Неслышные шаги зла - Галина Владимировна Романова

— Кое-кому удалось пробраться в закрытый чат их одноклассников. И там эти двое оболтусов хвалились своим подвигом. Вот, мол, пошутили как славно. Некоторые выразили презрение. Некоторым было по барабану. А кто-то их причудливым розыгрышем восхитился. Так что Нина Николаевна абсолютно точно получила из штаба звонок с информацией о похищении двух подростков. И среагировала вполне профессионально. Может быть, излишне импульсивно, но… Это же дети. Не до протоколов было. — Максим посмотрел на часы. — Как думаете, не поздно ей сейчас позвонить?

— С целью? — Саша глянула настороженно. — Поймите, это ее личная беда. А вы для статьи стараетесь.

— Да не будет пока никакой статьи, — поморщился Макс. — Просто хотел ее успокоить и рассказать, что история с подростками имела место быть. Хотя бы в этом ее успокоить. Ну и… Надо наметить план, как нам всем сообща во всем разобраться…

Глава 7

Нина Николаевна только что вернулась с утренних процедур. С красным лицом, расслабленная до состояния «сейчас усну». Ей и посоветовали прилечь минут на двадцать. И только потом в душ и следом на поздний завтрак. Не снимая промасленного после массажа халата, она легла на край кровати и прикрыла глаза. Не хотелось впускать в свою голову никаких нехороших посторонних мыслей. Она на отдыхе.

Номер одноместный, но довольно просторный, с хорошей мебелью, меховым покрывалом на кровати, огромным телевизором и балконом. Не в каждом номере был балкон, а ей вот достался. И первые два дня, усаживаясь вечерами в плетеное кресло на балконе, она с удовольствием вдыхала ароматы подкрадывающейся осени. Запах опавших сосновых иголок, увядающей травы и ряски на озере — ей все это так нравилось, она дышала полной грудью. Она наслаждалась… первые два дня. А потом снова подкралось!

Вдруг ни с того ни с сего показалось, что за огромным стволом старой сосны, ветками почти достающей до ее балкона на втором этаже, кто-то прячется. Подслеповато щурясь, Нина Николаевна тут же нацепила очки, вгляделась. И даже свесилась через перила. Но той тени, что ее насторожила, больше не увидела. Она ушла в номер, тщательно заперла балконную дверь, задернула плотную штору. И полночи пролежала без сна.

Мысли в голову лезли нехорошие. Снова стало казаться, что с ней что-то не то. Что болезнь, диагностированная платным доктором, все же подкрадывается. И Саша просто жалела ее, уговаривая не обращать на дураков внимания.

Потом, задвинув нехорошие мысли о недуге куда подальше, Нина Николаевна попыталась поразмышлять над вопросом: кому было надо над ней так издеваться? Кто мог ей так мстить? Сначала разыграли ее с подростками. Потом подсунули отравленную воду. Что за цель у злоумышленника?

Ничего на ум не приходило. Лично она никому не сделала ничего такого.

Да, они не всех находили живыми. К некоторым опаздывали. Но это же не повод уничтожать ее так изысканно! Она же не одна этим занималась, их же был целый отряд. Она вот уже и от дел отошла, в смысле ушла из отряда. А ее все равно кто-то преследует. Тень за сосной ей точно не почудилась.

Потом вдруг снова стало казаться, что она сходит с ума. Даже поплакала немного. Уснула под утро. И сквозь сон слышала осторожные шаги под балконом. И даже, кажется, какое-то движение за балконной дверью.

Но это был всего лишь сон. Она была уверена, что это сон, спровоцированный ее тревогой. Но бдительность свою удвоила. Осматривалась, оглядывалась, везде с собой носила телефон. Даже на массаже клала его возле лица.

Сейчас, вернувшись с процедуры и устроившись в халате поверх покрывала на кровати, Нина Николаевна сунула телефон в карман. Там же держала и руку — в кармане. Дремота накатывала темным тяжелым облаком дурных предчувствий.

Она больна. Это следует признать, а не отмахиваться, как алкоголики отмахиваются от существования проблемы. Сегодня, когда сидела в очереди на массаж, показалось, что за ней следят? Показалось. А после массажа слышала шаги за спиной, когда шла длинным коридором в полном одиночестве? Слышала.

Паранойя? Прогрессирующая!

И не было никаких мальчишек-велосипедистов, решивших над ней подшутить. И звонок из штаба если и случился, то на какую-то нейтральную тему. Никто ведь не признался, что звонил ей.

Надо посетить невролога. Здесь принимают хорошие специалисты. И…

Телефон в ладони дернулся и зашелся молодежной музыкой. Звонила Саша.

— Ниночка Николаевна, здравствуйте, как дела? Как отдых? Как лечение? Как кормят? — забросала соседка ее вопросами.

Что можно было ей ответить? Что на отдыхе с ней тоже не все нормально? Что ей кажется, что за ней следят? Ходит кто-то следом, пугая звуком осторожных шагов. И за сосной под балконом прячется. И ей снится, что по балкону ее кто-то ходит и дергает балконную ручку.

Нельзя рассказывать о себе таких вещей. Даже хорошим девушкам.

— Все просто отлично, Саша. Все ответы на твои вопросы на пять с плюсом, — излишне бравурно отреагировала Новикова.

— А почему вчера телефон был вне зоны? — укорила ее соседка. — Мы звонили раз пять, наверное, — вы вне зоны действия сети.

Этому было простое объяснение. Нина Николаевна как раз была в соляной пещере, дышала полезным воздухом. А там связи нет.

— Ну слава богу, — проворчала Саша в ответ на ее объяснение. — А то мы уж не знали, что и думать.

— Мы? Опять «мы» прозвучало, Саша? С кем это ты там время проводишь, дорогая моя? — заинтересовалась Новикова.

Если у девушки случится роман, она будет очень рада. Саша настолько погрузилась в работу, что совсем забыла, кажется, что молода и весьма привлекательна.

— С вашим гостем, Ниночка Николаевна, — удивила Саша. — К вам приезжал Максим Тройский. Красавчик, скажу я вам, каких мало. Ну и умница, да.

— А зачем он приезжал?

Она резко села на кровати, не обратив внимания на спазм в шее.

— Хотел узнать, куда вы подевались? И подробнее расспросить об истории вашего отстранения от дел отряда. Что-то ему там не понравилось.

Ей, кстати, тоже! Только списывала все на эмоции, подозревая душевное нездоровье.

— Да? И что же? — Голос даже слушаться перестал, завибрировал от радости. — Что же ему не понравилось?

— Конкретнее: кто же, а не что же. Ему не понравились двое из вашего отряда: Шмелев и Мишкин. Почему — не знаю.

— Мишкин… — задумчиво произнесла Новикова.

Она его не очень хорошо знала. У человека случилась страшная беда в жизни, трагедия. И он нашел себя в помощи другим. Новикова с ним почти не общалась. Мишкин всегда держался в тени.

— Да, и еще, Ниночка Николаевна, чтобы вам там больше