За спиной войны - Александр Александрович Тамоников

— Товарищ Свиридова отправлена на миссию по наблюдению за Соколовым на месте его непосредственного жительства. Товарищ Соловьев… — Виктор глянул на друга. — На данный момент его роль и дальнейшая миссия определяются по ходу обстоятельств. Я же прошу у вас разрешения объединиться с нашим информатором, Петром, для улучшения результатов нашей общей операции и более быстрого поиска диверсантов.

— Так-так-так, а это уже интересно, — задумчиво ответил Князев. — Ты думаешь, что Петр даст тебе наводку на других членов этой группы? Значит, все замешано вокруг того Григория, о котором ты говорил?

— Так точно, товарищ подполковник, — вполголоса ответил Виктор. — Он — главный среди них, и я хочу понять, скольких еще человек он привлек к своему делу, а также надеюсь выйти при содействии Петра на немцев, которым он служит.

— Хм… — задумчиво произнес Князев по ту сторону телефонного провода. — Конечно, это потребует определенной конспирации… И вполне оправдывает твое нахождение в тени…

— Так точно, товарищ подполковник. Вы понимаете меня как никто, — подтвердил Крылов свои намерения.

— Разрешаю. В таком случае будь осторожен, Виктор, и не забывай обо всем докладывать мне. Каждый ваш шаг становится все более и более опасным, и они не должны знать, что мы у них на хвосте.

— Так точно, товарищ подполковник. Благодарю за содействие.

Он услышал, как Князев пожелал ему удачи, а после положил трубку. Завершив работу и своего телефонного аппарата, Виктор начал собираться.

— А мне что делать? — спросил тихо Соловьев, глядя на товарища.

— Мне нужно, чтобы ты… следил за Аней и Соколовым издалека. Конкретных указаний не будет, но главное — чтобы она была в порядке, а Соколов не успел наделать ничего серьезного, а уж тем более объединиться с остальными и что-нибудь взорвать. Конечно, я буду следить за ситуацией с другой стороны, но… Я уже не буду так, как раньше, на виду. Да и ты не можешь тоже.

— То есть ты хочешь, чтобы и я больше не показывался особо и нигде не мелькал, а только тайком присматривал за нашей дорогой дамочкой-разведчицей и радисткой, которая живет буквально через стенку от одного из наших предателей?

— Все верно, Ваня, — кивнул капитан и сунул полевой телефон в чемодан.

— Пока ты в это время будешь раскрывать их преступную сеть вместе с информатором, к которому тебя подвел Князев.

— Так точно. Заодно удостоверюсь в истинности намерений этого информатора. Знаешь, он такой мутный, что даже не очень-то и понятно, из каких целей он это все делает… Ну, я имею в виду, помогает нам. Зачем? Для чего? У него своих секретов порядочно, интересно узнать хотя бы один из них. Да и его методы… Тоже интересные. Хочу узнать подробнее.

— Понятно… — протянул Иван. — А если будет форс-мажор?

— Не будет. Можешь считать, что я всегда рядом и слежу за тобой пристально так, что шаг влево, шаг вправо, и тебе тут же влетит, — довольно улыбнулся Крылов.

— Пф-ф-ф, тебе еще постараться нужно, — закатил глаза Ваня. — Таким образом, ну так что мы имеем сейчас? Трех преступников, получается? Я следил за Соколовым, который сотрудничает с этим вот… хулиганом Васей. А ими руководит Григорий?

— Да, именно, — кивнул капитан. — Только меня в этой системе вот что интересует…

Он сел напротив Вани на стул и поднес руку к подбородку, чтобы на нее опереться.

— Григорий ведь не может из головы брать эти приказы, верно? — тихо произнес он. — Не может же он вот так просто захотеть взорвать мост, потом думать над каким-нибудь административным зданием… Он по-любому получает приказы откуда-то сверху. Но… Что интересно, как? Кто отдает ему приказы? Город полностью освобожден от немцев — я просто не верю в то, что здесь, возможно, укрывается какой-нибудь последний фриц и ждет в засаде чего-нибудь. Не может этого быть — мы выгнали абсолютно каждую тварь из Смоленска. Но… И у диверсантов всегда же есть цель. Они что-то взорвут, уничтожат, что-то важное для нас — они ничем не лучше, а порой даже и хуже врагов. И всегда они должны курироваться кем-то сверху. Эта тонкая ниточка между диверсантами и настоящими врагами всегда прослеживается и всегда их связывает.

— Ты думаешь, что Григорий помаленьку, потихоньку готовится к контрнаступлению немцев? — так же тихо, на один лад с Виктором, спросил Иван.

— Да, да, — согласился тот. — И мне необходимо выяснить, так ли это на самом деле. Видишь ли, они что-то свозили в лес — об этом говорили… Ну не важно, кто говорил, главное — факт. А что в лесу? Надо тогда прочесать лес. А он же огромен — Смоленск окружен красивейшей природой. Вот именно поэтому мне и нужен этот информатор, который… Он такой прыткий, незаметный, ты даже сначала и не поймешь, что он вообще есть где-то рядом. Его навыки и его знания могут нам пригодиться в этой неизвестной местности…

Виктор повернулся куда-то в сторону окна, о чем-то задумался и затем, просияв, глянул на товарища.

— Слушай, Ваня… А ты ведь можешь, пока Ани нет, если что, иногда следить за немецким эфиром?

— Ну, я-то послежу, конечно…

— Ну вот и отлично.

Виктор встал со своего места и направился в коридор.

— Но что я должен там найти такого? Я же немецкий особо не разбираю, ты уж извини — в школе я учился на одни колы и двойки, — признался Соловьев и почесал заросший щетиной подбородок.

— Эх… Ты… — Крылов остановился и повернулся к товарищу: — Ваня… Да что угодно, в принципе. Если услышишь слово «Смоленск», то скажи мне и по возможности запиши этот кусочек разговора.

— Смоленск… Ну да, — пожал плечами лейтенант. — Я услышу «Смоленск», а дальше крики Гитлера, которые похожи на нечленораздельный набор букв, и запишу тебе эту абракадабру на бумаге.

— Ты можешь использовать диктофон, дорогой мой изобретательный товарищ, — улыбнулся ему Виктор, повязывая в это время шарф. — Все лучше, чем ничего. Прости, другого задания я пока дать тебе не могу, да и что-то мне кажется, что ты, конечно, со слежкой справился бы лучше… Только вот следить за Григорием я тебе поручить не могу.

— Это еще почему? — удивился Иван.

— Да потому что подвергать тебя такой опасности пока что нецелесообразно — мы и сами не знаем, насколько он опасен, а будем лезть и…

— Но за Соколовым мы тоже следим и следили еще до того, как осознавали всю опасность, — возразил Соловьев.

— Это да, но Соколов — другое дело. Он же инженер. Ну или прикидывался инженером. В общем, его роль была небольшая, это было видно сразу, поэтому он-то