Мертвая тишина - Анна Денисова

Сергей был немногословен, замкнут. Слова казались ему лишней тратой сил — действия значили больше. Детдом, армия, потом училище, где он отучился на автомеханика. Комната в общаге с обшарпанной мебелью и вечно протекающим краном. Работа в автосервисе, где руки всегда в мазуте, а спина болит от постоянного наклона над двигателями. Это была вся его жизнь — простая, лишённая роскоши, но своя.

И вот теперь — это. Мир, сошедший с ума. Бродячие, кровь, страх, постоянный гул тревоги в ушах. Он не просил такой судьбы, но она пришла, и он снова должен бороться.

Сергей вздохнул, и его дыхание оставило на стекле мутное пятно, которое медленно растекалось.

«Сколько ещё нужно бороться, чтобы в итоге можно было спокойно жить?» — подумал он, но ответа не было. Только туман за окном, только тела во дворе, только холод стекла под его лбом.

Он выпрямился, сжал кулаки. Пальцы хрустнули. Нет смысла ждать ответа. Нужно просто делать то, что должен. Как всегда.

Снова вгляделся в сумрак. Где‑то вдали, за линией деревьев, небо чуть посветлело — первые признаки рассвета. Ещё один день.

Ольга лежала на кровати, сон так и не пришёл к ней. Глухое раздражение становилось всё сильнее — оно пульсировало в висках, стягивало кожу на лице, заставляло сжимать кулаки под тонким одеялом. Она повернула голову.

На противоположной стороне комнаты на своей кровати спала Елена. Её размеренное дыхание — вдох‑выдох, вдох‑выдох — бесило. Казалось, каждый выдох звучал нарочито громко, будто специально дразнил. Ольга скрипнула зубами, с трудом сдерживаясь, чтобы не рявкнуть: «Заткнись!»

Отчаянно хотелось курить. Ольга курила давно — с тех пор, как в шестнадцать стащила первую сигарету у старшего брата подруги. Тогда это было игрой, бунтом, жестом взрослости. Теперь — единственной отдушиной. Перебои с сигаретами раздражали, но не так сильно, как зияющая пустота в личной жизни.

С семнадцати лет её всегда окружали мужчины. Не просто присутствовали рядом — они были частью её мира, как воздух, как пульс. И присутствие постоянной сексуальной жизни… Это казалось естественным порядком вещей.

А потом привычный мир рухнул. Вместе с ним исчезло и это — простое человеческое тепло, близость, ощущение, что ты не одна. Секс стал такой же редкостью, как чистая вода или спокойный сон.

Ольга раздражённо села на кровати, спустила ноги на холодный пол. Взгляд упёрся в окно, где начинался рассвет — бледная полоска света на горизонте, будто шов, стягивающий ночь. Она встала, схватила с тумбочки пачку сигарет и зажигалку, подошла к окну. Раскрыла одну створку — в комнату ворвался летний прохладный утренний воздух, свежий, с привкусом росы.

Вытащила сигарету, чиркнула зажигалкой. Пламя дрогнуло, поймав ветер, и тут же вспыхнул кончик сигареты. Ольга затянулась, закрыв глаза от наслаждения. Дым наполнил лёгкие, принёс мимолетное ощущение контроля над ситуацией.

«Хорошо хоть в пригнанной Денисом фуре были и сигареты, — подумала она, снова затягиваясь. — А то вообще была бы печаль».

Потом усмехнулась, выпуская дым через нос:

«Хотя, конечно, лучше сигарета до секса и после».

Мысль о сексе снова всколыхнула внутри тупую, ноющую тоску. Она вспомнила Дмитрия — крепкого, молчаливого, с этими его пронзительными глазами. Два месяца он был рядом, и всё это время Ольга чувствовала, как внутри разгорается интерес. Она была уверена: с ним всё сложится. Предлагала — ненавязчиво, но чётко. А он… отверг. Просто отвёл взгляд, пробормотал что‑то невнятное и ушёл.

«И вот кого бы взять в оборот?» — мысленно проговорила она, оглядывая комнату, будто ответы могли прятаться в складках занавесок или под кроватью.

«Два старика отпадают сразу. Алкаш тоже — ему вообще кроме бутылки ни хрена не надо. Остаются Денис, Сергей, Никита, Максим и Андрей…»

«Все молодые, здоровые вроде мужики… Но интереса к женщинам — ноль целых хрен десятых…» — подумала она с горькой усмешкой.

Ольга затянулась в последний раз, бросила окурок в пустую банку на подоконнике. Дым ещё вился в воздухе, растворяясь в утреннем свете. Она прикрыла окно, но прохлада уже проникла внутрь — не только в комнату, но и в мысли.

«Может, это я? — мелькнула мысль. — Может, я больше не привлекаю?»

Она отогнала её, как назойливую муху. Нет. Дело не в ней.

Ольга мысленно вернулась к мужчинам, перебирая их одного за другим, словно раскладывала карты в пасьянсе судьбы. Она «пригляделась» к каждому внимательнее, стала фантазировать — с кем и какой мог бы получиться секс. В воображении всплывали обрывки движений, прикосновений, взглядов.

Больше всего привлекал Денис. Перед глазами тут же возник его образ: широкие плечи, рельефные мышцы спины, сильные руки, привыкшие к физическим нагрузкам. Ольга невольно задержала дыхание, представляя, как её пальцы скользят по его торсу, ощущая под ладонями тепло и напряжение мышц.

Она закрыла глаза, погружаясь в фантазию глубже:

«Вот я снимаю с него футболку… Ткань медленно скользит по коже, обнажая рельефные мышцы. Его дыхание становится чуть тяжелее, глаза темнеют. Я провожу пальцами по груди, чувствую, как под кожей перекатываются мускулы. Он слегка наклоняется ко мне, его руки находят мою талию…

Движение — и вот уже моя одежда падает на пол. Его ладони обжигают кожу, поднимаются выше, задерживаются на мгновение… Я слышу его прерывистый вздох, чувствую, как его пальцы сжимаются чуть сильнее. Наши губы встречаются — сначала осторожно, потом всё настойчивее…»

Ольга облизнула пересохшие губы. Внутри разгоралось знакомое пламя, разгоняя ночную прохладу, заполняя пустоту последних недель. Фантазия с Денисом пришлась по вкусу — в ней было всё, чего ей так не хватало: сила, страсть, ощущение, что ты желанна.

«Да, им и займусь», — твёрдо решила она, сжимая пальцами край одеяла. В голове уже складывался план — ненавязчивый, но чёткий. Случайные прикосновения, долгие взгляды, намёк на улыбку в нужный момент. Ничего кричащего, только тонкие нити влечения, которые постепенно затянут его в её мир.

Мысли стали расплываться, образы смешивались с дремотой. Тело расслабилось, напряжение последних дней отступило, уступив место тёплому, обволакивающему ощущению. Ольга перевернулась на бок, подтянула колени к груди, словно пытаясь удержать внутри это новое, едва зародившееся предвкушение.

И, закрыв глаза, она наконец спокойно уснула — с лёгкой улыбкой на губах и картиной Дениса в полусонном сознании. За окном медленно светлело небо, а в её голове уже разворачивались новые сценарии, где были только двое: она и тот, кого она выбрала.

Максим