво смотрел на вещи, прекрасно понимая, что быстрее и проще будет заплатить, особенно если учитывать, в каком состоянии находится Одзава-кай.

— На вас напали люди Тачибаны, — сказал Ода, меняя тему.

— Прошу прощения, не понял… — хмыкнул я.

— В бане, — уточнил он. — Это удар… По репутации.

Да, пожалуй. Пусть даже мы ушли своим ходом, а не уехали на карете скорой помощи. Это нам пришлось позорно бежать, сверкая голыми задницами, а не им. Возможно, стоило втоптать их в кафель прямо там. Так было бы лучше во всех отношениях.

— Значит, нам надо ответить, — сказал я.

— Займёшься этим, — сказал он.

— Да, дайко, — поклонился я.

— Такуя и Хироми тебе помогут, — добавил он.

Не я им помогу, не мы втроём займёмся этой проблемой. Они мне помогут. Разница с виду незначительная, но на деле — колоссальная.

— Да, дайко, — снова сказал я.

Пожалуй, были даже плюсы в том, что Одзава сел. При нём я вряд ли мог рассчитывать на что-то подобное. Столь быстрый взлёт — скорее исключение, чем правило. Да и я, по сути, стал пассажиром тонущего судна, вернее, членом команды. Ничего, мы ещё повоюем.

Я взглянул на часы. Скоро нужно будет выдвигаться на помощь Игути-гуми, но парни пока не объявились, так что я ждал. Ехать всё равно придётся на тачке Хироми. Ну или на общественном транспорте, но для этого нужно выходить уже сейчас.

— Что-то парни задерживаются, — хмыкнул я.

— Опаздывают, — поправил меня Ода-сан. — Нехорошо…

Меня тоже посетило неприятное предчувствие. Как бы не пришлось отправляться к этой «Хромой Утке» в гордом одиночестве, представляя собой всю организацию Одзава-кай. Хотя это будет смотреться исключительно как насмешка.

— Сейчас я им наберу, — снимая трубку, произнёс дайко.

Ни тот, ни другой не ответили, Ода-сан послушал только длинные гудки. Он посмотрел на меня.

— Пушка с собой? — спросил он.