Вернуться - 6 - Альберт Кириллов

Ещё никогда его племя не получало такие потери. Даже в далёких 70-годах, когда в результате кровной мести, его племя сцепилось сразу же с двумя, дружественными друг другу, племенами.

На протяжении двух месяцев племя Абу Бакра, под руководством тогда ещё живого отца шейха, вело боевые действия в пустыне. С внезапными нападениями на лагеря своих врагов, засадами в песках и тому подобному. Они победили, но большой ценой. Но тогда они потеряли примерно треть воинов, в течение этих двух месяцев. А тут, за одно ночь, шейх потерял больше половины!

— Так, а чего это у… — Герман осёкся, когда увидел в прицел, что из большого шатра выводят его «потеряшек». И у обеих на лице кровь…

Малик силу не сдерживал, ещё со второго раза разбив губы у обеих девушек и повредив кровеносные сосуды в их прелестных носиках.

Палец на спусковом крючке стал выбирать свободный ход, чтобы выпустить первую короткую очередь в направлении ведущих девушек двух бедуинов. Позади них двигались три бедуинки.

— Сука! — палец отпустил крючок.

Точность попадания гарантировалась постоянными тренировками с оружием. Американский карабин давал возможность сделать очень точный выстрел или очередь.

Но… Опасно! Девчонки слишком близко от бедуинов. На бедуинских женщин ему было плевать с большой высоты. Но сразу всех положить будет затруднительно. Ещё полно вооруженных людей, да два пулемёта. Стрельба со стороны бедуинов и пограничников может плохо сказать на Катерине и Василисе.

— Я ж вас живьём на лоскуты порежу…

Малик, следовавший вместе с приставленными к пленницам охранниками, остановился и перевёл свой взгляд в сторону возвышенности.

Песок, переносимый ветром через неё, не давал возможности хорошо рассмотреть саму вершину. Тем более, что невозможно было увидеть дозорных: выемка и ткань поверху неё, если они сами не захотят показаться.

По коже Малика прошёл озноб, ведь именно оттуда на него был направлен взгляд, наполненный натуральной звериной яростью, обжигающий кожу на лице!

— Что-то не так, — он замер, пытаясь рассмотреть того, кто так на него смотрел, но его потуги не увенчались успехом.

Там четверо его людей. Он требовательный и жёсткий командир, но всегда справедлив. Так что не должно быть никого, кто бы так ненавидел его. Или… есть? Над этим стоило подумать. А потом проверить, кто же так возненавидел его — ни с того, ни с чего.

Сопроводив женщин в один из шатров, где их связали на всякий случай, оставив рядом с ними двоих воинов, Малик вернулся к шейху. Всю дорогу до шатра, поглядывая в сторону возвышенности, ощущая исходящую оттуда опасность.

Глава 13

— Э? Куда?

Выехавшие с территории лагеря бедуинов автомобили пограничников разделились: два внедорожника поехали в разные стороны, по широкой дуге огибая лагерь, а вот третий — двинулся в сторону границы с ОАЭ.

Командир патрульного автомобиля, направившегося в сторону границы, действовал строго по инструкции, практике и своему опыту, приказав водителю двигаться именно в этом направлении.

Всё говорило о том, что неизвестные нападавшие по всем размышлениям и обычной логике направятся именно в этом направлении, по самому кратчайшему пути. Два других патрульных автомобиля обследуют территорию вокруг лагеря бедуинов с целью контрольной проверки. На всякий случай.

— Да чтоб вас! Не могли в другую сторону поехать, бараны! — раздраженно выдал Герман.

Прекрасно сделавший выводы и ощутивший непосредственную опасность для Архипа и девчонок. Если бравые погранцы пойдут до самой границы, то обнаружат их в любом случае. И он оставил для возможных гостей «сюрприз», а сам схватил один из карабинов, закинул его за спину, второй — в руки, а потом метнулся вниз по склону.

Уничтожать служивых ему не очень хотелось… Сам такой!

Пограничников не тронет, только если они не будут угрожать девчонкам и Архипу. А если нет… То ликвидирует любым способом, несмотря ни на какие свои сожаления и принципы.

А вот тронувшие его женщин ублюдки, ещё ходят, дышат, но они уже мертвы. Они просто пока об этом не знают…

— Осторожнее, Язан, — выразил своё недовольство, сидевший на переднем пассажирском сиденье. — Не кизяк везёшь.

Пару минут назад, водитель внедорожника, движущегося в направлении границы, просмотрел сформированную ветром глубокую впадину между небольшими барханами. И автомобиль ухнул туда передними колесами, а потом ещё задняя подвеска отработала так, что зад автомобиля сильно подкинуло.

Из-за этого стоявший за пулемётом боец чуть не вылетел из кузова, благо успел намертво вцепиться в гашетки пулемёта. Сидевших в салоне подкинуло вверх: водитель вцепился в руль, а его пассажир за специальный поручень на передней панели. А вот задних пассажиров подкинуло так, что они проверили твёрдость потолка своими головами. Поток ругани понёсся на идиота, который их чуть не угробил.

Маршрут движение внедорожника шёл зигзагом по направлению на север, захватывая большую территорию для осмотра. Обычная тактика, предусмотренная наставлениями, инструкциями и опытом.

Видимость была так себе, но это не на верблюдах в бурю передвигаться. В пустыню пришла современная техника, позволяющая медленно, но верно, передвигаться патрульному автомобилю в сторону границы. Страдал пулеметчик, открытый всем ветрам и летящему песку, в отличие от сидевших в салоне, но это пограничные войска, а не гарем, так что тот молча сносил все тяготы службы.

— Прошу прощения, господин, — повинился водитель.

Помимо того, что пассажир был ракибом (старший сержант, — прим.), он ещё прослужил более пяти лет, в отличие от водителя, который попал в пограничные войска всего год назад.

В свете мощных фар, а также дополнительных прожекторов, установленных на крыше машины, показалась очередная ложбина между барханами, и водитель снизил скорость до минимума. Намереваясь осторожно проехать опасный участок, чтобы не получить очередные упреки, а может и удар в лицо за свой проступок.

Бах! Бах! Бах!

Три пули хлестнули по внедорожнику в районе задней, откидной двери грузовой платформы. Неприятно взвизгнув и пробивая тонкое железо. Сильно испугав пулемётчика — одна из пуль «рванула» его за штанину, распоров плотную ткань.

У того хватило мозгов понять, что обстрел ведётся сзади, а вот развернуть пулемёт было просто невозможно, из-за конструктивной особенности турели, на которой было зафиксировано оружие.

Поворотный механизм был намертво закреплён об пол и заднюю часть кузова внедорожника: позволяя вести огонь вперёд и по бокам, в секторе обстрела не более 80 градусов. Стрелять назад было просто невозможно.

— Нападение! — заорал пулемётчик, падая вниз, а потом, несмотря на сильнейший испуг, попытался рассмотреть, кто в них и откуда стреляет.

Не прошло пары секунд после первой очереди, как пули ударили в висевшее на задней двери запасное колесо. Высокоимпульсные пули не смогли пробить стальной диск, но продырявили резину.