Колыбель Марбаса - Лидия Милеш

прицелом Совета, без друзей среди наемников и пиратов. Пока выходило, что единственная спокойная гавань — Великая Свалка. Выжить в тысячелетней войне охотников и каннибалов казалось проще, чем укрыться в бескрайнем космосе.

— Есть у нас один выход, — неуверенно произнесла Ари в гробовой тишине. — Мои источники сообщили, что у Совета есть для нас одно дело, говорят, готовы простить наши грехи, если удастся его провернуть. Из списка разыскиваемых преступников нас, конечно, не уберут, но все отметки о ликвидации снимут и мы вернемся к тому, с чего начинали.

Рэм задумался. Подарки от Совета не сулили ничего хорошего. И это было не его личное мнение, а опыт сотен таких же команд. Коррупция, контрабанда, подлог, убийства, торговля людьми, рабство — это лишь крохотный список, что требовалось отдельным членам правительства. Вот только если с нормальными преступниками всегда можно было договориться, а на худой конец решить все силой, то те уроды так просто не отстанут. Для них все, кто в розыске — хуже червя. И прав имеют не сильно больше. А если нанятая команда не хочет ходить по струнке, то флоту всегда может прилететь анонимное сообщение с координатами разыскиваемых преступников. Отдельные члены МС заслуживали отметки “особо опасен” в разы больше, чем мародеры. Но когда тебя загнали в угол, выбирать не приходится.

— Что от нас требуется? — спросил он.

— Забрать образцы из медицинской лаборатории, — ответила Ари.

— Это шутка такая? — Борис отставил второй стакан так и не выпив.

Семь замотал головой, подтверждая, что Ари говорит правду.

— Подождите, — изумилась Док. — Медицинские лаборатории охраняет сам Совет. Они что, хотят, чтобы мы по собственной воле прошли мимо их эскадрильи, чтобы их же и ограбить? Да еще и с отметкой о розыске?

— И, как ни странно, но я снова ее поддерживаю, — откинулся на спинку стула осоловевший Борис. — Блондиночка дело говорит. Если мы туда сунемся, то нас сразу уничтожат. Да от нас даже пыли не останется. И с чего вдруг шишкам понадобилось грабить самих себя?

Семь раздвинул губы в невеселой усмешке, а Ари продолжила:

— Значит, слушайте. Год назад они запустили какой-то секретный проект на планете Марбас. Идея сулила большую прибыль и особые привилегии для толстосумов. Туда быстро спустили блоки и создали лабораторию. Также срочно отправили ученых и парочку проверенных военных, которые не станут поднимать лишнего шума. Насколько я поняла, капитаном там числился Инса Варт.

— Та еще продажная тварь, — вырвалось у Рэма.

Ари вскинула брови.

— Вы знакомы?

— Были когда-то, — ответил Рэм. — И я бы не сказал, что этому рад. Он продал команду за возможность спасти свою шкуру. Если его поставили за главного, то только в частном порядке.

— Те, кто его нанял, никому не доверяли, — сказала Ари, продолжая. — Никому из экипажа не выдали коды для эвакуации. Никакой защиты тоже не было, если не считать пары тройки охранников.

— Экспериментальный проект, — добавил Семь и отхлебнул из своего стакана.

— Да бабки они отмывали просто, — возмутился Борис.

— Продолжай, — сказал Рэм.

Ари продолжила:

— Первые месяцы все шло неплохо, потом у них случилась утечка за которой последовал взрыв. По крайней мере, так сказано в отчете. Большая часть лаборатории была уничтожена. В Совете уверены, что экипаж погиб на месте, поэтому они не стали организовывать спасательную миссию, а просто закрыли проект “Новая звезда”.

Рэм довольно улыбнулся, что случалось крайне редко.

— Мы только что слышали это название.

— Где? — удивился Семь.

— В списке ликвидированных кораблей, — ответил Рэм. — Интересно получается. То есть лабораторию они не просто закрыли, а вычеркнули. Ладно, допустим, военных там будет не так много.

— Лаборатория больше не контролируется, — пояснила Ари. — Сразу, как только произошел взрыв, все документы засекретили, а возле Марбаса создали карантинную зону.

— Вот ублюдки, — сплюнул Борис. — Уверен, они еще и выжидали несколько месяцев, чтобы там точно все сдохли.

Ари пожала плечами.

— Нам же лучше. Дело обещают простое. Надо спуститься на Марбас, залезть в эту лабораторию, забрать контейнеры с образцами, утрамбовать это все в Косса и довести до нейтральной территории. Там Семь встретится с их доверенным лицом, и там же с нас снимут все отметки. Плюс ко всему за каждый доставленный контейнер нам заплатят в частном порядке, а все, что уцелело в лаборатории, мы сможем забрать себе.

Капитан задумался.

— Звучит слишком хорошо.

— Кто знает, что у них на уме, — сказал Семь, безразлично разглядывая толпу. — Когда нужно сделать все тихо, быстро и незаметно для своих же, то кого еще нанять? Флот просить не станешь, а мы всегда на связи. Кроме заказчика ни перед кем не отчитываемся. Если умрем, то им от этого одна сплошная выгода. Так что я бы подумал над предложением.

— Ты доверяешь своему человеку в МС? — спросил Рэм у Ари.

— Если бы я хоть кому-то доверяла, я бы уже давно был мертва, — без раздумий ответила она. — Но я верю, что им надо провернуть это дело как можно быстрее.

— Значит, контрабанда, — подытожил Рэм. — И выбора у нас никакого нет.

Он обвел взглядом команду. Иллюзий по поводу верности и преданности он никогда не питал, но в чем точно был уверен, так это в том, что каждому из этих людей будет намного хуже вне Косса. А человек — тварь простая. Он идет туда, где проще, комфортно и понятно. Поэтому, не заметив явного возмущения, капитан закрыл счет.

Глава 3

Первое, что услышал Рэм — тихое, монотонное жужжание. Оно проникало под кожу, цеплялось за нервы и начинало ковырять старые раны, о которых он годами пытался забыть. На несколько секунд Рэму показалось, что он снова там. Как и семь лет назад. В месте, которое когда-то по недоразумению называл своим домом.

Бокс на одного человека. Настолько тесный, что, опустив кровать, можно было пройти только боком. Один неловкий поворот — и все вещи летели с полок на пол. Сначала Рэм пытался бороться с этим, раскладывал вещи, наводил порядок, убеждал себя, что человек может привыкнуть к любой клетке. Но клетка есть клетка. И в какой-то момент Рэм плюнул на битву за площадь, прикрутив под потолок новые полки. Комната стала еще ниже. Теперь приходилось ходить согнувшись, словно сама жизнь требовала склонить голову. Но зато вещи оставались на своих местах. Маленькая победа маленького человека в маленьком гробу.

Единственным преимуществом этого бетонного склепа было то, что вечный смог и выхлопные газы, преследующие жителей нижнего города, сюда никогда не заходили — если у тебя нет ни одного окна, то тебе нет