Коллекционер ошибок - Эмма Райц

– Мы уж думали, ты решил Новый год там встречать!

– А что, уже полночь?

– Почти. Поталин вещает.

Выслушав президентскую речь, четверо порядком уставших, но довольных встречей мужчин подняли вверх бокалы и начали планомерно накидываться алкоголем под неспешную болтовню и жареное мясо.

Глава 24

01.01

– Я проспал Новый год…

– Я тебя будила.

Илья по привычке попытался потянуться, вытащив правую руку из-за шеи Полины, но тут же громко охнул от болезненной искры в левом плече:

– Чертов уши-и-иб.

– Лучше беспокойся за свой глаз, – Пуля села, сдвинув одеяло, и повернула лицо Шамана к себе. – Зрачки вроде сузились. Что-нибудь видишь имплантом?

Илья зажмурился, поднял взгляд на ее озабоченное лицо, несколько раз моргнул, плавно спустил фокус с голубых глаз к изящной шее и похотливо усмехнулся, заметив топорщившие тонкую ткань топа соски:

– Что я вижу… Сам себе завидую…

Полина со смехом шлепнула ладонью по его груди, покрытой мягкими короткими завитками светлых волос:

– Ты вообще в курсе, какую драгоценность носишь в своей легкомысленной черепушке?

– Ты про мой гениальный мозг? – Шаман, поморщившись, все же ухватился за край топа Полины и потащил ее к себе.

– Ага, – та хихикнула ему в губы. – Который управляет имплантом за двенадцать миллионов рублей…

– Чего?! – Илья замер от удивления.

– Ты из тех, кто не читает инструкции?

– Да как-то что-то… Не помню, чтобы там был ценник указан.

– А мне стало интересно, – Полина мягко провела большим пальцем по брови Шамана над имплантом и пристально всмотрелась в зрачок, внешне ничем не отличающийся от настоящего. – И я загуглила.

Илья забавно усмехнулся и потерся носом о щеку Пули, притянув ее к себе вплотную:

– Значит, я миллионер.

– Привет, спящая красавица.

– М-м-м… Привет, милый… – Вика с трудом сфокусировала хмельной взгляд на экране смартфона, откуда на нее смотрел бодрый Саид, уже одетый в костюм и утянутый в черный форменный галстук.

– Как прошлая новогодняя ночка?

– А то по мне не видно… Было весело. И, кажется, я снова перебрала с алкоголем…

– Будешь опохмеляться? – Трюкач тихо рассмеялся, глядя куда-то в сторону.

– Нееет… Я не умею. Лучше проспать весь день и проснуться, когда похмелье само пройдет, – Вика хихикнула и сразу зажмурилась от пульсирующей боли в висках. – А что за звук?

– Кофемашина. У меня пятнадцать минут на завтрак, а потом выдвигаемся. Мой клиент, кажется, не знаком не только с понятием выходных, но и праздников. Даже не знаю, круто это или подозрительно.

Саид поставил чашку на стол рядом с тарелкой еды и прислонил телефон к салфетнице.

– Вы всю неделю будете пить? Или есть планы выйти из отеля, чтобы расчехлить лыжи?

– У меня абонемент на подъемники с третьего по седьмое января… И настроена я оптимистично. Потому что запасной печени в холодильнике нет, – Вика на несколько секунд отложила телефон и наклеила охлаждающие патчи на нижние веки. – Ох, кайф…

Как бы Саид ни пытался сдержаться, в итоге все же не справился с неприятными эмоциями и задал вопрос:

– Что за хмырь к тебе приклеился?

– Хмырь? – Вика недоуменно нахмурилась. – Какой хмырь?

– На ваших ночных фотках.

– Мы выкладывали фото?

Саид красноречиво закатил глаза:

– Да, Вика, выкладывали.

– Подожди… – девушка сдвинула окно камеры в верхний угол экрана и открыла соцсети. – О… Блин, я половину не помню…

– Похмелье – отличное алиби? – в голосе Саида мелькнули жесткие ноты раздражения.

– Нет… А. Боже, это Игорь, Наташкин брат. И ничего он не клеится. Мы просто… просто кучковались для фото. Наверное. Не загоняйся, пожалуйста. Мы с ним тысячу лет знакомы. Он вообще прилетел сюда в последний момент. Вечно слишком занятой.

Саид недовольно цокнул языком и откинулся на спинку стула. Вика растерянно смотрела в камеру, не зная, как еще оправдаться.

– Ты же сам уговаривал меня поехать…

– Я имел в виду немного другое.

– Ну заюш… Ты что, ревнуешь? У меня и в мыслях не было ничего такого. Мы просто веселились, пили, фоткались…

– Ладно, – отодвинув тарелку, Трюкач размешал сахар в кофе и криво улыбнулся. – Не шали там.

– М-м-м… – Вика облизнула губы. – Ты меня накажешь?..

– Со всей строгостью.

– Ух… Суровый горячий Саид… Моя шальная попка ждет твоего ремня! – превозмогая головную боль, девушка залилась смехом.

– Блин, Вика! – Трюкач схватил телефон, чтобы убавить громкость, но несколько постояльцев отеля, тоже пришедших на ранний завтрак, успели тихо рассмеяться или красноречиво закатить глаза.

– Прости. Я скучаю… – Вика отправила ему воздушный поцелуй.

– Я тоже. Когда вы прилетаете?

– Десятого.

– Я тебя встречу.

– Договорились!

Если ты не ответишь на это сообщение в течение двух часов, я вызову полицию к тебе домой. Ты хоть живой?

Андрей безуспешно пытался сфокусироваться на экране, борясь с жестким похмельем. В горле было сухо, словно туда засыпали килограмм песка. Моргать тоже получалось с трудом: веки будто царапали глазные яблоки осколками стекла. Голова весила пару центнеров, а каждое движение отдавалось в ней болезненным эхом, словно колокольным звоном.

Смысл сообщения отца дошел раза с шестого. Оставалось самое сложное – попасть пальцем на кнопку ответа.

– Чтоб я сдох… – нажав на микрофон, Фенрир хрипло продиктовал короткий ответ: – И тебя с Новым годом.

Еще несколько минут он пролежал поперек кровати, собираясь с мыслями в надежде, что любимая пиццерия не откажет в доставке пары «суперсырных» первого января, но урчащий от голода желудок вдруг безжалостно стянулся в колючий узел, а к горлу подкатил рвотный позыв.

– Твою… – резко зажав рот кулаком, Андрей с непонятно откуда взявшимися силами подскочил и унесся в туалет.

Бутылка водки вперемешку с колой передавала пламенный привет, задорно стуча по печени и выкручивая кишечник. Отдышавшись, Андрей напился ледяной воды из-под крана и повторил экзекуцию над унитазом. Потом еще раз. Мышцы шеи сводило от спазмов, головная боль усилилась, но сознание конкретно прояснилось.

Фенрир уставился на себя в зеркало: