Тень над музеем - Кирилл Андреевич Сафонкин

– вопросительный знак. Туман за окном уплотнился, превращаясь в стену. Анна поняла: теперь они тоже знают, что она близко. И в следующей части игры ставки вырастут. Её телефон мигнул ещё раз. Пришло изображение: кадр из её же видео – где она, думая, что спряталась, ползёт между рам. Снято с другого ракурса, высоты люка. Под фото – одна фраза: «Мы видим свет, когда ты его выключаешь.» Лёд прошёл по спине. Значит, наверху была ещё одна камера – не музейная. Их. И они присылают ей фрагменты, как кошка приносит мыши хвост. Анна села на край стола, сдвинула ладонями волосы назад и улыбнулась: коротко, зло. Если они так уверены в себе – значит, ошибутся. А она дождётся. Завтра она пойдёт в мэрию и поднимет архивы контрактов. А ещё – найдёт того, кто узнает лицо со шрамом. В порту много людей. Кто-то да вспомнит. И тогда тень, нависшая над музеем, треснет не только в подвале – треснет на всю длину города. Утро встретило Анну тонким дождём, превращающим туман в вязкую морось. Она решила: сегодня ей нужно две вещи – архивы мэрии и люди, которые могут узнать того со шрамом. Мэрия – старое здание с облупленными колоннами и облезшей вывеской. Внутри пахло бумагой, воском и чиновничьим равнодушием. Анна оформила пропуск на имя журналиста (давно припасённое удостоверение помогло) и поднялась в архивный отдел.

За стойкой сидела усталая женщина в очках, перебирая папки.

– Мне нужны копии договоров мэрии с клининговыми компаниями за последние два года, – вежливо произнесла Анна.

– Запрос через пресс-службу, – автоматически ответила та.

– Срочный репортаж, – Анна положила на стойку «корочку» и тихо добавила: – Это касается утечки в охранной системе музея. Вашему начальству не понравится скандал. Женщина поморщилась, но через пару минут принесла несколько томов.

– Только быстро. И ничего не уносите.

Анна пролистала документы: знакомая подпись «Демидов» на актах согласования, штампы отдела закупок. Компания «Вертум Клин» действительно получила доступ во все технические зоны музея. В графе «рекомендация» стояло имя: Крылов В. С. – тот самый владелец клининга. Рядом в примечании – инициалы «И. П. Ильин» как «контактный менеджер». Анна сфотографировала страницы. Дальше – ещё интереснее: к «Вертум Клин» приложен документ о «партнёрском сопровождении» с ЧОП «Форт-Секьюр». Руководитель – Глеб Крылов (вероятно, родственник владельца). В списке допусков – опять «Ильин И. П.» и несколько бывших военных. Значит, за «уборкой» стоит охранная структура, поняла Анна. А «Ильин» явно ключевой человек. Возможно, тот самый экскурсовод – но тогда он двойной агент? Она вышла из мэрии и направилась в портовый район. Там, на заброшенных складах, всегда можно найти бывших военных и охранников, которые знают друг друга по виду. Первым был Николай, бывший штурман, которого Анна знала по старому делу.

– Смотри, Коль, – она показала фото высокого мужчины со шрамом.

Николай прищурился:

– Похоже на Глеба Крылова. Того самого, что «Форт-Секьюр» держит. Говорят, после армии пошёл в частники, а потом занялся крупным охранным бизнесом.

– Он работает с мэрией?

– Конечно. Его контора всё подметает и охраняет – и склады, и музеи, и аукционы. С ним лучше не связываться.

Анна поблагодарила, но внутри закипела решимость: теперь у неё есть имя. Вернувшись к машине, она заметила: замок на дверце сорван, вещи перерыты. Исчезла только флешка с видео о ночной передачи. Камера и карта памяти остались при ней – она предусмотрительно забрала их утром. На лобовом стекле под дворником – записка: «Мы предупреждали. Следующий раз – не бумага будет.» Анна скомкала её и выбросила, но руки дрогнули впервые за долгое время. Они знают каждый её шаг. Значит, она всё ближе к правде. Она позвонила Жарову – на этот раз он ответил.

– Ты нарываешься, – сказал он без приветствия. – Я видел твои фото в порту.

– Ты следишь за мной?

– Я слежу за теми, кто может тебя убить. Глеб Крылов – не шутка. Если он в игре, значит, речь о миллионах и о людях из мэрии.

Анна выдохнула:

– Ты поможешь?

– Помогу, если перестанешь действовать одна. У меня есть контакт в прессе и кое-какие связи в прокуратуре. Но нужны доказательства, железные.

– У меня есть видео и документы.

– Держи их в надёжном месте. Сегодня ночью к тебе могут прийти.

Анна почувствовала холод внутри.

– Спасибо, Жаров.

– Не благодари. Думай, как выжить.

Вечером Анна вернулась в свою мансарду. Ветер гудел, туман снова наползал со стороны моря. Она разложила новые улики:

– Фото документов мэрии.

– Имя Глеб Крылов.

– Связь «Вертум Клин» → «Форт-Секьюр».

– Список допусков с «Ильин И. П.»

– Записку с угрозой.

На стене её расследование превратилось в карту с нитями: Музей → Крылов → мэрия → Демидов → Ильин. Анна знала: теперь на неё будут охотиться всерьёз. Но и она готова к ответному удару. Если они думают, что я испугаюсь – пусть попробуют прийти. Она достала старый револьвер, оставшийся после московской работы, проверила патроны и положила рядом с камерой. Ночь обещала быть долгой. Она наступила так тихо, что Анна почувствовала её ещё до того, как погасли последние огоньки в окнах соседних домов. Ветер с моря усилился, стучал ставнями и гудел в щелях, будто проверял, не боится ли она. Морозова сидела у окна, держа на коленях револьвер, а рядом лежали флешка, документы и телефон с включённой записью – на случай, если придётся передавать доказательства в прямом эфире. Сначала показалось: шум за стеной – просто крысы. Потом – чётко различимые шаги по лестнице. Анна выключила свет. Сердце забилось, но руки остались твёрдыми. Шаги остановились прямо у её двери. Тишина. Она подняла оружие. Щёлкнул замок – кто-то пробует ключ. Потом едва слышно заскрежетал металл, будто отмычка. Анна сделала шаг в сторону, чтобы её не было видно в дверном проёме, и направила ствол на замок.

Дверь приоткрылась на сантиметр, но дальше не пошла: видимо, упёрлась в цепочку.

– Морозова… – тихий мужской голос, сдержанный, без эмоций.

Анна не ответила.

– Ты не понимаешь, во что лезешь, – голос чуть повысился. – Последний шанс.

Она молчала.

– Ты думаешь, Крылов играет честно? Он сметёт тебя, как пыль.

– Передай Крылову, что пыль умеет забиваться в глаза, – спокойно произнесла Анна. Дверь дёрнулась – проверка цепочки. Потом шаги удалились, лестница заскрипела. Через минуту раздался звук машины, заводящейся во дворе. Анна ещё несколько секунд стояла неподвижно, прислушиваясь к тишине, а затем закрыла дверь на все замки и подпёрла стулом. Страх был, но он не парализовал. Наоборот – сделал холодной и внимательной. Она подошла к