Вернуться - 6 - Альберт Кириллов

— Что ты сказал?

— Они не могут оторваться, — ещё больше огорошил подчинённый капитана. — Противник висит у них позади, не даёт возможности остановиться и принять бой…

— … Он гонит их впереди себя! — перебил Башар.

Всё это сильно напомнило ему «загонную» охоту.

Пару лет назад капитан был приглашён одним из дальних отпрысков «саудитов», посетить горы Сарават. Башар был практически уверен, что не обошлось без благоволения его родного папаши, который от него не отказывался, но и официально не объявлял родным сыном.

По сложившейся практике в Саудовской Аравии, детей наложниц отцы не особо признавали. За редким исключением. Но всё же следили за их судьбой, помогая по мере возможностей и желания. Своего отца капитан видел три раза в жизни, когда тот пожелал увидеть своего отпрыска: в 5, 10 и 15 лет. Затем предпочёл следить за судьбой Башара на расстоянии. Капитан всё прекрасно понимал, так что не стремился встретиться с ним лицом к лицу.

В горах Сарават у королевской семьи были большие охотничьи угодья, где охотились только члены семьи и их гости. Там регулярно проводили охоту на аравийского орикса (сернобык, — прим.) и нубийского горного козла. Именно там, капитан впервые в жизни увидел «загонную» охоту, когда егеря с собаками загоняли животных на «номера».

Капитан не особо рассчитывал на встречу с отцом, который так и не появился. Но приглашение сильно поднимало негласный статус капитана в их сословном обществе. И, хотя бы за это, Башар был ему благодарен:

— Пусть меняют курс своего движения. Немедленно! — выпали капитан.

— Что? — не сразу сообразил его подчинённый.

— Их гонят в засаду. Прикажи немедленно уходить в любую другую сторону! — не успокаивался Башар.

— Направить другие патрули на помощь? — спросил напоследок лейтенант.

— Отправь. Пусть следуют к Джабару, но близко к ним не приближаются, — принял непросто решение Башар. — Бегом!

Лейтенант стремительно унёсся выполнять приказ.

— Проблемы? — флегматично спросил Флетчер.

— Нет проблем. Обычные трудности, которые мои люди сейчас решат, — не стал вдаваться в подробности капитан.

Не собирался он показывать шейху и Флетчеру свою неуверенность и то, что у его пограничников возникли какие-то проблемы. Его люди опытные и разберутся с неизвестными.

Во всяком случае, огневая мощь на их стороне.

— Так бы и сразу., — очередная очередь, затем в песок улетел пустой магазин, тут же вставлен новый.

Герман специально атаковал внедорожник, надеясь, что машина рванёт куда угодно — в любую сторону, но придурок за рулём нёсся на север, в направлении девчонок и Архипа.

Удерживаясь на хвосте, Герман всаживал очередь за очередью в запасное колесо (изодранное в клочья от попадания пуль), стараясь стрелять так, чтобы не зацепить пулемётчика в кузове и людей в салоне. И специально не стрелял по колёсам, сильно подозревая, что тогда вместо панического бегства, пограничники решат принять бой. Это было совсем ни к чему.

— Ну что ты тупой такой, а? — начал злиться.

Его бесила глупость водителя и эта беготня за машиной, как какого-то идиота, бегущего за уходящим автобусом.

Водитель никак не понимал прямых намёков, и Герман уже хотел открыть огонь на поражение (дать пару очередей по окнам и дверям автомобиля), как внедорожник резко повернул влево и стал уходить в западном направлении.

Его желание наконец исполнилось, но он не знал, что командир пограничников специально увёл своих людей в сторону, подозревая, что их гонят в ловушку.

Герман резко затормозил, удовлетворённо выдохнул, а потом послал вслед короткую очередь, подстегнув беглецов и рванул обратно к лагерю бедуинов. Надеясь, что выданного им напоследок «ускорения» хватит, хотя бы, минут на пять..

— Хага, — выругался ракиб, когда очередные две пули звонко цокнули по диску запасного колеса. — Гони!

Водитель, пригнувший голову, после очередного попадания по машине, втопил педаль газа в пол. Молясь Аллаху, что следующие пули в него не попадут…

— Это Песчаный Патруль! Это Песчаный Патруль! — раздался в эфире срывающийся на панические нотки голос лейтенанта. — Найд! Хиджаз! Ответьте.

— Найд в эфире!

— Хиджаз в эфире!

Завывающий за окнами внедорожников ветер, звук гудящих двигателей и колёс по песку абсолютно заглушал звуки выстрелов из карабина Германа. Ни одна из патрульных групп не слышала перестрелку.

Взорвавшие эфир переговоры группы Джабара с Песчаным Патрулем по факту нападения, заставили командиров групп Найд и Хиджаб приказать водителям остановиться. И тревожно вслушиваться в слова ракиба группы Джабар. Вмешиваться в разговор они не имели права, без разрешения капитана.

И наконец дождались!

— Найд! Хиджаз! Следуйте в 33-й квадрат. Близко не приближаться. Оказать огневую поддержку группе Джабар. Как поняли?

— Принял!

— Принял!

Оба внедорожника тронулись с места, направляясь в сторону 33-го квадрата, с большой осторожностью. Ожидая в любой момент столкновения с обстрелявшими их сослуживцев. Командиры намеревались высадить часть бойцов заблаговременно, а внедорожники использовать в качестве огневых точек на расстоянии.

— Найд — Хиджазу! — раздался голос в эфире. — Что происходит у Джабара?

— Понятия не имею, Найд! — получен ответ. — Их обстреляли. Они пытаются выйти из сектора обстрела. Ты же сам всё слышал, — недоумевал командир группы. — Прекрати!

— Найд — Джабару! Ответь! — командир группы Найд сам решил связаться с командиром обстрелянной группы.

Командир группы Хиджаз грязно выругался, когда услышал запрос по рации от группы Найд. В случае огневого контакта пограничников с нарушителями, требовалось сохранять режим тишины.

— Это Джабар! — раздался напряженный голос ракиба.

— Что у вас происходит?

— Нас обстреливают… — недолгая тишина в эфире. — Нет, уже перестали, — облегчённый выдох. — Вышли из сектора обстрела. Разворачиваемся, попробу…

Ракиб был далеко не трусом, поэтому собирался выяснить, кто эти наглецы, что обстреляли патрульную группу пограничников. Наконец подключив основную боевую мощь своего внедорожника. Но никак не ожидал, что кое-кто начнёт действовать без приказа.

Да-дах! Да-дах! Да-Дах!

Оглушающий звук «заработавшего» крупнокалиберного пулемёта, раздался в эфире.

— Прекрати, сын осла! — раздался крик ракиба и грохот «работающего» крупнокалиберного пулемёта также внезапно прекратился.

Водитель выполнил указание ракиба, развернув внедорожник «мордой» в сторону потенциальных противников и нажал на тормоза, ожидая дальнейших указаний. Испуганный до полусмерти пулемётчик, вскочил с пола грузовой платформы, вцепился в гашетку пулемёта и с со всей дури открыл огонь в сторону возможных противников. Двигая стволом вправо-влево, чтобы накрыть большую площадь. Выплёскивая свой страх тем, что может наконец обстрелять тех, кто стрелял по нему последние несколько минут.

— Найд — Джабару! В чём дело?

— Хиджаз — Джабару! Что за стрельба?

Командиры групп Найб и Хиджаз одновременно всполошились и вызывали группу Джабара, пытаясь понять, что происходит.

— Джабар — Найбу и Хиджазу! Всё нормально. У меня один идиот решил пострелять.

Лейтенант почти