Колыбель Марбаса - Лидия Милеш

— Я уже устал повторять, что нам пора заменить эту рухлядь на звездолет с кают-компанией. И заведи ты себе уже нормальный ремень, — бросил он капитану.

Док оторвалась от новостей и посмотрела на Бориса поверх экрана.

— Ты будешь платить за него из своего кармана?

— За ремень для Човеца? — не понял тот. — С радостью. Я же ему дарил новый, так он его даже не надевает. Привязался к этому куску старого хлама и таскает так, будто без него у него половина тела отвалится. Човец, вот ты объясни, на кой он тебе вообще нужен?

Рэм машинально коснулся ремня. Старые потертые крепления, выцветшая кожа, следы десятков ремонтов.

— Считай это моим талисманом.

Док раздраженно закатила глаза.

— Я вообще-то говорила про корабль. Вы все… вы меня никогда не слушаете. Словно я здесь нужна только тогда, когда в вашей шкуре появляется лишняя дырка.

Борис посмотрел на нее с искренним сочувствием — настолько искренним, что это само по себе выглядело издевательством.

— Мы можем продать барахло из трюма. Там пятнадцать ящиков всякого дерьма, — пожал он плечами.

— За последние месяцы их осталось только восемь, — подхватила Ари, за что сразу получила неодобрительный взгляд капитана.

Док поднялась со своего места.

— А еще ты пропустил свое дежурство на кухне.

Рэм отхлебнул пойло, стараясь перестать слушать. Если эти двое начали спорить, то банальной перебранкой на несколько фраз разговор не закончится. И ведь не разберешь, что у них там произошло. Еще несколько месяцев назад все было тихо и спокойно, а теперь словно с цепи сорвались.

— Удалось узнать что-нибудь? — спросил он Семь, пока спор за спиной набирал обороты.

Порождение неопределенно качнул головой.

— Марбас — планета класса С, пятая по удаленности от звезды. Атмосфера содержит кислород и пригодна для длительного существования, — Семь смахнул изображение на консоли и открыл архивные файлы. — В общем доступе сохранились данные только до строительства лаборатории. Все, что происходило после, Совет благополучно похоронил под грифом секретности.

— Как обычно, — хмыкнул Борис. — Если Совет что-то прячет, значит там либо куча денег, либо куча трупов. Иногда и то, и другое.

Семь даже не взглянул на него.

— Если верить имеющимся файлам, Марбас малообитаемая или вовсе необитаемая планета с развитой растительностью, но без животных форм жизни.

Рэм проследил за медленно вращающейся моделью планеты.

— Как-то странно строить лабораторию на этом отшибе, еще и с таким размахом?

Вопрос был риторическим, но Ари ответила:

— Думаю, они готовили планету к бурению, — она приблизила изображение и несколько раз провернула модель, пока не вывела нужный участок. — Здесь лаборатория. А здесь, — она указала на затемненную область рядом, — начинается лес. И дальше он покрывает практически весь остров. Лично мне кажется, что после наших образцов кто-то очень хорошо заработает на том, что находится под этим лесом.

Капитан несколько раз прокрутил модель, сверяясь с показаниями. Вся планета казалась одним бескрайним лесом, что никак не объясняло рвение отдельных членов совета ее исследовать. Древесина давно перестала быть редкостью. Еще сотню лет назад корпорации научились выращивать любые объемы сырья. Хоть целую планету в месяц. Так что деревья сами по себе никого бы не заставили строить здесь лабораторию. А значит, дело не в них.

Тайны… Этого Рэм не любил.

— Ладно, — протянул он, отодвинув модель. — Наше дело маленькое: найти, забрать и забыть. Хоть деревья они здесь изучали, хоть пытались вывести себе новых богов — мне плевать. Главное, чтобы эта дрянь влезла в шаттл.

Он повернулся к экипажу.

— Борис, готовься. Челнок выводим через двадцать минут. Ты с Ари и Семь идешь с северной стороны. Я с Док — с южной. Косса остается на собственном управлении. Первая задача — проверить данные Совета и убедиться, что нас не пытаются пустить в расход.

* * *

Не прошло и получаса, как небольшой челнок отстыковался от корабля и двинулся к месту посадки.

Рэм ногой оттолкнул ящик с боеприпасами, чувствуя, как внутри просыпается неуверенность. Обычно он всегда был начеку с Межгалактическим Советом, но в этот раз все нутро просто кричало, что Совет забыл им сообщить о чем-то очень важном. Узнать бы о чем, думал капитан, прекрасно понимая всю нелепость своего желания.

С громким треском металлический конус, защищавший обзорное окно, отъехал в сторону, открыв просторы Марбаса. Любоваться и правда было чем. Зеленые кроны деревьев сияли изумрудами под пламенным светом ближайшей звезды. Ветви сплелись в сплошное полотно, покрывающее все вокруг бескрайним блестящим одеялом. А в редкие прорехи между ними можно было рассмотреть массивные корни, змеями рвущиеся вверх из-под земли.

— Нормальное они место выбрали, — присвистнул Борис. — На модели все как-то поменьше было. Слушайте, а здесь хотя бы поляна есть? Или будем садиться прямо на крышу лаборатории?

— Рядом, — ответила Ари, не отрываясь от управления. — Должны же они были расчистить площадку для посадки. Я уже нашла одну.

— Да как-то не похоже…

— Я знаю, что делаю, — отрезала Ари и направила челнок вниз.

Корабль затрясло. Прогремел удар в борт с правой стороны, заставив шаттл отклониться от выбранного курса. Экипаж подбросило в креслах. Док мертвой хваткой вцепилась в поручень, пытаясь удержаться на месте. Борис приложился затылком о стенку. Ящики с боеприпасами опасно загремели по полу.

— Мягче! — крикнул Рэм, успев поймать покатившийся кислородный баллон. — Мы так сдохнем еще до знакомства с местной живностью.

— Я стараюсь!

Старания Ари мало помогали. Снаружи раздался скрежет. Дикий и режущий по ушам звук металла о что-то настолько твердое, что у Рэма внутри все сжалось. Как только челнок коснулся крон, его неестественно повело на бок. Из-под носовой части фюзеляжа вырвался фонтан искр, а обзорное стекло за несколько секунд покрылось паутиной мелких царапин.

— Да вы там совсем охренели? — не выдержал Борис. — Ты людей везешь!

— Ветки! — крикнул Семь, выравнивая борт.

— Что?

— Ветки! Они разрослись над землей. Не пройти. И они слишком прочные.

— Это что вообще за деревья такие? — спросил Борис. Ему никто не ответил.

Момент, когда скрежет достиг своего пика и пошел на спад, казалось, настал через целую вечность. Теперь он больше походил на звук, который издают старые ломающиеся музыкальные автоматы, на последнем издыхании проигрывающие выбранную мелодию: они начинают нелепо растягивать каждое слово и кажется, еще немного — и эта рухлядь разлетится на части. Такой же звук преследовал челнок, скатывающийся по полотну сплетенных деревьев как по трамплину. Ветки скрипели, царапали, били, но и не думали ломаться. Челнок трясло и подбрасывало. Обычная вертикальная посадка в одночасье стала фатальным спуском с горы.