Выбор чести - Даниил Сергеевич Калинин

Победа легиона «Кондор» в Испанском небе была обусловлена не техническим совершенством немецких самолётов, не превосходством опыта и умения лётчиков, а регулярными и многочисленными поставками техники. Но надо понимать и другое: своего будущего противника немцы успели отлично изучить. Как уже было выше сказано, «высотный» И-16 РЦФ-54 не пошёл в серию; а вот «Мессершмитт» модернизировался. Русские лётчики успели повоевать с Bf.109B-2 («Бруно»), Bf.109C-1 («Цезарь») и Bf.109D-1 («Дора»). С Bf.109E («Эмиль»), которые появились в Испании в конце войны, воздушных боёв (из которых можно было бы извлечь какие-то знания о противнике), не состоялось. А между тем «Эмиль» обладал пулемётно-пушечным (а не только пулемётным) вооружением и значительным, по сравнению с предшественниками, бронированием кабины пилота. Также новый «мессер» был оснащён более мощным и надёжным двигателем.

А на момент нападения на СССР на вооружение был принят ещё более совершенный истребитель – Bf.109F («Фридрих»). Кроме того, немецкие лётчики в массовом порядке приобретали боевой опыт в многочисленных кампаниях Рейха. В том числе, асы люфтваффе дрались и с равными противниками – британскими «спитфайрами». А Советский Союз масштабных военных кампаний не проводил и «Сталинским соколам» негде было получить бесценный боевой опыт. В небе над Халхин-Голом воевали всё те же ветераны Испании, а в финскую кампанию наши лётчики вообще показали очень низкие боевые качества… Всё это обусловило техническое и тактическое превосходство немцев в воздушных боях 1941–1942.

Но надо также сказать, что и в СССР понимали превосходство нового немецкого истребителя над И-16. После Испании были приняты меры к созданию «антимессершмита», в результате которых на вооружение были приняты сразу три новых истребителя: МиГ-3, ЛаГГ-3 и Як-1. Это были неплохие самолёты с широким полем для модернизации, но к началу Великой Отечественной Войны они имели ещё значительный ряд конструктивных недостатков. Кроме того, в войска поступило незначительное количество новых истребителей, а хороших лётчиков, владеющих этими машинами, подготовить просто не успели. Так и учились – сразу в бою. «Антимессершмиты» переломят ход воздушной войны в 1943 году – в Кубанском воздушном сражении и в небе над Курской дугой.

Действия бронетанковых соединений в Испании вызвали спорную оценку. С одной стороны, Т-26 и БТ-5 на голову превосходили PZ-I. С другой, советские танки несли огромные потери от немецкой лёгкой противотанковой артиллерии. На Западе даже решили, что «эпоха танков окончена». Ну, «знаменитый военный гений» тех же французов ярко «показал себя» ещё в начале Первой Мировой, и ещё «покажет» – во время разгрома Франции в 1940 году. А с советской стороны должные выводы были сделаны. БТ прошёл долгий путь вдумчивой и глубокой модернизации (БТ-7, БТ-7А – «артиллерийский», с 76-мм орудием), пока не преобразился в Т-34 – один из самых знаменитых танков Второй Мировой войны. На момент создания Т-34-76, это была совершенная боевая машина с уникальным бронированием и сильнейшим вооружением; при этом танк сохранил высокую скорость и манёвренность – наследие БТ. Кроме того, был создан тяжёлый танк, на момент создания не имевший аналогов в мире – КВ-1. Обе боевых машины с честью встретили Великую Отечественную и зарекомендовали себя наилучшим образом; до 1942 года они не имели достойных противников с немецкой стороны.

Но и германцы развивали свои панцерваффе – бронетанковые соединения. На смену первому пулемётному панцеру пришёл PZ-II, который, впрочем, был лишь образцом лёгкого танка. Однако к началу Второй Мировой войны, помимо лёгких танков и трофейных чешских LT-35 и LT-37, немцы, наконец, приняли на вооружение боевую машину, которая могла достойно «потягаться» с Т-26 и танками семейства БТ – PZ-III. Это был классический «средний» танк, с толщиной брони, вдвое превышающей противопульную защиту лёгких советских машин (30 мм). Но по огневой мощи он был практически им равен: 50-мм орудие против 45-мм. Также немцы создали и свой «тяжёлый танк» – Т-4. Хотя по весу и бронированию он оставался средним; его 75-мм орудие KwK 37 было слабее 76-мм Ф-34 конструкции Грабина (состояла на вооружении Т-34-76). Так что немецкие панцеры не имели преимуществ перед советскими аналогами. Наоборот, если сравнить по основным характеристикам (бронированию, огневой мощи, скорости), то наши танки были сильнее.

Но не всё так просто. У панцеров было два сильных «козыря». Во-первых, радиосвязь. Благодаря ей, немецкая танковая группа на поле боя дралась именно как подразделение, взаимодействуя под руководством командира. А советские танковые отряды, вступая в бой, превращались в толпу одиночек – координировать их действия не было никакой возможности. Второе преимущество – это оптика. Советские машины на порядок уступали немецким (оснащённым первоклассной цейсовской оптикой), вследствие чего противник лучше целился, точнее попадал, раньше успевал увидеть свою «цель». Но главная причина побед Третьего Рейха – это отточенная до совершенства тактика ведения войны – «Блицкриг». Основатель панцерваффе и лучший танковый генерал немцев, Хайнц Гудериан развил и адаптировал теорию «глубоко прорыва» Тухачевского, в которой огромное значение уделялось именно бронетехнике. Благодаря трудам Гудериана (а соответственно, и Тухачевского) и был разработан фашистский «Блицкриг».

Немцы наступали эшелонировано. И первые удары наносились не по широкому фронту, а вдоль дорог, ударными механизированными частями (до предела насыщенными бронетехникой). Эти соединения действовали как самостоятельные боевые единицы; и боевой опыт они получали именно в составе танковых дивизий или механизированных корпусов. В отличие от Франции, где танки подчинялись пехотным подразделениям, или СССР, где механизированные корпуса в конце 30-х расформировали, а после финской кампании спешно пытались собрать. Потому получалось, что на отдельных (и узких) участках фронта, фрицы могли позволить себе ввести в бой столько танков, сколько было нужно, чтобы гарантированно прорвать оборону. Это были настоящие тараны, которые невозможно было остановить. Отсюда и пошёл миф о подавляющей численности немецких панцеров – хотя её добивались лишь на направлении главных ударов.

Благодаря успешной тактике, немецкие механизированные соединения быстро вырывались на оперативный простор. Развивая по лучшим дорогам приличную скорость и занимая в первую очередь дорожные узлы, они громили тылы и прерывали поставки оружия, боеприпасов, горючего и продовольствия.

И надо отметить, что командование советских войск воевало в 1941 году по устаревшим уставам. Вместо того, чтобы наращивать оборону вдоль дорог, они растягивали фронт, распределяя свою бронетехнику и артиллерию равномерно. Немецкие «клинья» можно было подрезать под «основание» – но этого делать просто не умели. А оказавшиеся в «котлах» наши танки были вынуждены начинать отступление с боями, без подвоза боеприпасов и горючего. Отсюда и огромные потери машин: только не боевые, а брошенными и взорванными собственными экипажами. Что же касается именно испанского боевого опыта применения танков – то наиболее полезным и принятым на вооружение был опыт «красных» под