Дикий сын - Джек Карр

часов ранчо кишело вооружёнными агентами, а рядом с главным домом развернули мобильный командный центр. Поскольку все, с кем они приехали сражаться, были уже мертвы, группа SWAT взяла на себя защиту силового периметра, в то время как группа сбора улик приступила к работе.

Вик на лету поговорил с руководителем на месте, процитировав ряд законодательных актов, принятых после 11 сентября, так что следователи с пониманием отнеслись к аспекту национальной безопасности. Присутствие адвоката и уважаемой и богатой семьи на месте также не помешало. Телефонные звонки Вика побудили принять решение не оповещать СМИ. Последнее, что кому-либо было нужно, — чтобы толпы конспирологов с обоих концов политического спектра разбили лагерь у ворот ранчо.

Одного за другим, каждый из участников давал показания следователям, а Кэхилл следил за тем, чтобы и вопросы, и ответы были уместными. Один из членов ансамбля заметно отсутствовал: тихий бородатый мужчина, проживший на ранчо последний месяц. Криминалистические техники были рассредоточены по грядам и дну долины, помечая, фотографируя и каталогизируя каждую крупицу осязаемых физических улик.

Было почти шесть, когда чёрный Tahoe подъехал к хребту. Джонатан и Рейф Гастингс наблюдали, как из машины вышел мужчина в охотничьих штанах цвета хаки, трейловых ботинках и тёмной флисовой куртке и пожал руку ведущему следователю, который указал ему на главный дом.

Вик Родригес был уроженцем Майами и сыном кубинских эмигрантов. После колледжа он служил офицером Специальных сил армии, прежде чем был завербован Управлением, где в разгар войны с террором заслужил законное место на вершине пищевой цепи ЦРУ. Он был тем редким вашингтонским зверем, которого уважали как выше-, так и нижестоящие в командной цепочке. Именно Вик увидел потенциал в Рисе и организовал его вербовку в Оперативное подразделение в обмен на помилование за прошлые проступки.

Вику было под пятьдесят, с коротко стриженными седеющими волосами и голубыми глазами, которые противоречили его кастильскому наследию. Он говорил на нормативном нейтральном английском, но в середине предложения мог переключиться на родной язык своих родителей.

Джонатан и Рейф встретили его у двери.

— Мистер Родригес, добро пожаловать в наш дом. Обычно он не настолько прострелен.

— Мистер Гастингс, — тепло произнёс Вик. — А вы, должно быть, Рейф, — сказал человек из Управления, протягивая руку.

Рейф поколебался, затем пожал протянутую руку. После того случая с агентом ЦРУ в Ираке, который стал причиной его преждевременного ухода из отрядов SEAL, он не был поклонником офицеров разведки.

— Могу я вам что-нибудь предложить? — осведомился Джонатан, вечный хозяин. — Пиво, вино, чего покрепче?

— Нет, спасибо, я в порядке. Есть уединённое место, где мы можем поговорить? — Вопрос был явно адресован Рейфу.

Отец и сын обменялись парой слов на африкаанс.

— Используй мой кабинет наверху, — предложил Джонатан. — Я рядом, если могу быть полезен.

Пара поднялась по лестнице и села в кабинете смежно с главной спальней. Стены были увешаны фотографиями военных дней, а полки забиты книгами о старой стране и из неё. Из угла нависала огромная голова капского буйвола, а на ветке дерева на противоположной стене красовалось чучело леопарда в полный рост.

— Мистер Гастингс, — начал Вик.

— Зовите меня Рейф.

— Рейф, как вы знаете, до сих пор мы ссылались на соображения нацбезопасности, чтобы сдерживать это, но долго так не продержится. Мне нужно поговорить с Рисом, и мне нужно поговорить с ним сейчас.

Рейф посмотрел на невысокого мужчину напротив и кивнул.

— Рис сказал мне, что вы один из хороших. Он тоже хочет с вами поговорить.

Рейф протянул Вику листок с номером телефона.

— Наберите его с городского телефона. Это спутниковый телефон.

— Где он?

— Он недалеко, но ему нужно немного времени. Он объяснит.

Вик взял листок.

— Все члены вашей семьи в безопасности?

— Все, кроме моей сестры Ханны. Она в Румынии. Если бы вы могли попросить кого-нибудь из посольства проверить её и привезти сюда, моя семья была бы благодарна.

— Это будет мой первый звонок, — сказал Вик, вставая, чтобы поменяться с Рейфом местами за телефоном. — Вы и ваша семья проделали сегодня отличную работу.

— У нас была кое-какая практика.

Верный своему слову, Вик позвонил в Лэнгли. Дежурный офицер немедленно связался с резидентом в Румынии. В течение часа два посольских автомобиля были на пути в городок Молдавию.

Затем он набрал номер, данный ему Рейфом.

— Вик?

— Ну, Рис, похоже, твоим дням тишины и покоя пришёл стремительный конец.

— У кого-то были другие планы. Твой звонок спас нам жизнь.

— Я не могу потерять тебя до того, как официально возьму на борт.

— Да, наверное, в следующий раз, когда попросишь что-то сделать, мне будет сложнее отказаться.

— Я собираюсь попросить тебя об этом сейчас. Где ты?

— Близко. Мне нужно было кое-что сделать до прибытия правопорядка.

— Пожалуйста, скажи, что у тебя нет живого подозреваемого под стражей.

— Если бы у меня кто-то и был, он был бы не подозреваемым, а вражеским комбатантом. Я поделюсь тем, чем смогу, когда смогу. А пока мне нужно, чтобы ты отложил ФБР, пока я не разберусь.

— Мёртвая русская ударная группа на одном из самых уважаемых ранчо в штате долго в секрете не останется.

— Что ты разузнал со своей стороны?

— Я могу поделиться этим только с прошедшим проверку персоналом Оперативного подразделения.

— Если меня не посадят за то, что я собираюсь сделать, возможно, я им и стану. Так что выяснил? — настаивал Рис.

— Сегодня утром мне позвонил отставной шпик старой закалки. Он был резидентом в Москве ближе к концу холодной войны. Знал твоего отца. Он рассказал, что ему лично позвонил офицер русской разведки Александр Жарков, который предупредил о готовящемся в Монтане нападении на Джеймса Риса и Рейфа Гастингса.

— Что? Зачем чиновнику СВР спасать мне жизнь?

— Вот это вопрос на миллион, Рис. Не знаю. Отец Жаркова — Иван Жарков, босс русской мафии. Он управляет Тамбовской группировкой из Санкт-Петербурга.

— Это сходится. Убитые похожи на русскую мафию. Все в тюремных наколках.

— ФБР пришло к тому же выводу. Так что мой первый инстинкт — что это напрямую связано с разведпакетом, который я дал тебе в прошлом году на полковника Андренова.

Рис вспомнил, как нажал на спуск РПГ-32, который превратил Василия Андренова, человека, ответственного за манипулирование рынками с помощью террористических атак по всей Европе и